Спасибо за ночь - Юлия Гетта

Как же с таким папой я попала в сети жадного Пряникова?

Должно быть, услышав шум автомобиля, папа в телогрейке вышел на порог нас встречать.

— Ну здравствуйте, — бодро произносит отец, изучая хитрым взглядом моего Стрельца.

Оценивая, взвешивая, определяя, насколько этот мужчина достоин меня.

Гоша здоровается с папой, отвечая на его крепкое рукопожатие. Уверена, не менее крепким. И по удовлетворённому выражению лица отца я понимаю, что этот жених прошёл проверку.

— Приятно познакомиться, Сергей Семёнович, — улыбается Гоша, хотя я вижу лёгкое волнение. И испытываю дикое удовлетворение оттого, что такой важный человек, как Стрелец, волнуется перед моими родителями.

Мама не выдерживает, выглядывая из-за двери.

— Серёжа, ну что ты морозишь детей? Проходите-проходите! — зазывает нас в тёплое нутро дома.

В доме пахнет деревом, маминой едой и родными мне вещами.

Знакомство медленно перетекло в застолье, из которого никого не выпускали с пустым желудком. А отец даже решил, что финальной частью изучения моего жениха будет распитие брусничной настойки, которую он любовно делал сам.

— Нет, мы же на машине, возможно, как-нибудь в другой раз, — пытается отказаться Гоша.

Что, папа, конечно, воспринимает как малодушие.

— Ну нет, зятёк, вы сегодня никуда не поедете. Мы для вас уже и комнату приготовили. Так что не переживай.

Думала, Гоша начнёт отнекиваться. Но, как ни странно, кажется, даже и не подумал.

И судя по всему, если учитывать, что мой отец быстро разрумянился, Гоша был стойким оловянным солдатиком. Что окончательно уверило родителя в том, что я привела достойного кандидата в их дом.

— У тебя классные родители, — заключает Гоша, когда мы оказываемся в гостевой комнате, а известный столичный ресторатор, сняв свой дорогущий итальянский костюм, натягивает домашние треники моего па.

— Согласна. Самые лучшие. Папа обожает нас с сестрой, — с расслабленной и довольной улыбкой подтверждаю.

В майке-алкоголичке и трениках Гоша всё равно выглядит как итальянец на отдыхе. И как у него это получается?

Я же, в своей старинной хлопковой ночной сорочке, которую мне подарила мама, выгляжу как манюня. Но, похоже, в глазах Стрельца иное отражение. Он жадно притягивает меня к себе, медленно задирая мою сорочку.

— Ты такая уютная и домашняя, — ласково произносит, изучая мои округлости. — Куплю тебе такую же ночнушку.

— Вообще-то, это «Дольче-Габбана», коллекция осень-зима две тысячи двадцать четыре, — шучу, млея под его руками.

На этих словах я с визгом падаю спиной на пружинную кровать. Надо всё же давно её поменять. А то родители станут свидетелями всех наших шалостей. Но, когда губы жениха накрывают мои, из головы вылетают все посторонние мысли. Вся скромность и сдержанность куда-то испаряются. Со всей страстностью отвечаю на его желание.

С губ срывается стон, когда Гоша сжимает мою грудь, сменяя нежность на напор. Горячая, твёрдая плоть вжимается в моё бедро, явственно намекая мне на всю силу его влечения ко мне. Непроизвольно совершаю движения тазом, желая поскорее ощутить его в себе. И Стрелец не отказывает мне в этом. Наполняя меня собой.

Засыпаю быстро и крепко, после столь масштабной физической нагрузки, в объятиях любимого.

Через пару дней мы вернулись в Москву. И несмотря на то, что выходные были прекрасными, меня терзала грусть. Я не могла поделиться со Стрельцом своими родителями. Впрочем, он мгновенно стал их любимчиком, окружённым заботой.

Но всё же мне было дико жаль его непутёвую мать.

После работы сидели с его мамой в кафе. Стрелец прилично опаздывал. Я знала, что он занят и с трудом согласился на встречу, но в некоторой степени сомневалась, что он сегодня удостоит нас своим вниманием.

Нервничала, посматривая на часы и с ужасным смущением изучая маму Стрельца. Она выглядела хрупкой и бледной. И казалось, что она уже отчаялась увидеть сына.

Когда моя надежда почти иссякла, Георгий зашёл в ресторан. Весь такой важный, успешный и красивый. За ним тянулся шлейф власти и денег.

И я увидела, как при виде него у Любови Леонидовны загорелись глаза. Она едва не подскочила с места, когда Гоша подошёл к столику.

Каково ей осознавать, что её сын стал таким без её участия? А может быть, даже благодаря этому.

— Добрый вечер, барышни, извините за опоздание, задержали партнёры.

Гоша выглядит очень отстранённым и собранным. Но всё же тепло целует меня в щёку.

Хочется растормошить его. Вернуть того Гошу, которого я знаю. Настоящего, а не скрывающегося под маской неприступной холодной глыбы.

На стол поставили крепкий чай и сладости. Любовь Леонидовна слишком переживала, поэтому ничего не ела. Её волнение передалось и мне.

— Гоша, смотри, что принесла твоя мама, — раскладываю перед ним его детские фотографии.

На них задорный пухлый малыш улыбается своей светлой улыбкой.

— Мне кажется, я уже знаю, как будет выглядеть наш ребёнок, — пытаюсь разрядить обстановку.

Гоша будто понимает, что я взяла на себя роль Петрушки. Ленивым движением обнимает меня за плечи, притягивая к своей груди. И я тут же успокаиваюсь.

— Не волнуйся так, Маруся, у тебя даже щёки раскраснелись, — целуя меня в висок, произносит Стрелец. — Мама, как вы поживаете? — на этот раз обращается он к Любови Леонидовне.

Она будто оживает. Должно быть, уже давно не слышала, чтобы кто-то называл её мамой.

Его мама принимается рассказывать о своём досуге. И я с удивлением узнаю, что она наставник у нескольких детей-сирот. Это известие заставляет меня проникнуться к ней. Кажется, она действительно хочет искупить вину. И по мере её рассказа я замечаю, что Стрельца пронимает эта информация. И броня потихоньку с него сползает.

— Я ничего не обещаю, мама. Слишком многое нас разделяет, но думаю, что вы вправе общаться с внуком, — под конец встречи заключает Гоша.

И, может быть, для кого-то это прозвучит холодно, но я отлично знаю, что для Стрельца это огромный шаг вперёд в сторону его матери.

В последующие дни я ощущала, как он изменился. Будто нечто, что очень его глодало, отпустило. И та зияющая, непреходящая рана в сердце ребёнка начала затягиваться.

— Ты знаешь, я, наверное, рад, что ты устроила эту встречу, — сплетая наши пальцы, произносит жених во время прогулки по заснеженному парку. — Даже не подозревал, насколько эта тема с матерью меня напрягает.

— Я очень тобой горжусь, — искренне сообщаю ему, — теперь у тебя будет своя семья. Я и ребёнок. А прошлое… Всего лишь прошлое.

— Моя мудрая Маруся, — довольно улыбается Стрелец, — не зря я тебя совратил в