Моя долгожданная - Марина Зимняя

- Ничего… - произносит, засовывая руки в карманы. Мелька тарабанит в дверь. - Чмо ты конченное, вот ты кто! - не говорит, а выплевывает, продолжая сверлить меня взглядом.

- Ты за языком то следи…

- Я думал ты мужик, а ты так… мудак.

- Ты совсем охерел? - хватаю его за ворот куртки, как нашкодившего щенка.

- С моей мамой так нельзя! Потискал и свалил! Но знаешь, что? Так даже лучше. Не нужен Машке такой отец. Без тебя воспитаем!

Друзья, история Максима и Юли подходит к концу. На этой неделе я ее завершу. После публикации эпилога дам немного времени на дочитывание и сделаю ее платной. Имейте это в виду, мне не хотелось бы читать возмущения по этому поводу, как уже было неоднократно. Надеюсь на ваше понимание.ТОЛЬКО ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ 18+Хорошая новость для тех, кто полюбил мои книги о лошадях. Вчера была опубликована первая глава моей новой книги «Зафер. Второй шанс». Присоединяйтесь к чтению. Частых выкладок обещать не могу. Обычно, я не коплю текст, все что пишу, публикую сразу. Пишу по вдохновению и по возможности без всякого графика. Как правило, вдохновение зависит от вашей реакции на книгу.На сей раз будем окунаться в кавказскую культуру. Думаю такого у меня еще не было, ну почти не было)) Курортный роман не считается. Здесь все будет гораздо серьезнее. https:// /shrt/194Q

Мурат Ханоков - хозяин конного спортивного комплекса. Титулованный спортсмен и человек обладающий талантом находить подход к самым сложным своим подопечным.

Глава 42

Распахиваю настежь окно, пытаясь глотнуть хоть небольшую порцию свежего воздуха. Лицо обдает бодрящей морозной прохладой. В тот же момент обоняние улавливает запах луковой зажарки. И без того стоящий в горле ком, растет до гигантских размеров, желудок прошивает легким спазмом, на висках проступает пот. Закрываю окно, пытаясь продышаться. Медленно вдыхаю через нос... Не таким уж и отвратительным теперь кажется запах сварившейся гречки. Накрыв рот ладонью срываюсь в ванную…

Наталья Сергеевна совсем не отходит от плиты похоже, утром она душила меня тушёной капустой, сейчас лук. С каждым днем мой токсикоз только усиливается. С Денисом такого не было.

Умываюсь, полощу рот, бросаю взгляд в зеркало. Щеки впали, скулы стали еще острее, под глазами залегли синяки, губы высохли и растрескались, и это только начало. Но я рада этим изменениям, потому что именно они говорят о том, что Максим сделал мне самый большой подарок, не сравнимый ни с одним другим.

Я уже была у врача и анализ на ХГЧ подтвердил беременность, но мне все равно до сих пор не верится, что это случилось. Нужно сказать Максиму, но каждый раз при разговоре, я не могу найти подходящих слов. Это странно на самом деле, ведь я уверена, что он будет рад. Только вот, как решать наши насущные проблемы в свете этого события, я пока не решила. Как сказать Денису? Как объявить ему, что нам придется переехать?

Убедившись, что огонь на плите погашен, ухожу в спальню и зашториваю окна. Удивительной особенностью обладает мой организм реагировать даже на свет, не то, что на запахи. В полумраке гораздо легче переживать приступы тошноты. Укладываюсь на кровать и ныряю ладонью под подушку, вытягиваю из-под нее крошечные ползунки Дениса и малюсенькую шапочку с надписью «Мой ангел», слезы моментально проступают на глазах. Первая шапочка, которую я надела ему через несколько часов после рождения.

За эту неделю я пересмотрела все фотографии сына от первых дней жизни до сегодняшнего дня, наревелась и насмеялась от коротких видео из детского сада. Первые агу, мама, папа… Первый выпавший зуб и белокурый локон состриженных волос. Голубые бирочки с ростом, весом и временем рождения, прищепка, пережимавшая пуповину измазанная зеленкой, три снимка узи. Засушенный листик клевера и стебель лысого одуванчика - часть его первого букета, подаренного мне на прогулке. Блокнот с его первыми словами и с отпечатками ладошки и ножки. Кажется, что все это было давно, а вроде бы и совсем недавно. Вдыхаю едва уловимый аромат детского мыла, вещи до сих пор пахнут младенцем.

- Мама, - Денис склоняется надо мной, касаясь моего плеча. Открываю глаза, пытаясь сфокусировать зрение. Он присаживается передо мной на корточки, вытягивает из моих пальцев зажатую в кулаке шапочку. Смотрю на него широко распахнув глаза, считаю учащающийся пульс, колотящийся в висках. Денис смотрит на белый чепчик, улыбается, разглаживает слегка смятый трикотаж на покрывале. - К тебе кое-кто пришел, - улыбается одним уголком губ.

- Денис… - касаюсь пальцами его большой мужской ладони. - Ты все знаешь, так ведь? - приподнимаюсь на локте, собираясь сесть на кровать.

Денис коротко кивает, вижу, как блестят влагой его глаза.

- Сыночек…

- Подожди, не говори ничего, - поднимается и снимает китель Андрея с вешалки. - Я заберу его, ладно? - кивает мне, смаргивая слезинку и быстро стирая ее ладонью.

Молчу, наблюдая за сыном, затаив дыхание.

Он перекидывает мундир отца через предплечье, присаживается рядом со мной.

- Ты не обязана, хоронить себя, мама, - поворачивается ко мне. - Уверен, что папа хотел бы для тебя счастья.

- Сыночек… - снова вздыхаю.

- Смотри, - его взгляд становится серьезным и колким. - Если он вздумает тебя обижать! - резко чеканит последнее слово. Обнимаю его, притягивая белокурую голову к груди, плачу. - Я уже сказал ему, что назовем ее Машей.

Оказывается, детская мечта Дениса назвать так сестренку совсем не забылась.

- А если мальчик?

- Девочка будет, - бормочет серьезно. - Мужики не опаздывают, а я ее с первого класса жду.

***

- Да, целуйтесь уже! Как дети, в самом деле! - басит Денис, выталкивая Мелю в прихожую.

Максим невесомо касается моих губ, опускаю голову и утыкаюсь носом в его грудь, улыбаюсь. Его грудная клетка содрогается от беззвучного смеха. Руки сомкнуты вокруг моей талии. Я тоже обнимаю его, ощущая тяжесть кольца на безымянном пальце.

- Одевайся быстрей! - Денис ругается на Амелию.

- Я не спросила! - верещит она. - Дай, спрошу!

- Потом спросишь! - повторяет грозно.

- Юля, я