Изгнание и объятия - Кира Коул

— Ты знаешь, кто твоя мать? Ты планируешь остаться здесь теперь, когда получила все необходимое от поездки?

Я киваю. — Я знаю, кто она, и я собираюсь остаться здесь. Мне нравится в Портленде. Здесь не так жарко, и дождь приятный. И секвойи. Срань господня. Прежде чем ты уйдешь, я должна показать тебе их.

Я готова прекратить поиски дополнительной информации о моем отце и смириться с тем, что он никогда не станет человеком, которым я надеялась.

Я остаюсь ради Финна. Я пообещала ему, что останусь, пока он не получит от Орегона то, что хочет. Хотя, даже если бы он уже это сделал, я не знаю, смогла бы я оставить его.

Зои улыбается и прислоняется ко мне, когда небо становится полуночно-синим. — Я скучаю по тебе, Ава, но ты выглядишь счастливее здесь. Легче. Как будто ни одна из проблем в мире не может коснуться тебя.

Она права. Сидя на заднем сиденье машины, любуясь закатом в Орегоне, я наконец чувствую, что свободна от прошлого.

Теперь все, что мне нужно выяснить, — это чего я хочу от своего будущего.

Когда эта мысль приходит мне в голову, я вспоминаю улыбку Финна и то, какие чувства он во мне вызывает.

Глава 23

ФИНН

Доусон напевает песню по радио, пока мчится по шоссе. — Я не думал, что ты собираешься отправиться в бега с нами. Разве ты не говорил, что на этой неделе у тебя в городе семья?

Я пожимаю плечами и откидываюсь на спинку сиденья, скрещивая руки на груди и закрывая глаза.

Дорога до границы долгая, и мне нужен весь отдых, который я могу получить. — Да. Сестра Авы здесь уже почти неделю. Остановилась у тети Авы. Ава хотела пойти с ней куда-нибудь сегодня вечером. Я думаю, ее шурин тоже прилетел сегодня утром, так что они втроем отправились развлекаться.

— Что означает, что ты проведешь всю ночь за рулем до границы с Колумбией со мной и обратно. Как захватывающе.

Я хихикаю и вытягиваю ноги так далеко, как только могу. — Ее шурин — пугающий мужчина. Чем меньше времени я буду проводить рядом с ним, тем лучше.

По крайней мере, вылетел только Кристиан. Если бы он привел с собой Алессио и Йована, я бы забеспокоился, что они приедут сюда, чтобы повидаться со мной.

Если бы он взял с собой свою правую руку, Рубена, я бы уже бежал куда глаза глядят.

Вместо этого Кристиан кивнул мне, когда я этим утром подвез Аву к дому ее тети. Он не подошел к машине и не сказал ни единого слова, но кивок был достаточно дружелюбным.

Доусон смеется. — Мне знакомо это чувство. Мои будущие родственники со стороны мужа внушают ужас. Я бы никогда их не увидел, если бы у меня было право голоса в этом вопросе. К сожалению, его нет.

Я открываю глаза, когда машину резко дергает в сторону. — Что за черт?

Доусон смотрит в зеркало. — Посреди дороги что-то было.

— Ты думаешь, мы вот-вот окажемся в глубоком дерьме? — Я вытаскиваю пистолет из бардачка.

— Ага.

Впереди из-за угла выезжают три черных внедорожника. Они несутся к нам, без малейших признаков замедления.

Мое сердце бешено колотится, когда я опускаю стекло и высовываюсь, целясь в одно из передних колес.

Выстрел рассекает воздух, сопровождаемый звуком лопающейся шины. Внедорожник, в который я стрелял, теряет управление, сильно ударяясь о заграждение. Он движется слишком быстро, чтобы оставаться в вертикальном положении, переворачиваясь на бок.

Доусон дает машине задний ход и разворачивает нас, прежде чем взлететь.

Он объезжает то, что находилось посреди дороги, но секундой позже машину наполняет звук лопающихся шин.

Он хлопает рукой по рулю. — Черт!

Я распахиваю дверцу и выхожу из машины, прикрываясь ею как щитом.

Доусон делает то же самое с другой стороны, когда два оставшихся внедорожника подъезжают ближе.

Предполагалось, что никто не узнает об этой вылазке. Киллиан был единственным, не считая меня и Доусона. Он сказал, что хочет, чтобы все прошло без сучка и задоринки. Он был уверен, что мы были единственными, кто мог это сделать.

Узнал ли он о плане моего отца?

У меня сейчас нет времени беспокоиться об этом. Я стреляю по одной из других машин, но пуля попадает в капот, а не в одну из шин или в человека за рулем внедорожника.

Внедорожники останавливаются перед нами, из каждого выходит по четверо мужчин. Они используют внедорожники как щит, делая выстрел за выстрелом.

Мое сердце колотится в груди, когда я выглядываю из-за двери ровно настолько, чтобы выстрелить в одного из мужчин.

В процессе еще одна пуля задевает мою руку, боль пронзает бицепс.

Доусон убивает двоих за то время, которое мне требуется, чтобы убить еще одного. Четверо убиты, осталось четверо, но я потерял их из виду.

Слева от нас массивный утес, который ведет вниз к ледяной воде, но справа есть лес.

Доусон крадется вокруг машины спереди, чтобы присоединиться ко мне. — Мы собираемся украсть один из внедорожников и закончить пробежку. Ты будешь тем, кто это сделает. Хватай деньги с заднего сиденья и убегай. Я прикрою тебя, а потом уберу здесь.

Я киваю, проскальзываю в дверь и забираюсь в машину ровно на столько, чтобы схватить сумку с деньгами.

Доусон убивает еще одного из мужчин, пока я перекидываю сумку через плечо.

Он стонет, когда пуля попадает ему в бедро. — Черт, как больно. Убирайся отсюда, Финн.

Я стреляю в другого мужчину, когда он бежит к нам, кровь растекается по его белой рубашке, когда его тело падает на землю.

Один из мужчин бежит обратно к внедорожникам.

Я следую за ним, хватаю его за воротник и вытаскиваю из машины.

Он стонет, когда я бросаю его на землю и встаю над ним, направив пистолет ему в голову.

Он ухмыляется и плюет в мою сторону.

Мой палец ложится на спусковой крючок, и секунду спустя он мертв.

Я сажусь во внедорожник и захлопываю дверцы, прежде чем завести двигатель.

Я собираюсь закончить работу, а потом поговорю с Киллианом о том, что, черт возьми, это было.

Киллиан сидит за столом в своем домашнем офисе, когда я вхожу поздно вечером следующего дня.

Бекка слегка улыбается мне и встает со стула.

Она складывает руки вместе, глядя на меня. — Как дела у Авы?

— Ей просто нужно еще немного времени. Я