Лучше только дома - Кэти Пирсон

— Сейчас поговорю с коллегами.

Я сидела в машине и сгорала от стыда за то, что нарушила правила, да еще и оправдалась болезнью. Неужели я так ничему и не научилась?

Офицер вернулась через несколько минут:

— Ладно, вы явно были не в себе. Но в следующий раз попросите кого-нибудь отвезти вас. Сегодня мы вас прощаем. Только обещайте впредь быть внимательнее.

— Спасибо! Обещаю вам, я поеду осторожно. До больницы уже рукой подать.

Хорошее начало! Даже если у меня и вправду рак, водительское удостоверение, по крайней мере, чистое. И свободный счетчик на стоянке нашелся сразу. Все складывалось как нельзя лучше, но я тряслась от страха, переходя через дорогу и поднимаясь на крыльцо больницы. Маляр на строительных лесах, в которые был одет новый жилой дом через дорогу, крикнул мне:

— Выше нос, зайка, это еще не конец света!

Я вытаращила глаза. Думаешь, он знает, что работает напротив онкологической клиники?

Профессора Харрисона не пришлось долго ждать. В других обстоятельствах я была бы рада встрече. Он всегда так ободряюще улыбается, а сегодня я впервые заметила, что он совсем ненамного старше меня — не больше чем на пару лет. Но, поскольку в больнице он олицетворяет власть, раньше я почему-то считала его чуть ли не старцем.

— Прошу. — И он указал на кушетку.

Я сняла рубашку и легла, поглядывая на ласково улыбающуюся медсестру. До сих пор не знаю, стоит ли пытаться прикрывать грудь ладонями — глупо вообще-то, ведь через пару секунд врач все равно увидит ее во всей красе — или же гордо выставить на обозрение все, что у меня есть. Обычно я делаю и то и другое. Профессор попросил меня поднять левую руку и прощупал мышцы вокруг груди и в подмышечной впадине.

— Покажите, где вы ее нашли.

Я сунула руку в подмышку, опасаясь, что горошина исчезла и я зря отнимаю у врача время, но тут же нашла ее — потому что в последнее время ощупывала чуть ли не поминутно. Казалось, с тех пор как я ее обнаружила, прошел месяц, каждый день растянулся на целую вечность. Профессор Харрисон коснулся пальцами комочка во впадине, которая после операции стала заметно глубже.

— Хм… — уклончиво пробормотал он.

Он осмотрел другую грудь и подмышку. Я села, он ощупал шею, простукал спину, убеждаясь, что в легких все чисто. Потом я снова легла. С колотящимся сердцем я наблюдала, как он изучает подмышечную впадину. За выражением лица профессора я следила не отрываясь.

— А, вот оно что. Все ясно.

Значит, я не ошиблась. Там что-то есть.

— Плохо дело? — стараясь держать себя в руках, спросила я.

— Нет. Это просто кончик одного из верхних ребер грудной клетки. После операции он стал выпирать сильнее, поэтому вы его и нащупали.

Облегчение обрушилось на меня волной, заставило рассмеяться. Столько душевных мук, настоящая пытка — и все из-за какого-то ребра!

— Ваше беспокойство вполне понятно, — мягко объяснил профессор Харрисон, — у вас еще не раз могут возникнуть подобные опасения. Вы поступили абсолютно правильно, сразу обратившись ко мне. Лишний осмотр никогда не повредит.

— А вы уверены, что все в порядке? — на всякий случай спросила я.

Он кивнул:

— Вы в прекрасной форме.

В коридорах больницы я заплутала, а все потому, что мне хотелось прыгать на одной ножке, танцевать и сообщать всем подряд: «Со мной все в порядке! В полном порядке!» А на улице я была готова закричать, запеть или разрыдаться от счастья. Казалось, последние несколько дней я погружалась в темный омут, а теперь вдруг вынырнула на поверхность и снова смогла дышать. Все вокруг искрилось в лучах сентябрьского солнца. Проходящая мимо девушка улыбнулась мне. Ее гладкие волосы блестели, черные перила лоснились, даже навес на автобусной остановке сверкал, словно и не был пластиковым. Мир стал поистине прекрасным. Я высмотрела на лесах того маляра, который окликнул меня, и помахала. Он оказался прав: это еще не конец света. Пока еще нет. А остальное неважно. Я знаю, что я здорова, поэтому больше никогда не буду волноваться по пустякам!

Кому: Джею, [email protected]

От: [email protected]

Тема: Кризис отменяется

Спасибо тебе за письмо. Давай дружно вздохнем с облегчением. Я усвоила очередной урок: глупо поддаваться панике, пока еще ничего не известно. Паника вымотала не только меня, но и тебя. Такое чувство, будто рак меня преследует. Стоит только забыть о нем и жить, как раньше, в один прекрасный день обнаружишь опухоль или шишку — это все равно что выглянуть в окно или открыть дверь и увидеть, что преследователь тут, будто и не уходил. И он всегда будет где-то рядом. Значит, с ним надо просто сжиться.

После всего, что случилось утром, я уже думала, что никогда не стану нервничать по пустякам, а через каких-нибудь три часа опять разволновалась. Собралась по-быстрому слетать в магазин натуральных продуктов за заказом. Я решила покупать в нем только самое необходимое и вообще питаться получше — если ребра прощупываются даже в подмышках, значит, я совсем исхудала. Времени у меня было в обрез: вскоре Алекс должен был завезти домой Дейзи. Подъехав к дому, я первым делом увидела, как Джессика в окне моего дома подбрасывает Дейзи к потолку и щекочет ее. Моя дочь болтала ножками и заливалась смехом, Алекс улыбался. Все трое выглядели как идеальная семья. Уже второй раз за сегодня меня затошнило, мелькнула мысль сесть в машину и укатить куда глаза глядят. Но я уже поняла: лучший способ победить страх — встретиться с ним лицом к лицу, поэтому зашагала к дому. Меня давил к земле тяжкий груз, а на сумках из магазина органических продуктов будто горела надпись «Несчастная, отчаявшаяся женщина, которая тщетно пытается вернуть молодость и здоровье». Сумки я свалила в кухне, пока наспех изображала приветливую улыбку.

— Мы озверели от монтажа и решили прерваться, — сообщил Алекс.

— Привет, Дороти, — сказала Джессика.

Впервые за все время знакомства она меня узнала, но это было нетрудно: мы встретились у меня дома. Для Матильды я старовата, для прислуги — недостаточно экзотична.

— Милый домик, — изобразила она вежливость гостьи.

Дейзи пыталась вскарабкаться по ее длинным ногам.

— Поиграем еще!

Джессика со смехом взяла Дейзи за руки. Переступая по ее ногам, Дейзи забралась повыше и перекувырнулась. Даже бахрома на кожаной куртке гостьи не покачнулась. От Джессики прямо-таки несло удачливостью и самоуверенностью.

— Дейзи, тебе пора спать, — нарушила веселье я.

— И нам пора, — спохватился Алекс. — До вечера, Дот. Да, насчет книги Сары не волнуйся. Джессика считает, что это буря в стакане. Уже назавтра о ней прочно забудут.

Так они обсуждали эту книжонку? Хотелось бы знать, сколько интимных подробностей нашей личной жизни Сара разболтала всему свету? Мы же были у нее как на ладони! Наверное, она знает даже про мои безобразно вздувшиеся вены на ногах. Провожая Алекса и Джессику, я ухитрилась криво улыбнуться. Дейзи рвалась за ними.