На грани счастья - Татьяна Алюшина

— Это какой? — спросила влюбленная.

— Красивый мужчина никогда не платит! — оповестила Дашка.

Он был настолько идеально красив по всем мужским канонам, что слепил звездностью глаза и аж зубы сводило, ну и разумеется, его собственная самооценка потолки царапала.

Катька умирала рабой любви, семье же он сразу и напрочь не понравился. Ну вот не обаял! И может, обошлось бы, но приехала мама.

После официального знакомства с «любовью всей жизни» дочери мама искренне поделилась своим мнением и опасениями:

— Катенька, этот молодой человек совершенно не предназначен для серьезных отношений.

— Он меня любит! — воспротивилась и двинула заяву Катька. — И я его люблю! Он сделал мне предложение, и мы поженимся!

— Катюша, — пыталась что-то объяснить мама, — никто не спорит, он необыкновенно красив и статен, но его жизненная позиция видна сразу: «Как тебе повезло, что я обратил на тебя внимание!» И за это внимание, обращенное на тебя, придется расплачиваться всю жизнь.

— Он меня любит! — бараном, упершимся в скалу рогами, упорствовала Катька.

— Этот мальчик любит только себя. И видимо, что-то мучает тебя в душе, если ты выбираешь такого мужчину для жизни. Катюша, женщина всегда знает и чувствует истинную цену своего избранника.

Но мама говорила о каких-то других женщинах, тех редких, которые с большой буквы, как и она сама, может, поэтому верила, что все женщины такие же и могут понять, почувствовать настоящего мужчину.

А нашу Катю переклинило по полной программе, в первую очередь наперекор маме, что-то из серии «Назло кондуктору пойду пешком!».

Все мамины попытки что-то объяснить, достучаться имели ровно обратный результат — Катька буром башкой в землю!

Дашка скрепя сердце согласилась на свадьбу. А и ладно! Ну, любовь у сестры…

И, убедившись в своих подозрениях в расчетливости жениха и его родных, свадьбу пришлось оплатить Дарье, вплоть до чаевых официантам.

Катьку, находящуюся под гипнозом предстоящего события, она старалась не посвящать в эти детали.

Ну расписались. И молодая семья поселилась с ними.

— А к нему жить — нет? — спросила Дашка у сестры на третий день ее официального замужнего статуса.

— У них двухкомнатная квартира, в которой живет его мама, у нас места больше, — благоухала счастьем Катька.

— Знаешь, дорогая, — подгорчила медовую сладость Дарья, — кажется, это ты замуж вышла, а не мы? Вот и начинай самостоятельную семейную жизнь, а не эксплуатируй бабушку и Лидию Ивановну, они обслуживать твое счастье не обязаны.

Катька надулась, выказав обиду, но ненадолго.

Леонид, новоиспеченный муж сестры, раздражал их троих сильно и устойчиво. Раза по три на дню. Дашка думала: «Убью! Вот притюкну к чертовой матери!»

И началось противостояние Катьки и Даши с бабульками. Сам же объект этой тихой войны плевал на них смачно и с удовольствием, игнорируя «абсолютно» их недовольство с тихим презрением и сардонической улыбкой.

Дашка честно и стоически выдержала пять месяцев этого фронта и, невзирая на то что Катя уже была беременна, разрулила проблему единоличным решением.

— Завтра вы переезжаете на квартиру Лидии Ивановны, — объявила она молодоженам за ужином. — Жильцы съехали неделю назад, бригада уборщиков навела генеральную уборку. Вперед!

— Мне это неудобно, — сморщившись брезгливо, оповестил Леонид. — Слишком далеко от центра и слишком маленькая квартира.

— К маме! — весело отчеканила Дашка и приступила к ужину.

— К маме нельзя! — высказался эмоционально муж Катерины. — Она болеет и…

— Либо к маме, либо на квартиру, — перебила его Дарья, — здесь вы больше жить не будете.

Леонид побуравил ее взглядом прекрасных глаз, словом более не удостоил, доел и удалился в их с Катей комнату, зато Катька восполнила вербальную недостаточность:

— Что ты распоряжаешься! Нам удобно жить здесь! И это такая же моя квартира, как твоя!

— А нам нет, — спокойно оповестила Дашка.

— Нам он не нравился с самого начала, ты захотела замуж, так, пожалуйста, будь там. Ну а мы-то тут при чем? Мы за твоего Леню втроем замуж не выходили. Я думаю, вполне достаточно, что мне приходится долги немереные за свадьбу выплачивать, в которую, кстати, ни он, ни его семья не вложили ни копейки. Так что, думаю, мы втроем за мужчину твоей мечты расплатились уже сполна. Твой каприз и большая любовь, ты и расхлебывай.

— Как ты можешь? — негодовала Катька, пуская слезу.

— А как? — не поддалась шантажу слезами Дарья. — Я вроде бы предлагаю тебе просто жить отдельно, своей семьей. Все, Кать. Точка жирным почерком. Начинается твоя самостоятельная семейная жизнь. С ребенком мы все втроем будем целиком и полностью помогать тебе, но стирать труселя и носки мужа, готовить ему обеды теперь ты должна сама. Я никак не пойму: при чем здесь мы?

Катька обиделась страшно, и на следующий день, молча, ни с кем не разговаривая, они переехали. Не к мамке, а в «слишком маленькую» квартирку на окраине. Удачи!

И оказалась Катька один на один с жизнью. Первый раз! Дашка переживала и боялась за нее, но решение свое не меняла. Через пару недель они помирились и стали регулярно встречаться на нейтральной стороне, без Леньчика рядом.

Катюха тяжело носила беременность, о жизни своей семейной не рассказывала, но как-то на восьмом уже месяце обиженно выдала:

— Ты не понимаешь, что такое любить! Твой роман с преподавателем не в счет! Ты меня наказала, выгнав, а сама ни черта в этом не понимаешь!

— Кать, у меня уже сил нет выслушивать эти судороги! Вот ты на днях мамой станешь, ты умная, битая непростой жизнью последних десяти лет женщина, а с офигенным упорством несешь подростковую лабуду! Такое ощущение, что ты в детство играешь, все назло кому-то, думаю, что маме. У тебя есть семья, которая бесконечно тебя любит, и мама в том числе, и нам всем еще надо ребенка растить. А ты: «Выгнала, наказала», фигню всякую, как пацанка. И не бойся вернуться, если тебе хреново с ним, никто умничать не собирается, сами еще те «умницы», но иллюзиями себя по поводу главнюка всей твоей жизни не тешим.

Поздно вечером того же дня Катька приехала домой с вещами. Открыв дверь на звонок и увидев сестру, Даша только спросила:

— А Леньчик?

— С пожитками к маме.

Маленькая Лизка была пугающе неправдоподобно похожа на деда Василия Дмитриевича, и ни полчерточки от папаши. Такое чудо!

Дашка вкалывала одна на всю семью, Катька в декрете, занималась втроем с бабушкой и Лидией Ивановной ребенком. Новая жизнь!

Леонид вдруг «закапризничал» разводом, на что-то там претендуя, пока Дарья не позвонила ему лично: