Когда тает лед - Ханна Грейс

Мне не привыкать к травмам и синякам. Как-никак я хоккеист, а еще мои друзья любят жестокие розыгрыши. Но такого мне видеть не доводилось. Анастасия грустно улыбается и протягивает руку, чтобы я шагнул к ней под душ.

– Честное слово, на самом деле все не так плохо, как выглядит.

Предложение поиграть в дом, на несколько часов по сути забыв про реальную жизнь, было блестящей идеей. Вспомнив, что Лола говорила про контроль, я спросил Анастасию, чем бы она хотела заняться. Она сразу предложила вымыть ей волосы, потому что самой их не распутать.

У меня хорошо получается втирать шампунь в ее волосы. Сначала выходило немного грубо, но потом я наловчился и теперь тщательно смываю пену.

В ее душевой очень интересно: тут множество всяких пахучих средств, о существовании которых я даже не подозревал. Одно из открытий – пилинг для тела – взрывает мой мозг.

– Так вот почему ты всегда такая мягкая?

Слышать ее смех чертовски приятно.

– Да, наверное.

Когда мы оба оказываемся под струями воды, она расслабленно прислоняется ко мне. Так мы и стоим. В этом нет ничего сексуального, и я вполне доволен. Просто хочу заботиться о ней и благодарен, что она это позволяет.

Развернувшись ко мне лицом, Стейси становится на цыпочки и трет мою голову.

– Можно теперь тебе вымыть волосы?

Ее глаза блестят ярче, щеки горят; на лицо наконец вернулся румянец. Последние пять минут я пытался поставить ей волосы дыбом и сделать прическу в стиле панк. Но они слишком длинные, и как только я накладываю на них побольше пены и шампуня, они падают и хлещут ее по лицу. Я получаю удар локтем в живот, а она набирает полный рот шампуня.

– Ты даже не дотягиваешься до моей головы, – шучу я, переплетая свои пальцы с ее. – Тебе помочь?

В первый момент Стейси, похоже, хочет возразить, но потом понимает, что у нее нет выбора, и кивает.

Я как можно осторожнее поднимаю ее, и она обхватывает ногами мою талию. Беру ее под мышки, не столько для поддержки, сколько затем, чтобы она оставалась подальше от моего стояка. Член не понимает, что голая мокрая девушка в моих объятиях не хочет на него садиться.

Она взбивает пену между ладоней и погружает руки в мои волосы. Клянусь, я издаю стон.

– Спасибо, Нейтан, я в этом нуждалась.

– Я тоже.

Глава 23

Анастасия

Проснувшись сегодня утром, я пообещала себе, что на этой неделе не буду плакать.

Это было серьезное намерение, и оно казалось достижимым. Я даже запостила: «Новая неделя – новое начало». Настолько была уверена, что все пройдет замечательно. В последние две недели я так много плакала, что удивительно, как наш дом не затопило. Но вчерашний вечер положил конец слезам.

По крайней мере, я так думала.

Правда, начало было не слишком вдохновляющим, когда пришлось вытаскивать себя из постели. Нейт уткнулся в мою шею, прижавшись ко мне всем телом, и до слез не хотелось от него отрываться.

Он был таким заботливым прошлой ночью! Нет, не просто заботливым. Я почувствовала себя как никогда спокойно после того, как он вымыл и расчесал мои волосы, и мы улеглись в постель. Нам было так легко говорить обо всем, что произошло.

– Анастасия, как ты могла подумать, что я тебя отвергну? – изумился Нейт. – Ты даже не представляешь, что я могу сделать ради тебя. Только чтобы ты была счастлива.

Мое сердце проделало странный фокус, о котором прежде я только читала: одновременно заколотилось и затрепетало. Я даже усомнилась, что впредь оно будет работать нормально.

Рядом с Нейтом я испытываю головокружительное ощущение безопасности и уверенность, что он справится с любой проблемой. Он – мой надежный якорь в мире, где в любой момент меня может унести волна. Я ценю эту надежность и ценю его.

– Прости, что накричала на тебя, – пробормотала я, уткнувшись в его грудь.

– Я заслужил, – признался Нейт, целуя меня в макушку. – Я мог бы поступить иначе. Мог позвонить тебе раньше родителей Аарона и все объяснить. Мог не признаваться в том, чего не делал. – Он засмеялся. – Прости, что ты хотя бы одну секунду думала, будто я сознательно поставил под удар твои мечты.

– Ты мне нравишься, Нейтан, – призналась я, поднимая голову. – И меня сильно бесит то, что мне нравится хоккеист. Но ничего не могу поделать. Это очень сложно, ведь Аарон убежден, что это сделал ты. Но я доверяю своей интуиции.

– Ты тоже мне нравишься. Мне было так хреново последние две недели.

Наш разговор оборвал шум: Аарон чем-то гремел в квартире, явно недовольный тем, что здесь Нейтан.

Аарон тоже пострадал, и физически, и морально, но не может нормально общаться со мной на эту тему. Он уронил меня и из-за этого буквально ненавидит себя. Он уже извинялся столько раз, что и не сосчитать. Зациклился на одной маленькой ошибке, в которой не виноват, и я никак не могу его успокоить.

В этом нет его вины: это был несчастный случай, который ни один из нас не предвидел. Я цела, не считая нескольких синяков. И уже сто раз благодарила его, что он меня поймал, но ему этого недостаточно.

Еще не знаю, как этот несчастный случай подействует на нас, когда Аарон вернется на лед. В голове поселился страх, когда меня поднимают. Даже в ду2ше, когда Нейтан взял меня на руки, чтобы я достала до его шевелюры, у меня на мгновение замерло сердце.

Я так крепко обхватила его ногами, что, наверное, оставила синяки. Удивительно, как не раздавила. Похоже, Нейт этого даже не заметил, был слишком занят тем, чтобы случайно не задеть меня пенисом.

Я уже привыкла переживать за Аарона, но как следует помочь человеку можно, только если он сам скажет, что с ним не так.

Утром меня разбудил стук двери – несомненно, опять Аарон. Вместо того чтобы опять заснуть, я решила просто полежать, прислушиваясь к дыханию Нейта.

– Стейси, я слышу, как крутятся шестеренки в твоем мозгу. О чем можно думать в такую рань?

Нейт зевнул и нежно поцеловал меня в плечо.

Поскольку я провозгласила неделю без слез, мне не захотелось поднимать тему Аарона.

– Пытаюсь понять, положил ли ты между нами клюшку или правда счастлив просыпаться рядом со мной.

Он потерся о мою задницу и простонал в мои волосы.