Морозный роман, или Как растопить холодное сердце - Разия Оганезова

Мы с Ромой сидели отдельно от девушек. Я пыталась что-то поесть, но аппетита не было совершено.

– Ром, какие планы?—уточнила, вздохнув

– С корабля на бал, – подмигнул мне Морозов.

– А если серьёзно? – нахмурилась.

– Я серьёзен. У нас вечером благотворительный бал. А после него устроим последнюю церемонию.

– Ах, точно бал, я совсем забыла.

– Ты будешь меня сопровождать? – с надеждой спросил Роман, но не смогла его обрадовать.

Утром успела прочитать сообщение от Плетнева, что сегодня меня ждут в одном месте как юриста по семейным делам и волонтёра.

– Прости, у меня сегодня дела. Но на церемонию, думаю, я успею. Скинь мне, потом в каком ресторане она будет проходить.

– Хорошо. Тогда я думаю, что мы увидимся уже вечером. Я вылетаю в город раньше вас. Нужно все уладить и у меня ещё деловая встреча.

– Хорошо, поплаваю ещё в море напоследок.

– Я оставлю тебе кого-нибудь из парней, – спохватился Морозов.

– Не стоит, тебе они нужнее, – отмахнулась.

– Хорошо, на связи. Буду ждать нашей встречи.

– И я, – улыбнулась ему.

Мы еле успели пришвартоваться, когда началась гроза. С морем попрощаться не получилось. Просидели до своего рейса в аэропорту, смотря на дождь за окном. Рома успел вылететь, а наш рейс ещё задержали на пару часов из-за непогоды. Так что до встречи с Плетневым у меня оставалось катастрофически мало времени.

– Плетнев, мы приземлились, наконец. Ты уверен, что мне нужно обязательно быть на этом мероприятие?

Так надеялась, что получится отказаться и немного отдохнуть, а потом пойду на последнюю церемонию с Морозовым. Мы,наконец, поставим точку в этом фарсе под названием проект. Я очень устала. Всю дорогу пришлось слушать недовольные крики Романовой и возмущения, что мы оставили её на берегу и без неё избавились от участниц.

– Солнцева, конечно, я уверен. С Зинаидой Петровной, женой мэра, не шутят. Она та ещё перфекционистка. Если у неё запланирована как гостья ты, то должна явиться, даже если придётся восстать из гроба.

– Эх, тогда жду тебя через час возле своей квартиры. Надеюсь, успею доехать и сообразить какой-то наряд.

– Ни какой-то, а вечерний. А то хозяйка тебя не пустит.

– Поняла, постараюсь что-то изобразить.

Судьба была ко мне благосклонна. Я успела доехать довольно быстро до квартиры. Первым делом пошла в ванну. И пусть весь мир подождёт! После душа открыла шкаф, думая, что надеть. На глаза попалось платье, которое купила сто лет назад на распродаже, но так ни разу и не надела, потому что было не куда. Я к нему тогда и туфли прикупила. Интересно, будет не слишком, если я появлюсь в таком на церемонии? Хотя, все равно.

Стоило представить, как будет смотреть на меня Морозов в этом платье и сразу про других людей забывалось. Достала платье и приложила к себе. Посмотрела в зеркало. Идеальный образ. В салон на волосы я точно не успею. Но можно оставить мокрый эффект. Пока волосы не высохли, быстро сбила их пенкой и зафиксировала лаком. Платье село как влитое. Декольте в виде сердца до пояса, корсет из серебряных пайеток. Снизу шифоновая юбка бежевого цвета с вырезом от бедра. На ноги обула серебряные  туфли на большой шпильке. На руку браслет из жемчуга. Всё – образ готов. Посмотрела на себя в зеркало, выбранный наряд мне понравился, но как всегда испугалась, не вычурно ли или слишком ярко? Но переодеться не успела, позвонил Плетнев, который ждал уже внизу.

Я быстро нанесла на губы матовую помаду ярко-красного цвета. Героиня романа, который я недавно читала, верила, что красная помада дарит уверенность в себе. И да, пожалуй, я с ней соглашусь. Сразу как-то настроение меняется. Нанесла пару капель любимых духов, схватила телефон и ключи, закинула все в клатч и поехала на лифте  вниз. Каблук дарит не только уверенность в себе и меняет осанку, но еще предполагает комфорт, а не беготню по лестницам.

– Солнцева, отпуск смотрю тебе на пользу! Великолепно выглядишь, – открыл передо мной дверь Плетнев.

– Спасибо, ты тоже отлично выглядишь.

Я устроилась сзади, и мы поехали на вечер.

На душе почему-то было неспокойно. Какбудто что-то должно произойти. Телефон завибрировал, сообщая о новом сообщении. Открыла, и улыбка сама расплылась на губах.

"Я уже скучаю. Жду с нетерпением, когда увидимся".

"Скоро увидимся. Я тоже скучаю".

– И что это мы улыбаемся? – подозрительно покосился на меня Плетнев. – Солнцева, имей в виду, в декрет не отпущу!

“Ох, зануда! Как будто у него кто-то спрашивать будет”– усмехнулась про себя. Знаю же, что это он с виду такой строгий, а на самом деле просто за меня переживает.

– Я пока и не собираюсь, – успокоила шефа.

Мероприятие проходило за городом. Проверив геолокацию, порадовалась, что нахожусь рядом с рестораном, который выбрал Морозов для последней церемонии. Как же они его достали, что он даже решил не переносить последнюю сцену с шоу на другой день.

– Лев Аркадьевич, ну наконец-то, Зинаида Петровна уже нервничает. Она решила, что стоит открыть вечер со знакомства с волонтерами. Сейчас будут объявлять Веронику Матвеевну, – встретила нас видимо помощница хозяйки. Я даже не успела поволноваться, как меня уже проводили к импровизированной сцене. На ней как раз заканчивала речь женщина, в которой я сразу же опознала хозяйку особняка, такая от неё энергетика властности шла.

– А сейчас, встречайте Солнцеву Веронику Матвеевну, – сказала она в микрофон, и мне под аплодисменты пришлось подниматься к ней.

Я чуть не споткнулась. Все время было ощущение, что меня буравят взглядом. Встав на сцену, посмотрела в зал и увидела удивленные глаза Морозова и довольные Ольги. А они-то тут как? Мысли хаотично забегали в голове, вместе с шумом, который начал гудеть в голове. Очень хотелось сбежать. Подойти к Роману и поговорить с ним. Но взяла себя в руки. Я на работе. Вздохнула, выдохнула. Мое дело – помогать женщинам. И если сейчас моя речь может кому-то помочь, я не имею права все испортить. Я улыбнулась и повернулась к хозяйке, чтобы ответить на её вопросы. И уже краем глаза отметила, как Морозов широким шагом вышел  на улицу.

Роман

Галстук душил так, словно его удавкой затянули. Пришлось быстро ослаблять узел, а после сорвать с шеи красную повязку, которая полетела куда-то в кусты за моей