Верни мне себя - Брук Лин

Это «я соскучилась» совсем не похоже на остальные. Оно намного глубже, и Янис чувствует это. Замечаю блеск в его зелёных радужках и не могу удержаться от неуверенной, но искренней улыбки. Чувствую себя уязвимой, словно стою перед ним беззащитной и душевно обнажённой.

– Я тоже, – отвечает он с той же чувственностью и, отпустив меня, открывает дверь в машину, в которую уже грузят мой чемодан.

Я плавно приземляюсь на мягкое кожаное сиденье. И как только Янис оказывается рядом со мной, я вновь зарываюсь в его объятия. Внутри всё наполняется радостью и спокойствием, словно я оказалась дома.

Авроре не показалось.

Я и в самом деле влюбилась.

По-настоящему. До потери рассудка. И как же это опасно и прекрасно одновременно.

– Расскажешь, что ты задумал? – интересуюсь у него, как только машина двигается с места.

– Оставлю это сюрпризом, – улыбается он.

– Тогда проведёшь мне экскурсию по Лондону? Кажется, я про него ничего не знаю, кроме улицы, где жил Шерлок Холмс, – прижимаюсь к нему сильнее, чтобы иметь широкий обзор на город из окна.

Автомобиль неспешно едет по Лондону, окутанному туманом, и Янис начинает увлечённо рассказывать мне о каждом уголке, мимо которого мы проезжаем. Делает это с таким трепетом, как будто делится чем-то очень личным.

Обычно такие экскурсии он проводит мне на Кипре, когда мы ездим в новые места. Хотя изначально всё было иначе. Раньше, как только мы садились в транспорт, Янис доставал ноутбук и погружался в работу. Он объяснял это тем, что не любит терять время попусту и использует каждую свободную минуту с пользой. Мне это не нравилось, и однажды я решилась открыто выразить своё недовольство.

В тот момент он проводил совещание по зуму с сотрудниками отеля, и я, психанув, захлопнула крышку его ноутбука. Янис вздрогнул и посмотрел на меня с явным раздражением. Но, прежде чем он успел что-то сказать, я забралась к нему на колени и, обвив его шею руками, сказала:

– Мы слишком редко видимся, чтобы я соглашалась на вторые роли даже в дороге. Мир не рухнет, если ты будешь работать немного меньше. Зато я стану чуточку счастливее, если ты уделишь это время мне.

Я боялась его реакции. Думала он отчитает меня как глупую и сумасбродную девицу, но вместо этого он обнял меня в ответ и произнёс очень серьёзно:

– Прости. Никогда и никто не нуждался в моём стопроцентном присутствии и внимании. Это приятно. Но впредь больше никогда не прерывай так резко мои совещания. Ты не можешь знать насколько они важны. Если чувствуешь, что я пренебрегаю временем с тобой, скажи мне об этом, и я обязательно решу проблему.

– Злишься на меня?

– Как я могу злиться на тебя, когда ты сидишь и так красиво смотришь на меня своими голубыми глазами?

Так и решались наши проблемы. Я рубила с плеча, а Янис учил меня строить экологичные отношения. И с каждым разом у меня получалось всё лучше. И сейчас такие моменты свелись к минимуму.

Мужчина продолжает с энтузиазмом рассказывать о Лондоне: от истории Тауэра до легенд о Темзе. Кажется, я впервые вижу его таким зачарованным. Он знает всё о создании каждого из сооружений. И у меня напрашивается только один вывод:

– Кажется, ты без ума от этого города.

– Я его очень люблю. Здесь я чувствую себя спокойно и хорошо.

– Поэтому и не впускаешь никого на эту территорию?

Он переводит взгляд на меня и, слегка задумавшись, коротко отвечает:

– Да.

– Спасибо, что мне позволил, – улыбаюсь как-то слишком робко.

Янис подносит мою ладонь к своим губам и оставляет на ней едва ощутимый, но трепетный поцелуй. Он как безмолвное подтверждение всем моим мыслям – это и в самом деле важное место для него. И то, что я тут, тоже важно. Не только для него, но и для меня.

Машина продолжает путь, а вместе с ним продолжается и экскурсия, которую я слушаю с огромным удовольствием. Минут через десять мы доезжаем до места назначения. Янис галантно помогает мне выйти из салона, и я, взяв его под руку, направляюсь к старинному зданию. Мы входим внутрь и поднимаемся вверх по лестнице. Наши шаги по каменным ступеням гулко раздаются в просторном вестибюле. Высокие потолки с лепниной и массивные хрустальные люстры создают атмосферу старого величия. И я понятия не имею, какую мою мечту Адамиди намерен осуществить в таком месте.

Дойдя до третьего этажа, он останавливается и, взяв меня за руку, подводит к массивной двери. Я уже с нетерпением жду, когда он откроет её, но Янис внезапно поворачивается ко мне лицом.

– Что случилось? – спрашиваю я, заметив растерянность в его глазах.

– Я делаю это впервые и, если честно, немного волнуюсь, – признаётся он.

– Надеюсь, ты не собираешься делать мне предложение руки и сердца, – отшучиваюсь нервно. – Потому что это явно не то, о чём я мечтаю.

Яниса веселят мои слова, и напряжение слетает с его лица.

– Тебе нужно закрыть глаза, – говорит он и вставляет ключ в замок.

Заинтригованная его словами, я смыкаю веки. Он бережно берёт меня за руку и ведёт внутрь комнаты. Я чувствую, как мы продвигаемся вперёд, а затем Янис останавливается и отходит от меня.

– Можешь открывать, – доносится его голос издали.

Я медленно открываю глаза и с непониманием смотрю на Яниса, который раскрывает плотные шторы и впускает в комнату естественный свет. Мой взгляд постепенно привыкает к комнатному освещению, и я начинаю внимательно осматриваться вокруг.

Я стою посреди просторного помещения с высокими потолками, а вокруг меня… Боже. Вокруг меня галерея картин. На стенах висят пейзажи и изображения женских частей тела. Я не могу оторвать взгляда от них. Чувствую, как учащается дыхание от восторга и восхищения. Эти работы не просто красивы, они безумны и невероятны.

– Что это за место? Ты коллекционируешь картины? – спрашиваю, продолжая разглядывать всё вокруг.

Янис подходит ко мне и, загадочно улыбнувшись, отвечает:

– Я их пишу.

Его слова обескураживают меня и заставляют посмотреть ему в глаза.

– Что? – усмехаюсь с недоверием. – Хочешь сказать, это всё нарисовал ты?

Он кивает. Взгляд его спокоен и уверен. Ни намёка на шутку.

Я снова оборачиваюсь к картинам, но теперь смотрю на них совершенно иначе. Каждая деталь, каждый мазок кисти словно оживает передо мной, приобретая новый, глубокий смысл.

Нет сомнений: я встретила самого удивительного мужчину на всём белом свете.

Я поворачиваюсь и встречаюсь взглядом с изумрудными