Долгий уик-энд - Вероника Генри

– Да еще ваша собственная помолвка, да? – закончил Гас.

Клэр посмотрела на кольцо.

– Вы ведь не отступитесь, правда? – тихо спросил он.

Ответом послужило молчание.

– В субботу соберется больше сотни гостей. Жених с невестой должны через неделю въехать в новую квартиру. – Гас помедлил, затем нанес сокрушительный удар. – После медового месяца Софи планирует уйти с работы. Хочет заниматься семьей, детьми. Ник вам говорил? – Не говорил. Эта новость причинила Клэр неожиданную боль. – Взгляните. – Гас протянул ей свой айфон.

С фотографии на Клэр смотрели, лучезарно улыбаясь и обняв друг друга, Ник и, по-видимому, Софи. Они находились на какой-то вечеринке: он – растрепан, черный галстук развязан; она – безупречно восхитительна в бирюзовом вечернем платье. Оба довольны и счастливы. Вдвоем они смотрелись очень гармонично. Софи принадлежала к тому типу девушек, которые с легкостью впишутся в семью Барнсов. Идеальная длинноногая блондинка, представительница «золотой молодежи». Одна из тех красавиц, которые регулярно встречались в барнсовских фотоколлажах. Девушка, которой Клэр не станет никогда.

В ней вдруг вспыхнул гнев, и Клэр оттолкнула руку Гаса. Любоваться на счастье соперницы? Нет уж, спасибо!

– Знаете что, я не просила вас и вашу свиту вваливаться в мой отель. Это кошмар какой-то, но я не намерена делать вид, будто ничего не случилось. Наша встреча – очень важное событие для нас обоих. Поэтому будьте так любезны, оставьте нас в покое и дайте самим во всем разобраться!

Господи, до чего же она хороша, когда злится! Глаза сверкают, ну и темперамент!.. Надо ее успокоить.

– Да-да, понимаю. Простите. Не хотел вас задеть, честное слово. Видите ли, я сыграл в этой истории определенную роль и остро чувствую свою вину. – Голос Гаса звучал умиротворяюще. – Вы можете хотя бы… порадоваться за него? И за себя? Оставить все как есть? Как было до того, как я проявил чудеса идиотизма и выбрал именно вашу гостиницу?

– Думаете, это так просто?

– Разве нет? – Он сделал большие глаза. – И никто не пострадает.

Клэр отвернулась к окну. Да что он знает о страданиях?! На ее долю их выпало предостаточно, больше, чем положено одному человеку за всю жизнь. И вот теперь, когда боль стала утихать, старые раны вновь открылись.

– Отпустите его, Клэр, – тихо и умоляюще произнес Гас. – Забудьте о том, что Ник вообще входил в ваш отель. Подумайте о Луке. Что будет с ним, если вы разрушите его надежды и ваше совместное будущее?

– Не знаю…

В том, что он взорвется, Клэр не сомневалась, ведь Лука безумно гордый, настоящий альфа-самец. Но какие чувства проснутся у него внутри, она не представляла. Действительно ли он ее любит? Той настоящей, глубокой, целительной любовью, которая способна выдержать все? Сколько вопросов… вопросов, на которые у Клэр Марло нет ответа.

Она с ужасом почувствовала, как по щеке скатилась слезинка.

– Вот черт! – выдохнул Гас. – Простите…

Он неуверенно шагнул вперед. Что делать? Обнять ее? Утешить? Однако поза Клэр красноречиво намекала: «Держись подальше».

– Ну вот что, – произнесла Клэр. – По-моему, вы вмешиваетесь не в свое дело. Мы с Ником вернулись в прошлое, такое далекое прошлое, где еще не было ни вас, ни Софи, ни Луки. И только мы имеем право принимать решение.

Хотя она вызывающе дернула подбородком, ее голос дрожал.

– Хорошо, – сдался Гас. – Извините. Вы правы, я только еще больше все усложняю. Просто Софи здесь нет, и она не может выступить в свою защиту…

– Да плевать мне на вашу распрекрасную Софи! – резко выкрикнула Клэр. – Знаете, почему? Потому что жизнь далеко не всегда справедлива. Иногда она очень даже жестока. И Софи пора об этом узнать.

– Да уж, – опешил Гас. – Тогда забудьте о нашем разговоре. – Он повернулся к выходу. – Надеюсь, вы все же подумаете о последствиях, прежде чем наломать дров. Речь ведь идет не только о вашей судьбе.

– Иногда о других лучше забыть, – безучастно ответила Клэр. – И думать только о себе. Разве вы не понимаете?

Она придвинулась ближе, и Гас вновь ощутил бушующее внутри ее пламя.

– Ну вот поступим мы «правильно» – что тогда? Допустим, Ник женится на Софи, а я выйду замуж за Луку. И? Всю оставшуюся жизнь мы проведем с кем-то другим и будем жалеть о том, что нам не хватило мужества бороться за наши чувства? Ради чего? Разве это правильно?

Гас молчал. И кто его за язык тянул?! Он никогда раньше не сталкивался с такими сильными чувствами. Зачем он влез?

Да затем! Чтобы защитить Софи, вот зачем. Если Ник отменит свадьбу, он разобьет Софи сердце. Затем, что Гас считает Ника и Софи прекрасной парой. Затем, что они отлично подходят друг другу и должны быть вместе. Ник увлекся какой-то юношеской мечтой, вознес Клэр на пьедестал, где той совсем не место. И чем дольше он станет подпитывать свои фантазии, тем сильнее будет мучиться.

Может, позвонить Софи? Уговорить ее приехать и вправить Нику мозги? Нет, нельзя. Нечего втягивать чистую девушку в эту кашу, пусть наслаждается своим законным девичником. Он – шафер, он должен гасить ситуацию, а не усугублять ее.

Клэр не отводила от него взгляда – неистового, опасного, точно море в десятибалльный шторм. И что тут скажешь?

– Еще раз простите, – произнес Гас. – Разумеется, это не мое дело. Вот только они – мои друзья, и я за них переживаю. К тому же время идет, Клэр. Если Ник собирается все бросить, лучше пусть сделает это как можно раньше. Чтобы мы оповестили священника. Чтобы предупредили гостей, которые сейчас выбирают наряды и покупают подарки, о том, что им уже можно не напрягаться. Чтобы созвонились с фирмой-организатором и отменили блинчики с копченым лососем и малюсенькие профитроли…

– Я провела в «Приюте» немало свадеб и прекрасно понимаю сложности, возникающие в связи с их отменой, – не выдержала Клэр. – Благодарю покорно за лекцию. – Она говорила жестко. По-деловому. Бесстрастно. Отгородилась стеной. Клэр Марло одарила Гаса ослепительной безучастной улыбкой. – Желаю прекрасно провести день. Ждем вас к ужину.

Хозяйка гостиницы решительно прошла к выходу и распахнула дверь. За ней оказался Лука – поджарый, загорелый, в выцветших джинсах и тенниске цвета морской волны.

Ничего себе. И много он услышал?

– Как вы тут? Дорогая, ты готова? Парфитты уже ждут. – Он, само обаяние, обернулся к Гасу. – Увидимся вечером. Если погода не подведет, посадим вас на террасе.

– Приятного отдыха. – Гас выдавил слабую улыбку, благодарно кивнул и поспешил убраться.

Клэр тяжело привалилась к стене и уставилась в потолок. Ну и разговор… Она вела себя ужасно. Как настоящая стерва.

– Ты расстроена? – Лука погладил ее по щеке. – Он на что-то жаловался? Эти мажоры вечно недовольны.

– Нет. Просто напомнил, чтобы счет за ужин отдали ему, а не Нику.