Игра. P.S. - Катя Хеппи

Кто бы мог подумать, что за этот год всё так изменится? Нелепая девчонка, которая неожиданно попросила поцеловать, превратится в самую желанную и любимую женщину на свете. Дерзкая девчонка, которая убивала своим равнодушием, создаст своей любовью нового меня. А я действительно новый. От старого меня осталась только очаровательная внешность. Не кабель и развратник, а верный и преданный ей парень. Не самоуверенный и наглый, а робкий и нежный под обстрелом ее глаз.

Не засранец, а мечта.

И надеюсь, что она тоже так считает.

— Бельчонок, это тебе… — пытаюсь говорить бодро. Но горло пересохло и загнано хрипит.

— Что мне? Дом?

— Тебе… Нам, — где найти силы, чтобы выстоять под ее таким серьезным видом. — Бельчонок, я хочу, чтобы мы жили вместе. Ты и я. Как семья. Ты сказала, что не планируешь возвращаться, что собираешься остаться в Америке, поэтому я тоже остаюсь здесь с тобой. Я не хочу больше быть твоим соседом, с которым ты лишь иногда ужинаешь. Мне нужно больше. Я хочу просыпаться с тобой. Завтракать. Провожать тебя в студию и не через дверной глазок. Хочу накрывать стол и разжигать камин к твоему возвращению. А потом засыпать, кутая тебя в свои объятия. Бельчонок, я хочу все делать только вместе с тобой. Я хочу подарить свою жизнь тебе. Хочу принадлежать тебе. Хочу, чтобы ты принадлежала мне. Помнишь, я — часть тебя, а ты — часть меня.

Я показал ей браслет, который не снимал с того самого дня, когда она впервые призналась мне в любви.

Растерянно улыбнулась и прикоснулась к браслету.

— Я рада, что он тебе нравится. Ром…

Перебиваю. Должен закончить. Меня и так стопорит ее вид. Смятение, уязвимость, нерешительность. И этот разрушающий меня страх в глазах.

— Бельчонок, дай руку…

Сжимает кулачок, но протягивает. Застёгиваю на ее запястье похожий браслет. Маленький и изящный.

— Ты моя судьба, — читает и улыбается более открыто.

Слаживает нашу руки вместе, соединяя браслеты.

— Нравится?

— Очень…

— Бельчонок, это еще не всё… — достаю из кармана кольцо и привстаю на колено.

— Ром, не нужно… — хватает меня за руки и тянет вверх. — Не нужно. Потому, что я скажу «нет»…

Глава 49

Катя

Не хочу быть палачом наших отношений, но и «да» сказать не могу.

— Ром, пожалуйста, не нужно… — пытаюсь поднять парня с кален. Но он застыл. Не двигается, сверля меня взглядом. — Я не выйду за тебя замуж.

Этот день снова превращается в кошмар. Кошмар, которой убивал меня целый год.

Чувствую, как напрягаются мышцы парня под моими руками. Как сжимаются кулаки, роняя кольцо на пол террасы. Как дрожат его губы и застывают слёзы в глазах.

— Ром, послушай… — тянусь к нему. Но он одним рывком вырывает свои руки с моих и отходит от меня. — Ром…

Теряюсь. Слова совсем не идут. Сжимаю край куртки, стараясь успокоиться и попытаться все объяснить. Мне нужна помощь, чтобы собраться и справиться с эмоциями. Мне нужна его поддержка, а не дикий вид и убийственная злость в глазах.

Делаю шаг к нему…

— Не подходи, Богданова. Стой, где стоишь, потому что я не контролирую себя.

Застываю. Я знаю, что он может сделать в таком состоянии. Знаю, поэтому стою, не двигаясь. Но мне нужно совсем другое. Мне нужно его тепло и понимание. Мне нужна уверенность в нем, а не страх.

— Ты понимаешь, что это всё… У всего есть предел и у моей любви тоже, — даже на таком расстоянии ощущаю его злость и боль. Я могу его успокоить, утешить, но он не позволяет мне. Отдаляется, закрывается. — Я спрошу только раз. Один раз, Богданова. От твоего ответа будет зависеть вместе мы или нет. Я в последний раз становлюсь перед тобой на колени.

Два шага и он передо мной. Страшно. Я боюсь его. Боюсь его такого. Кольцо снова в руке, а он на коленях. Не выдерживаю его свирепого взгляда и опускаю глаза в пол.

Я не могу сказать это «да»! Не могу! Я больше не хочу поступать, как хотят другие. Я хочу поступать так, как считает правильно моё сердце.

— Бельчонок, твою мать, посмотри на меня. Скажи уже своё презренное «нет» и покончим с этим.

Не могу. Не могу сказать «нет». Не могу покончить с нами. Ведь я люблю его и боюсь. Замираю. Закрываю глаза. Не дышу. Только чувствую, как он встает и уходит.

Я не буду плакать. Не буду…

— Один. Два. Три… Он вернется… Четыре. Пять. Шесть … Пожалуйста… Семь. Восемь. Девять. Десять… Ненавижу тебя, Ветров… Одиннадцать. Двенадцать… Как можно быть таким придурком? Как можно снова оставить меня одну? Обещал же не уходить никогда… Предатель… Ненавижу… — закрываю лицо руками, чтобы скрыть слёзы. — Тринадцать. Четырнадцать. Пятнадцать.

— Что ты делаешь, идиотка?

Убираю ладони и открываю глаза. Мне ведь это не чудится? Мой Рома вернулся. Стоит на ступеньках террасы и улыбается.

— Считаю, — бубню я, вытирая хлюпающий нос.

— И снова ревешь?

— Это всё потому, что ты дурак. Орёшь на меня. Слова сказать не даешь. А потом еще уходишь, — Рома сделал шаг ко мне. — Не подходи. Стой, где стоишь. Бесишь, Ветров.

— Богданова! — прорычал грозно, но продолжая улыбаться.

— Что Богданова? Собрался уходить, так давай. Предатель… — я не злилась, я просто капризничала, как девчонка, и улыбалась ему в ответ.

— Ну, Богданова, давай уже выскажись! — сказал, уверенно шагая ко мне. — Что так за глупые мысли в твоей башке? Потому что я походу реально полный дурак. Я не въезжаю.

— Обними сначала. А потом поговорим.

— Богданова, ты ненормальная! — шептал, смеясь и прижимая меня к себе.

Вот так хорошо. Вот так правильно. Вот так я счастлива.

— Ром, а ты бы ушел? — подняла на него глаза, ожидая ответа.

Только Рома не спешил отвечать. Изучал мое лицо глазами. Вытирал дорожки от слёз. И мило улыбался. Такой диссонанс, что я невольно дрогнула, сгоняя с себя страх, который держал меня еще пять минут назад.

— Ушел бы, Богданова, — прикусила губу, понимая, что сглупила. — До машины. А потом бы вернулся. Потому что сдохну, если ты не рядом. Только ты больше не рискуй так меня проверять. Я могу уйти дальше и возвращаться буду дольше.

— Ром, давай сыграем в «Да».

Глава 50

Рома

— Ром, пообещай, что скажешь «да», — говорит, снова становясь серьёзной.

А у меня