Ох, Мороз, Мороз... - Дарья Волкова

Пройдя мимо обиженно поджавшего губы Поволяева, Инга вышла из спейса.

***

У них там грызня не на жизнь, а на смерть.

Я сражаюсь за нас, ты понимаешь?

Он там сражается, да. А почему она тогда не с ним?

Ты хочешь меня уберечь, Павка? Так вот. Я ничего не боюсь. И ничего не стыжусь.

Чего мне бояться? Грязи и ругани? Видели, слышали, не умерли от этого. Ее знакомство с его женой началось с хамства. И ничего. Кто там еще? Смирнов? Да плевать на Смирнова. Кто он такой? Всего лишь человек. Стыдиться? Любить — не стыдно.

А своего мужчину одного в трудный момент бросать нельзя. Ты сражаешься за нас? Мы будем это делать вместе.

Вот так. Так — правильно.

***

Если Смирновы являются полным составом — это не к добру, Павел это для себя уже уяснил. А именно в таком составе они к нему и явились. Но это было только начало цепи удивительных, даже сногсшибательных событий.

Павел медленно начал подниматься из кресла, едва увидел Алену. Правый глаз жены заплыл такого размера и цвета синяком, каких Паша за всю жизнь не видел. А драться ему приходилось. Но такого бланша…

— Ну?! — если с утра Сергей Антонович был вполне спокоен и настроен на работу, то теперь знакомая краснота начала разливаться по щекам к воротничку рубашки — Как ты все это объяснишь?!

Какой чудесный вопрос!

— Это не я, — Паша одновременно пытался понять, что могло произойти, не выдать своего крайнего изумления и просчитать, что ему делать и говорить дальше. — Я Алену никогда… и пальцем… вы же знаете…

— Это курва твоя! — Алена привычно для Паши сорвалось на ультра-визг. Смирнов в кресле вытирал шею носовым платком. Паша понял, что все его попытки не увенчиваются успехом. Не удивляться не получается, что произошло — непонятно, а что делать…. Да быть просто готовым ко всему — так вопила Пашина интуиция. — Она меня избила, дрянь! Я на нее заявление напишу!

Паша мысленно отвесил себе оплеуху. Не может быть, чтобы речь шла об Инге. Не может быть. Не может…. Но…

— О ком речь? — спросил он осторожно. Но тут зазвонил телефон. Один взгляд на экран — и Павел понял, о ком речь. И заодно примерный сценарий произошедшего в голове сложился. Твою ж мать…

— Да? — он взял трубку. Смирновы оба смотрели на него, не сводя взглядов. — Да, Лик, я уже в курсе.

— Паш, я не при чем! — затараторила Лика. — Она приехала и с места в карьер, слова ни сказав для разогрева — сразу в драку! Губу мне расквасила и нос — я же не ждала такой подставы! Ну, то есть, я все помню, про наши договоренности. Но ты меня извини, конечно, но я не привыкла, чтобы меня били, даже за деньги, Паш, понимаешь?

— Понимаю, — медленно проговорил Павел, не сводя взгляда с лица Алены. И представляя, что такой же синяк мог украшать лицо Инги. Да что же за дурдом происходит… — Извини, пожалуйста, что так получилось, Лика.

— Да все нормально, — кажется, Лика успокоилась. — Я потом поостыла. Хорошо, что меня Родька вовремя оттащил. Скажи, я сильно тебя подставила?

— Ничего, — ровно ответил Павел, сжимая левую руку в кулак. Спасибо Родиону, спасибо Ракитянскому, спасибо всем, что весь этот трэш не коснулся Инги! — Все в порядке. Извини, но я сейчас занят и….

— Да все, никаких вопросов! Желаю успехов в избавлении от этой сучки! — и Лика отключилась.

Павел медленно положил телефон на стол. Интересно, Смирновым было что-то слышно из его разговора? Судя по их напряженным ожидающим взглядам — нет.

— Я ей хоть нос сломала? — фыркнула Алена. И расхохоталась. Смирнов неодобрительно покосился на дочь.

— Павел, ты можешь мне вот это, — он указал на Аленин синяк, — объяснить?

— Попробую, — в голове у Паши стал складывать план. Их идея с Ракитянским сработала. Не так, как они планировали, но сработала. А с Ликой он потом рассчитается за дополнительные неудобства.

Павел встал, подошел к двери и выглянул в приемную. Ему надо было немножко потянуть время, чтобы все сложилось окончательно. И чтобы подобрать правильные слова.

— Лаура, принесите лед.

— Не нужен мне лед! — завопила Алена, но Павел уже закрыл обратно дверь. — Так что, я сломала нос этой сучке?

Паша проигнорировал вопрос и повернулся к Смирнову.

— Эта девушка — администратор фитнес-клуба. Алена по какой-то причине вбила себе в голову, что у меня с ней роман.

— А что — это не так?! — взвизгнула Алена. Дверь открылась, в проеме стояла Лаура со льдом. — Вон пошла, дура! — заорала Алена. Дверь поспешно закрылась. А Алена обернулась к Павлу. — Эта дрянь еще пожалеет, что подняла на меня руку! Я найму людей, я…

— Алена! — заорал Смирнов. А у Павла появилось сюрреалистическое ощущение, что время отмоталось вспять, ему двадцать, он спешно застегивает джинсы, а Смирнов распекает дочь. Но теперь у Павла нет никакого желания заступаться за Алену. И сам он застегнут наглухо.

Удивительно, но этот окрик подействовал. Алена замолчала и только дышала тяжело. Павел воспользовался паузой, налил воды и протянул Алене. Он по глазам видел, что ей хочется плеснуть эту воду ему в лицо, но сдержалась — выпила.

— Сергей Антонович, я хожу в этот фитнес-клуб уже лет семь. Девушку эту знаю примерно столько же. Она просто администратор клуба. И больше у нас нет никаких отношений, кроме как клиент и администратор клуба.

— А фотки?! — тут же завопила Алена. — Где она тебя за задницу лапает?!

— Да не лапает она, — устало вздохнула Павел. Он и правда устал. Конца-края этому не видно, и не покидает ощущение, что от Алены и ее истерик он не избавится никогда. — Почему ты меня тогда к Родиону не ревнуешь? У меня и с ним есть похожие фото. Заодно бы и в геи меня записала.

Смирнов набрал в грудь воздуха. Он явно собирался сказать что-то. Важное и многословное.

Но Алена его опередила. Она начала снова кричать. И тут дверь в кабинет еще раз открылась.

***

Лаура сидела за своим столом и была похожа на восковую куклу. Словно неживая, и лишь два пятна на бледных щеках. И блюдо с тающими кубиками льда на столе перед ней.

— Добрый день, Павел Валерьевич у себя?

Лаура перевела на Ингу стеклянный взгляд. Кивнула все с тем же отсутствующим видом.

— Только к нему нельзя.

— Мне — можно.

Здесь, в этом кабинете, все началось. Здесь все и кончится. Кончится ложь и неправда. Инга не будет больше прятаться.

***

В кабинете было трое — Павел, его тесть и жена. Жена… кажется, ее зовут Алена? — кричала.

— Ты можешь морочить голову отцу, но не мне! Я до нее доберусь — до этой бабы, к которой ты от меня уходишь. Я ее…