Кольцо с бирюзой - Грейс Тиффани

— Пусть попугаи говорят. Петруччо будет действовать!

— Думаю, ваши действия будут достаточно хороши для какой-нибудь остроумной девицы.

— Не просто достаточно хороши. Я стану превосходным супругом! — Петруччо так сильно хлопнул Нериссу по спине, что карандаш вылетел у нее из-за уха и упал на пол оранжереи. Он наклонился, чтобы поднять его, но, опустившись на колени, взглянул на нее: — Не пинайте меня, пока я тут, внизу.

Она покачала головой, не удержавшись от смеха.

— Синьор Петруччо, я польщена вашим вниманием. Но я уже сделала свой выбор здесь, в «Бельмонте».

— За деньги?

— За любовь.

— Покажите мне моего соперника! — заревел великан.

Она заткнула уши.

— Добрый синьор, я думаю, вы утомите меня через день.

— Но мне ведь нужна жена! Остроумная и красивая! И богатая!

Нерисса взяла у него карандаш и вытащила из-за пояса сложенную бумагу.

— Думаю, я могу предложить кого-нибудь. В Падуе.

— У меня есть друг, который мог бы приютить меня в Падуе, — задумчиво проговорил Петруччо. — Она богата?

— Очень прилично обеспечена. Ее отец торгует мануфактурой, у него пять магазинов в городе. Спросите своего друга, знает ли он семейство Минола. Вот адрес.

— А как она выглядит?

— Не похожа на кустарник, — успокоила его Нерисса, продолжая писать.

— Вы давно ее видели?

— Думаю, лет шесть назад.

— Шесть лет! — воскликнул Петруччо. — Тогда она уже могла найти себе мужа.

— Нет. — Нерисса оторвала клочок бумаги и сунула его в лапу Петруччо. — Готова спорить, не нашла.

Этим вечером они с Порцией обе пребывали в дурном настроении.

Во второй половине дня, после отъезда синьора Петруччо, госпожа жестоко издевалась над очередным женихом, который слишком далеко зашел в своих ухаживаниях. Ей не понравилась его внешность, и поэтому она сделала все, чтобы отговорить его от сватовства еще до того, как он попробовал пройти испытание, необходимое, чтобы завоевать ее руку. Мужчина настаивал, изящно перенося ее острые нападки, продолжавшиеся и после того, как он проиграл состязание. Потом она захлопнула дверь за разочарованным женихом, отряхнула руки и заявила, что отделалась от него. Нерисса, которая до сегодняшнего дня наслаждалась насмешками над глупыми охотниками за состоянием за их спинами, впервые рассердилась на Порцию, хотя постаралась скрыть это от других слуг.

— Вам следовало подождать с нападками на его внешность, пока он не покинет дом, — сказала она, когда они поджаривали ноги в дюйме от камина.

Порция зевнула.

— Я хотела повеселить тебя. Он так тщеславен, что все мои шутки принимал за комплименты.

— Я не так в этом уверена. Он изо всех сил старался быть галантным. И я видела, как ваша служанка поморщилась, когда вы смеялись над его внешностью.

— Эта мавританка? Это совершенно не важно.

— Почему?

Порция прищелкнула языком.

— Ладно, Нерисса, с этого момента я буду добра к ним ко всем, просто чтобы доставить тебе удовольствие, — раздраженно бросила она, потянувшись за книгой, которую оставила открытой на столе после обеда. — Всем этим павлинам, и обезьянам, и попугаям, и фатам нужны мои деньги, а не я. А теперь я хочу почитать, о чем говорит Цицерон, оратор. Я уверена, он не станет попрекать меня, как ты. Фи, стыдно! Я думала, после смерти отца меня никто больше не будет отчитывать. Я тебе не ребенок!

— Нет, вы — мой друг, — сказала Нерисса с некоторой горячностью, на мгновение пожалев, что не уехала с синьором Петруччо. — И как ваш друг я должна сказать вам: хоть ум ваш — ваша красота, но сердца нет у вас!