Невеста-незабудка - Маргарет Пембертон

Ринган остановился на корме и посмотрел вниз, на вспененную колесами воду Юкона. Впервые в жизни он понял, что такое ревность. Она начинала терзать его, как только он видел Лилли в компании Джека. Потом он вспомнил, как они слаженно действовали вместе в индейском вигваме, вспомнил их общую неописуемую радость, понял, что они исповедуют одинаковые жизненные ценности. Лилли сама сказала ему: она знает, что он был осужден за убийство, но не верит, что он способен на преступление. Ринган окончательно понял, что не ошибся, считая Лилли своей второй половиной. Но она-то ничего подобного не испытывает. Она любит Кулиджа, а он, по словам Лотти, заявил о намерении жениться на Лилли.

На берегу стоял лось. Его черный силуэт четко вырисовывался на фоне кроваво-красного заката.

На щеках Рингана заходили желваки. Что он может предложить Лилли по сравнению с Кулиджем? Он собирается все время ездить вверх-вниз по Юкону и лечить живущих на его берегах индейцев. Летом его домом станет палатка. Зимой — бревенчатый домик. И даже если в этом домике будет достаточно комфорта, он не сможет сравниться с теми условиями, которые обеспечит Лилли Счастливчик Джек. Золота у Кулиджа не меньше, чем у нашедшего жилу старателя. А удачливые старатели живут как короли.

Дернув хвостиком, лось развернулся и пошел прочь от берега, трава скрывала его копыта.

Ринган судорожно вздохнул. Все годы в тюрьме он находился в нестерпимой близости от других людей и всегда чувствовал себя одиноким. Он привык к одиночеству.

Горькая улыбка тронула его губы. Хорошо, что он к нему привык, потому что оно станет его неизменным состоянием. Без" Лилли, Лео и Лотти как может быть иначе?

* * *

— Сьюзен отказывается есть, — сказала на следующее утро Летти, когда они встретились за завтраком. — Она знает, что все мы ей сочувствуем, но просто не в силах никого видеть.

— О Боже! — воскликнула Мариэтта. — Вот Черт!

Никто не сделал ей замечания, даже Кейт.

Лилли встала.

— Мне нужно поговорить с мистером Дженкинсоном о школе для индейцев, которую он хочет открыть в Доусоне. Может, мне удастся поговорить и о Сьюзен.

— Желаю удачи, — сухо отозвалась Летти, намазывая мед на горячий хлебец. — Со мной он разговаривать не стал. По-моему, он даже не понял, кто я такая.

Поднявшись на палубу, Лилли сразу ощутила атмосферу ожидания, царившую среди пассажиров. До Доусона оставалось всего несколько миль, и долгое, утомительное путешествие близилось к концу. Лилли принарядилась для такого случая: воскресная белая блузка с пышными рукавами, отделанная кружевом, у воротника приколота камея, оставшаяся от матери, темно-синяя юбка-семиклинка тщательно почищена, ботиночки на кнопках сияют.

Как обычно, все стоявшие поблизости мужчины устремили на Лилли свои взгляды.

— Утро доброе, мисс Сталлен, — поздоровался с ней приятель Саскачевана Стэна.

— Доброе утро, мэм, — раздались другие голоса, обладатели которых горели желанием удостоиться ответного приветствия. — Скоро уже будем в Доусоне, и денек по такому случаю выдался отменный.

День действительно был прекрасный. Солнце стояло высоко в голубом небе, воздух был теплый, как парное молоко, и насыщен ароматами пихты и сосны. Против течения по реке плыло стадо оленей карибу. На дальнем берегу рядом с несколькими палатками индейцы вялили рыбу.

Мистер Дженкинсон стоял на корме и невидящим взглядом смотрел на разворачивающиеся перед ним изумительные пейзажи. Лилли в шоке остановилась. Хотя Летти и предупредила, что мистер Дженкинсон почти в таком же отчаянии, как и Сьюзен, девушка не ожидала увидеть столь разительной физической перемены. Весь его задор испарился. Круглое лицо осунулось. Плечи ссутулились, так что он показался Лилли меньше ростом.

— Простите, мистер Дженкинсон, — нерешительно начала она. — Могу я переговорить с вами?

Он уставился на нее, как будто видел впервые.

— Я мисс Сталлен, подруга мисс Бамби.

— А, да… — Голос прозвучал слабо, взгляд остался затуманенным. Мистер Дженкинсон больше не казался мужчиной средних лет. Он казался старым. Старым и уязвимым.

— Я… — Лилли колебалась. Было ясно, что мистер Дженкинсон не в том состоянии, чтобы обмениваться любезностями. — Я хотела бы поговорить про школу, которую вы собираетесь открыть в Доусоне для индейских детей, — перешла она сразу к делу. — Вы не могли бы нанять меня учительницей? Я хочу работать для индейцев, и, хотя у меня нет специального разрешения, образование у меня очень хорошее. Я смогу учить детей читать и писать по-английски, а также…

— Школа? — Мистер Дженкинсон посмотрел на нее с вызывающим жалость недоумением. — Теперь школы не будет, мисс Сталлен. Видите ли, я не останусь в Доусоне.

Не теперь. Нет, я просто не могу. Я не могу начать свою службу, зная, что мисс Бамби была.., была.., нет, категорически нет. Это будет невозможно. Я останусь на «Каске» и немедленно вернусь 6 Уайтхорс, а оттуда — в Сиэтл.

— Но разве это так необходимо? — в ужасе воскликнула Лилли. — Если вы с мисс Бамби так.., так подходите друг другу и счастливы вместе, почему ее нынешний статус невесты Пибоди разрушит ваше и ее будущее счастье?

При словах «невеста Пибоди» мистер Дженкинсон содрогнулся и ухватился за поручень.

— Невесты по почте.., танцовщицы.., немногим лучше, чем… Это кажется невероятным. Мисс Бамби — такая тонкая натура. Такая образованная. Я не могу поверить… — Свободной рукой он достал и приложил ко рту носовой платок, словно боясь, что его стошнит.

Несмотря на сочувствие, Лилли охватило негодование.

— По-моему, вы не очень разумно подходите к этому вопросу, — тоном классной дамы, так похожим на манеру самой Сьюзен, заявила Лилли. — Невесты по почте — это не танцовщицы. — Она вспомнила о Мариэтте, но решила, что эта ложь ей простится. — Невесты по почте — это уважаемые молодые женщины, страстно желающие иметь мужа и дом.

Она подумала о Кейт, Эди, о себе и Летти. Все стали невестами Пибоди не потому, что очень хотели замуж.

Кроме Эди, все они сбежали от невыносимых условий в семье.

— Сьюзен именно такая, какой вы ее считаете. Она тонкая, образованная, честная, добрая и очень-очень застенчивая. А застенчивой женщине нелегко найти мужа, мистер Дженкинсон. Особенно если ей уже больше двадцати пяти лет и если она не отличается красотой.

— Мисс Бамби некрасива? — Мистер Дженкинсон посмотрел на нее как на сумасшедшую. — Некрасива? — Он судорожно вздохнул. — Я скажу вам, юная леди, что мисс Бамби — красавица! Настоящая жемчужина среди женщин Она.., она — Зенобия!

Лилли не знала, кто такая Зенобия, но кто бы она ни была, ясно, что мистер Дженкинсон очень высокого о ней мнения.

— Тогда почему не попытаться понять, как глубоко несчастна она была, — рассудительно заметила Лилли. — Потому что только очень несчастная женщина могла обратиться в брачное агентство Пибоди. И попытайтесь понять, что она чувствует сейчас. Сьюзен не хочет выходить за человека, которого не знает. Она хочет стать женой того, кто близок ей по духу, которого она уважает.