120 миллиметров между нами - Антония Эдельвейс

Вспоминал ли он меня хоть иногда? Скучал ли? Эти вопросы терзали меня долгое время, но я никогда не решалась написать их ему, спросив напрямую.

Тяжело прикрыв глаза, я накрыла начавший гореть лоб холодной рукой.

Я помнила его предательство, что пять лет назад, когда он сокрыл от меня свои отношения, что два года назад, когда он подарил другой украшение, о котором я мечтала. Не сказать, что я на него злилась, я даже не уверена, была ли когда-нибудь эта злость вообще, но на душе было тяжело. Я не знала, как мне теперь с ним себя вести. За два года я полностью приняла реальность и даже морально была готова ко встрече с Мариной, но было всё равно тяжело и… страшно. Я боялась, как меня воспримет жена Саши, ведь не просто так же она перестала мне докучать, она явно что-то узнала.

Но это всё не сегодня и, пожалуй, не завтра. Мне нужно время собраться с духом, а пока буду прятаться в своей берлоге, словно и не приехала вовсе.

Родителям я отзвонилась ещё в аэропорту, выслушав от них много возмущённых речей и едва сумев отговорить их от незамедлительного возвращения в город, но оставался ещё один не посвященный в мой приезд человек.

Вздохнув, я потянулась к телефону, что был откинут на тумбочку, при этом едва не навернувшись с кровати, и уже в следующую минуту я слушала размеренные гудки вызова.

- Ба! Какие люди звонят с утра пораньше! - раздался радостный голос лучшей подруги

- И тебе привет, Оксан.

- А ты чего не спишь? У вас же ещё ночь, нет?

Я не сдержала усмешку.

- Не-а, солнышко вон светит за окном, правда, на западе какая-то тучка клубится.

На том конце повисла тишина. Долгая тишина, я уже даже было решила, что связь оборвалась, как вдруг в трубке послышался грохот откатываемого офисного кресла и быстрый цокот каблуков. Пятой точкой почувствовав, что сейчас будет, я отодвинула телефон подальше от уха, и именно в этот момент из динамика раздался визг, почти что переходящий на ультразвук.

- Ир, это правда?! Правда-правда? Ты прилетела?! - радостно пищала подруга.

Я прям в красках представляла, как респектабельная дама в деловом костюме прыгает по всему кабинету и искренне надеялась, что она там одна.

- Да, я прилетала пару часов назад, - услышав, как подруга шумно набирает воздух, я поспешно добавила, - только не пищи так, а то я сейчас оглохну!

Оборванная на полувздохе, подруга что-то невнятно булькнула, подавившись воздухом в лёгких. Я тихо хихикнула в сторону, так, чтобы она ничего не услышала.

- Ты же говорила, что прилетишь в день рождения? А ты уже сегодня тут! Как ты могла такое скрыть от меня?! - особо жирно выделив последнее слово, протянула та, относительно нормальным голосом. - Тоже мне, подруга называется.

- Ну не дуйся, Сан, я просто сюрприз хотела устроить. Или ты думаешь, что сюрприз получился плохой? - как можно жалобнее протянула я, в душе гаденько посмеиваясь над своей хитрожопостью - слишком уж хорошо я знала Оксану и её слабые места.

- Удался, - повержено вздохнула та, а я молча исполнила на кровати маленький победный танец.

- Вот видишь! Значит всё отлично.

- Слушай, может, тогда давай я сейчас с работы рвану к тебе? Ну, или встретимся в кафешке, посидим, отметим воссоединение?

- Ой, нет, - быстро воспротивилась я, - в любой день, только давай уже не сегодня, пожалуйста. Только не обижайся.

Я действительно сегодня была не настроена на тусовку. После перелета я чувствовала себя побитой, либо, в крайнем случае, уставшей до такой степени, словно всю ночь таскала на спине мешки муки. Всё же нервное перенапряжение и смена часовых поясов всегда давали неизменно превосходный результат.

- Ой, точно, я же совсем забыла какой сегодня день, - после недолгой паузы каким-то замогильным голосом ответила Оксана. Я заметно напряглась. - Ты же сейчас к Саше пойдёшь?

Я так и зависла, не поняв, при чём тут Саша, но уточнить мне не дала сама Оксана, грустно продолжив:

- Не представляю как ему сейчас плохо, но он молодец, держится кое-как, а то, что раз в год расклеивается, так это можно считать небывалой силой воли. Я бы на его месте вообще не знаю, смогла бы ли жить дальше, проще руки наложить, чем так страдать. Как представлю, что это могло бы произойти со мной и Колей, так рыдать хочется.

Я слушала подругу, чувствуя, как постепенно становятся квадратными глаза, а голова пустеет. Я не понимала, что имеет в виду подруга, перестав улавливать смысл уже после первого предложения. О чём она? К чему эти страшные рассуждения? Сказанное ею меня пугало с каждым словом всё больше.

- Сан, подожди! – я хвалилась за висок свободной рукой, пытаясь унять резко начавшееся головокружение. - О чём ты вообще говоришь? Что-то случилось с Сашей?!

Теперь настала очередь Оксаны шокировано замолчать.

Пауза затягивалась, когда подруга выдохнула сиплое:

- Ир, если это шутка, то совсем не смешная… Это не то, над чем можно посмеяться. Пусть ты не любила Марину, но это не повод издеваться.

- Да о чём ты вообще? Я действительно не понимаю тебя!! Что уже могло произойти? Ну, годовщина предложения, что в этом такого? Почему Саше плохо?! Что за суицидальные мысли?! – практически кричала я в трубку, чувствуя, как меня охватывает липкий страх.

- С тобой всё в порядке? - запнувшись, обеспокоенно протараторила Оксана. - Какое предложение? О чём ты вообще?!

- Ну, Саша сделал Марине предложение два года назад в этот день, разве нет? Ты ещё мне тогда звонила, помнишь? Я знала обо всём ещё заранее, мне сама Марина говорила! Сан, алло?! Ну же, дьявол тебя побери, не молчи!!

Ира молчала очень долго, а я уже не могла нормально дышать. У меня начиналась паническая атака. В горле всё пересохло, сердце гулко бухало в груди, а перед глазами всё плыло. Каждый глоток кислорода приходилось делать с небывалым усилием, буквально заставляя себя дышать.

- Подожди… Ты… ты действительно ничего не знаешь?!

- Похоже, что нет! Не томи! Ну же!

На том конце равно выдохнули, и я услышала скрип кресла.

- Ир, - глухо начала подруга, пугая меня до потери