Королевской поступью. Первый шаг императрицы - Айлин Лин

– Завтра я зайду к вам, – сказал напоследок Заварицкий.

Стояла под тенью деревьев и смотрела вслед друзьям, что направились к ограде королевского парка. Всё налаживается. Если можно так сказать. Я верю, что расставание с Павлом не навсегда. Пусть на время нам придётся затаиться, но судьбу ещё можно изменить и заставить повернуться к себе лицом.

Оглядевшись кругом и убедившись, что поблизости никого нет, я поднялась в покои, усевшись на подоконнике. Заглянула в комнату, Варя, точно мышка, тихонько сопела в кровати.

Скользнула внутрь, быстро скинула одежду и натянула на себя ночную рубашку. Потрясла девушку за плечо.

– Госпожа?  – Она распахнула заспанные глаза, – вы уже вернулись?

– Да, – рассмеялась я, – а ты не сильно беспокоилась.

– Ой, – девушка села в кровати, – поначалу так переживала, так переживала. Но у вас перина мягонькая, сморило.

– Варенька, тут такое дело, – придвинулась поближе к девушке, зашептала на ухо, – мы улетим через пару дней. Ты со мной? Если не хочешь, можешь отправляться домой или уехать в усадьбу, где тебе больше нравится. Я предупрежу Лукерью Захаровну.

– Страшно летать, – Варя приложила ладони к щекам, – ой, как страшно. Только без вас я тоже оставаться не хочу. Возьмите меня с собой, госпожа, пожалуйста. Потерплю уж ваши полёты.

– Хорошо, – обняла её, – не хочется расставаться с тобой. Привыкла, точно к родной.

Варя сморгнула слезинку с длинных ресниц и улыбнулась:

– Я тоже привязалась к вам, Александра Николаевна, – и обняла меня в ответ.

Мы ещё долго болтали, лёжа в постели, обсуждали, что взять в дорогу. Не заметили, как уснули вместе, обнявшись, точно сёстры.

Глава 32

Александра

Утром на подоконнике меня поджидали две большие друзы горного хрусталя. Затащив их на кровать, я прикрыла камни одеялом, задёрнула полог и взялась за дело. Силы почти восстановились, отдых пошёл мне на пользу, так что работа спорилась.

Варенька принесла мне плотный завтрак.

– Сидит надзирательница, – пробурчала она, – даже от еды отказалась. Будто нежить какая, – передёрнула она плечами.

– Будет тебе, – рассмеялась я, – не обращай на неё внимания. Лучше пока потихоньку вещи собирай. Сделай вид, что порядок в гардеробе наводишь. Возьми с собой мужскую одежду и пару новых платьев, много не надо. Потом купим всё, что требуется. Сможешь к Василию пробраться в конюшни так, чтобы никто не заметил?

– Попробую, – кивнула горничная.

Я встала, быстро черканула записку Лукерье Захаровне:

– Вот, отдай ему, пусть все деньги и драгоценности из дома возьмёт. Первое время жить на что-то надо.

В покои постучали, и Варя пошла открывать двери. В гостиную вошла незнакомая женщина, похожая на нашу надзирательницу. Смена караула. Прибывшая проводила свою коллегу и заняла её место на диване. Девушка предложила ей чаю, но та молча покачала головой.

Ну и шут с ними. Потерпеть пару дней, и весь этот балаган закончится. Увидеть бы Павла напоследок. Хоть голос его услышать. Сколько продлится наша разлука на этот раз?

Снова раздался стук. В мою спальню вошёл Матвей в сопровождении магички.

– Доброго дня, Александра Николаевна, – улыбнулся он.

Я успела до того, как Заварицкий вошёл, обильно припудрить лицо, чтобы выглядеть болезненней.

– Ох и не знаю, господин барон, всё как в тумане. Голова кружится. То в жар, то в холод бросает, – простонала в ответ.

Матвей нахмурился, сделал вид, что внимательно осматривает меня:

– Выгорание, – пробормотал он.

Стоявшая у двери женщина побледнела, нервно сглотнув. Матвей, повернувшись ко мне, шкодно подмигнул:

– Беда, Александра Николаевна, неразумно вы силы свои тратили. Боюсь, мне нечем вас утешить. Скорей всего речь идёт о паре-тройке дней. Потом же…

– Что? – Распахнула я глаза, приподнявшись на локте, – не молчите, Матвей Никонович.

– Потеря магических сил, – шумно вздохнул Заварицкий.

– Ох, – откинулась я на подушки, – помогите мне, прошу вас, ведь вы целитель, – стонала я, как раненая лань.

– Держитесь, графиня. Сделаю всё, что в моих силах.

Он поднялся:

– Больную не беспокоить, – хмуро бросил в сторону новенькой надзирательницы. Та кивнула и покинула комнату, за ней вышел и барон, на прощанье лукаво улыбнувшись.

– Охранница наша сбежала, – хохоча, через минуту в комнату вошла Варя, – вслед за бароном.

– Интересно, выгорание правда так страшно проходит? – Села на кровати, поставив перед собой друзу.

– Вот надорвётесь, сами узнаете, не дай бог, – Варя решительно отняла у меня камень, – садитесь завтракать. Вам сил набираться надо.

– Ну вот, – шутливо проворчала я, – сменила одну надзирательницу на другую, – уселась за стол и придвинула к себе тарелку с ароматным бульоном.

***

Павел

Заварицкий сидел в покоях цесаревича в широком кресле, закинув ногу на ногу, и со смехом, рассказывал о своём визите к императору.

– Александре надо бы в актрисы податься, как она провела эту надсмотрщицу. Та убегала от её покоев как чёрт от ладана. И Михаилу Романовичу все мои слова подтвердила. Государь отложил визит на три дня.

– Что с того? – Метался из угла в угол Павел, – ты видел? У моих дверей чуть ли не полк гвардейцев, теурги, менталисты. Даже под окном караулят, выгляни, убедись.

– Верю, друг мой. Император бережёт будущего государя от необдуманных поступков.

– Я перед Сашей чувствую себя беспомощным младенцем. Она одна сражается за нас, а мне лишь остаётся плыть по течению, – он ударил кулаком по стене. – Ты послал своего человека к патриарху?

– Обижаешь, он уже вернулся. Подтвердил Тихон, что собирается с визитом в столицу, вот только не сказал, заступится ли за вас.

– Пока он соберётся вы уже будете далеко, – цесаревич сел, опустив голову на руки.

– Ты знаешь, где нас искать, – пожал плечами Матвей, – бежим вместе. Если и впрямь решил отказаться от престола.

– Чтобы отец отправил за нами всю Тайную канцелярию и армию в придачу? Мне ничего не будет. А вам? Виселица или того хуже, застенки теургов. Нет. На такой риск я идти не могу.

– Откажись от престола. Твоя невеста сама сбежит. А там и государь махнёт рукой на непутёвого сыночка. Николай заменит тебя на троне.

– Это я и собираюсь сделать. Но сколько времени пройдёт? Я даже не знаю, что завтра придёт в голову отцу. Предложить Саше стать его любовницей, надо же додуматься.

– Он рассчитывал на её меркантильность, – усмехнулся Заварицкий.

– Она не такая, – тихо сказал Павел.

– В этом я убедился сам, – улыбнулся Матвей, – как Веся, верит в добро и справедливость. Смелая до упрямства и отважная, – взгляд барона стал мечтательным, – я решил