Путь к дому - Софья Вель

— Но ведь и драконы были прокляты! Они тоже пали!

— Да. Были. Но разве ты тогда была с ними?

— Во мне проклятая кровь, я такая же! — Сильвия снова вспомнила ночной кошмар. — Почему, почему Вы не убили меня? Почему пощадили?

— Разве ты убила кого-то или съела? — одновременно и весело, и серьезно спросил Элладиэль.

— Почти, — Сильвия посмотрела на свои руки, словно ожидая увидеть там когти, на левой уродливо красовался шрам.

— Плохо же ты думаешь обо мне! Кроме того, помимо тебя пришлось бы убивать еще и мальчонку-полукровку. Он бы защищал тебя до последнего, поверь! — немного вымученно, но все же весело подмигнул Элладиэль. Сильвия заметила неожиданно нежно-покровительственные нотки в голосе Владыки при упоминании Алеона. И тут Светлейший стал очень серьёзным:

— Если не будешь убегать, то ни к тебе, ни к нашим детям никто даже близко подойти не сможет. Даю Слово! — пространство дрогнуло от Слова Владыки: деревья и трава перестали шептаться и напевать. Все замерло, внимая и повторяя эхом Слово Владыки. «Так вот как выглядит Клятва!?», — изумилась Сильвия материальности Слова, увы, Слово очень больно поранило и её саму.

— Больно? — Сильвия не заметила, как Элладиэль оказался рядом. Повеяло солнцем, душистыми травами и теплом. Светлейший очень осторожно коснулся руки Сильвии. От прикосновения побежала искра.

— Иногда, — шрам ныл почти постоянно, что было странно. Может, все дело в ее воображении?

Элладиэль ласково провел по неровным краям, оставленным хищными зубами. Боль стихала:

— Сильвия, это не твоя боль. Ты драконица, сильная, живая, ты создание Всевышнего, его Творение с бессмертной душой! Тебе нечего бояться! — в голосе Светлейшего слышалась колыбельная для страхов, и они послушно засыпали. — Им никогда тебя не одолеть! Знаешь, когда я доставал тебя из воды, я так боялся за твою жизнь. Боялся опоздать. А ты! Ты боялась только за душу, ты так отчаянно билась за нее! Была готова расстаться с жизнью, но не с душой! Разве же ты им по зубам?!

Элладиэль нежно коснулся шрама губами. От неожиданной ласки Сильвию пробила искра, тело мгновенно откликнулось, но Элладиэль был уже на другом конце поляны. И это сильно задело, он… избегает её?

— Госпожа, как давно вам снятся сны о Болоте? — Владыка снова стал холодным и безмятежно спокойным.

Сильвия не помнила точно, и в ответ просто покачала головой, отчего-то ужасно расстраиваясь, что он такой… чужой.

— Темнеет.

Сильвия растерянно оглядела, на поляне был разгар дня, а из дома она уходила утром!

— Похоже, твоя драконица совсем еще не умеет управляться со временем, — посмеялся Элладиэль, видя как смутилась собеседница. Выходит, её чудище что-то этакое со временем вытворяло, а она и не почувствовала?!

— Нам пора, — Элладиэль перехватил волосы и быстро заплел тугую, как корабельный канат, косу, доходящую ему едва не по щиколотки. Весна угасла вместе с плетением косы, уснула тихо и легко. Вечерний сумрак и зимний холод заставили Сильвию зябко сжаться. Элладиэль скинул с плечей плащ и бережно укутал им спутницу, взял за руку и повел в сторону дома. Мрак леса продолжал пугать, мерещились тени, она старалась не отрывать взгляда от высокого спутника, такого сильного и бесстрашно. Что ему все желтоглазые волки мира?!

Она ощущала тепло ладони Владыки и его плащ. Бессонные ли ночи, или что-то другое, но она разомлела и начала спотыкается. Элладиэль обернулся, Сильвии показалось его лицо светиться в темноте, едва уловимо и тепло. Он покачал головой. Осторожно подошел ближе и подхватил на руки.

— Госпожа, Вы позволите? Не то уснете прямо на ходу!

Сильвия мотнула головой в знак согласия. Сон, и правда, морил не на шутку.

— А прежде рядом с тобой и искры сотворить было нельзя, — как-то по-новому заметил Элладиэль, на миг приобнимая и тут же резко отстраняясь.

Светлейший отпустил свою ношу на землю. Сильвия едва доходила ему до груди, несколько мгновений оба просто стояли рядом. Но тут Владыка сделал шаг назад.

— Так зачем вы искали меня, Госпожа? — тихо спросил он.

— Я… я не знаю, — честно созналась Сильвия. Все, что было до, казалось неважным.

— Передайте Мари и Григу, чтобы не переживали. Я вернусь, просто немного позже, — попросил Владыка, а Сильвия чувствовала, что от его слов ей скорее больно, чем спокойно.

Владыка снова исчез в лесу, а Сильвия зябко повела плечами. Вдруг поняла, золотое тепло начало таять, толкая так её обратно в дом. Повинуясь неизбежному, она вошла.

Мари готовила похлебку, аромат разносится просто волшебный. Чудо, а не помощница! Григ играл с расшалившимися детьми. Алеон еще не вернулся. Сильвия боясь выдать румянец смущение, она быстро и незаметно сняла плащ Владыки, положив его в колыбель детей, на привычное место. И тут осеклась, плащ растаял, а в колыбели лежал настоящий.

Дети ее заметили и, радостно заревев, бросились к маме, Селена уже делала первые шаги. А Эндемион предпочитал ходить "медвежонком". Сильвия с нежностью обняла обоих, покрывая лица поцелуями.

От Грига Сильвия узнала, что Алеон ушел к барону. Сильвия попыталась посчитать, по всему выходило, Элладиэль у барона почти не бывает, зато Алеон проводит в доме барона целые сутки. Почему так?

Спать легли, так и не дождавшись обоих старших.

Глава 14. Сны Дракона. Мощь дракона. Сны Элладиэля

Алеон склонился над кадкой с полузамерзшей водой. Элладиэль стоял рядом. Оба молчали. Но Сильвия слышала и видела их сквозь проталину в воде, словно сидела на дне бочки.

«Элладиэль, с ней твориться что-то странное!», — донеслось до мыслей нечаянного свидетеля.

«Да, она все больше становится драконом», — сквозь водную рябь Сильвия увидела легкую улыбку на лице Светлейшего.

«Нет, я не о том! — Алеон сжал края кадки до хруста. — Что, если…».

«Не делай ее пленницей страхов!», — лицо Владыки стало каменным.

— Элладиэль, демон подери! Твоя кровь! Ее кровь! Это все есть у демонов! Почему ты так беспечен? — уже в слух произнес Алеон.

Элладиэль гневно посмотрел на полукровку:

— Да. И что? Пусть у демонов будет хоть целый галлон моей крови! Они никогда Сильвию не получат!».

Сильвии показалось, что её потянули вниз, подальше от проталины. Она резко обернулась и обмерла — там, под ногами, была пропасть. Пылающая пропасть. «Ты нашааа…» — растеклось в сознании. И желтые волчьи глаза оказались прямо напротив. Во рту отдало металлическим вкусом, вкусом крови, а