Разрешите влюбиться - Елена Сокол

— Вставайте-вставайте! — Прогремела Стервелла.

«Распятие, библия, осиновый кол».

Сглотнув, я медленно подняла на нее взгляд.

Мертвенно-бледная кожа, горящие ненавистью раскосые глаза, тонкий нос, уложенные идеальной волной черные с вороньим отливом волосы и длинные, крючковатые пальцы с перстнями. Ливенская выглядела изголодавшимся хищником, склонившимся над дрожащей от страха добычей.

«Вербена, солнечный свет, обезглавливание».

«Блин, вряд ли я смогу так просто открутить ей башку, как это делали в фильмах».

— Наверное, вы все знаете, Ежова? — Улыбнулась преподаватель.

— Нет. — Выдавила я.

Если бы у меня были очки, я бы наверняка смогла рассмотреть ровные белые клыки в этой безупречной ухмылке.

— Но ведь вы же позволяете себе отвлекаться на моей лекции? — От нее потянуло могильным холодом. — Так?!

Я дернулась и сильнее втянула шею в плечи.

— Вперед, — произнесла Стервелла торжественно, — не стесняйтесь. Расскажите-ка нам, что входит в состав основных производственных фондов предприятия?

Она сложила руки на груди, а я мысленно представила, как за ее спиной сложились массивные черные крылья летучей мыши.

— П… — Мне пришлось перевести дух, успокоиться и вспомнить основы, хранить в памяти которые не составляло никакого труда для студента, особенно для такого ботаника, как я. — Производственные здания… — Ее глаза прищурились, и я продолжила: — Сооружения. Машины, оборудование, передаточные устройства. — «Боже, так это же легче легкого». — Вычислительная техника, измерительные приборы. — «Что там еще на любой фирме?» — Транспортные средства. Производственный и хозяйственный инвентарь…

— А непроизводственных?

— А… — Я откашлялась и поправила привычным жестом несуществующие очки. — Это то, что находится на балансе предприятия, но не участвует в процессе производства и не переносит своей стоимости на продукт. Э… Жилые дома, спортивные учреждения, какие-либо объекты культурно-бытового обслуживания…

От ее взгляда у меня кровь в венах застыла.

— Ну, допустим. — Хмыкнула она, возвращаясь к своему столу. — А теперь посмотрим, Ежова, как вы справитесь с самостоятельной работой по данной теме. — Взяла со стола пачку листов с заданиями, вернулась и обрушила на мой стол. — Раздайте всем. Займемся оценкой основных фондов.

Я быстро передала по рядам задания, и аудитория погрузилась в тишину. Лишь только недовольные перешептывания и стук клавиш калькулятора прерывали ее в течение следующего получаса. И только, когда спасительный звонок огласил окончание пыток, нам позволено было встать, сдать работы и уйти.

— И это того стоило? — Поинтересовалась Марина, когда мы вышли в коридор.

— Мы думали, она тебя съест. — Призналась Оля.

Я могла лишь виновато улыбаться и радоваться тому, что осталась в живых.

— Круто ты ее. — Похвалил Женька, догнав нас.

— Как же она об тебя зубы обломала! — Поддержал Антон. — Класс!

В памяти снова всплыли острые клыки, и по спине побежали мурашки.

— Это же основы, мальчики. — Смущенно улыбнулась я. — Неужели, она думала, что подловит меня на азах и простейших определениях? — Бравировать, надо признаться, у меня получалось неважно.

Плечи все еще тряслись от страха, а ладони потели от напряжения.

— Ты все равно молодец, Настя. — Исаев положил ладонь на мое плечо. — Круто справилась. — Мы вошли в шумную столовую. — Я бы начал заикаться и ничего не смог бы вспомнить. У меня, когда ты отвечала ей, колени дрожали так, что ручка по столу прыгала!

Женя звонко рассмеялся, а я чуть не запнулась и не выронила из рук учебники — потому что увидела Рому. Он стоял в очереди в компании своих друзей и смотрел прямо на меня. Точнее, на руку Исаева, все еще покоившуюся на моем плече.