Месяц выбора (СИ) - Аурика Синичкина

Мне хотелось убивать.

Несколько стражников у ворот начали оглядываться на меня, привлеченные исходившей волной магии, которая поднимала песчинки и камушки в воздух.

— Теперь понимаешь? — тихо сказал подошедший Ульф, пока я старательно дышал и пытался утихомирить собственные эмоции. — Вот перед этими волками ты будешь выступать.

Через некоторое время подошёл и Йозеф, вместе с Лейфом. Нас скомкано представили друг другу.

— Ренар, это Лейф Белобородый, один из княжечей рода Высокогорных, подающий надежды молодой политик и оратор. Лейф, это Ренар из рода Девятихвостых, один из сильнейших магов среди оборотней.

— Наслышан о вас, — улыбнулся мне Лейф, но улыбка не дошла до глаз. — Очень приятно.

— Взаимно, мне тоже, — сухо кивнул я.

Повисла пауза. Лицо друга было такое же бледное, как у меня. Что ж, радует, что я хотя бы не один тут страдаю от культурного шока.

— Это всегда проходит так? — хрипло спросил друг.

— Иногда даже хуже, — мрачно отозвался на это Лейф. Вблизи я понял, что оборотень не так чтобы очень юн, всего на несколько лет младше меня и друга. А уже состоит в совете.

— Возможно, нам стоит пересмотреть план? — несколько неуверенно предложил Йозеф.

— От этого мало что измениться, — смотря куда-то в сторону городской площади сказал Ульф. — Но обсуждать все в любом случае лучше не здесь. Перерыва нам хватит, чтобы перекусить. Пойдемте.

— Да я бы и выпить не отказался, — саркастично усмехнулся друг.

Глава 8.2

Заведение, в которое мы отправились, нельзя было назвать таверной. Скорее — ресторация для знатных господ. Я морщился на все эти темные тона, зеленые бархатные скатерти, основательные столы. Навевало воспоминания о моих детских годах, проведенных за обязательными ужинами в такой столовой. Но, это были мои личные антипатии, а Ульву и Лейфу по статусу в других местах есть не положено.

— Я заметил явное преобладание волков из разных семей и кланов в совете, — начал я, когда нам принесли блюда. Йозеф сразу налил себе бокал.

— О, неужели это так бросается в глаза? — иронично сказал Лейф, аккуратно орудуя приборами. Но потом сменил тон. — Такова политическая обстановка в высших кругах. Род Северных волков за последние двести лет уселся почти на все правящие места. Они не гнушаются никакими методами: утраивают эти Выборы, похищают девушек, крадут чужих избранных — и плодятся. Уже сейчас их численность пугает. Еще сто лет — и в совете не останется представителей других родов.

— В Круге Шести уже двое — Северные волки, — неторопливо жуя, добавил Ульф.

— Но ведь в круге не может быть больше одного представителя рода? — удивился я, а Йозеф поддакнул. — В этом же и смысл, разве нет?

— Нет никакого смысла, кроме жажды власти, когда ты сидишь там почти двести лет и убираешь неугодных, — ответил мне Лейф.

— Это вы про?..

— Орма Серого. Он держит под собой всех, его авторитет задавливает остальные рода. А кого он не может задавить авторитетом, он давит буквально, — сказал Ульф.

— Но ведь это нарушение закона! Попрание всех основ коллегиального собрания! Его ведь можно привлечь к ответу! — возмутился я.

— Можно было бы. Лет сто назад, — фыркнул Ульф. — Но сейчас этот старикан сидит там прочнее всех. С места его сгонит только смерть.

— То есть, — жуя, спросил я, — мне нужно повлиять на этого Орма?

— На старого маразматика, который издал закон об истреблении всего инакового, и терпеть не может, когда что-то оказывается сильнее него, — поправил меня Лейф, все с тем же изяществом разделывая стейк.

— О, не трать красноречие, брат! Этот лис должен был родится ослом, настолько он упрям! — криво улыбнулся Йозеф.

— Что ж, возможно, нам нужна сила и упрямство молодого осла, чтобы совладать со старым, — отзеркалил усмешку брата Леф.

Все, в том числе и Ульф посмотрели на меня, замолчав. Кусок мяса застрял в горле, и я поспешил запить его вином.

— Я хочу вернуть свою избранницу. Это все. Я вне политики. Ищите другого осла, — прожевав наконец, сказал я.

Почему интересно они с смотрят на меня, а? Когда это я говорил, кидаясь грудью на амбразуру, что поведу за собой революцию? Нашли крайнего!

— Что ж, — разочаровавшись в чем-то, очевидно в собственных иллюзиях, сказал Ульф, — скоро настанет время, когда политика придет в дом к каждому оборотню на Севере, залезет каждую постель. И придется выбирать стороны. К тебе вот, Ренар, она уже залезал.

— Как залезла, так и вышвырну, — рыкнул я. — А вот вести за собой толпы в светлое будущее и устраивать перевороты я не нанимался! Я наемник со стороны, с чего вы решили, что меня вообще кто-то будет слушать?

— Ты, — тихо сказал Ульф, отложив приборы, — самый сильный маг среди одного из самых сильных родов. Твой отец в Круге шести — единственный, на кого никак не действует влияние Орма.

Так вот пусть отец и бросает вызов и плетет интриги, он же прожжённый политик! — воскликнул я.

— А как же новое время — новые законы?

Я смутился. Раньше мне казалось, что достаточно решить только мою личную проблему и все. Теперь я увидел, что тех у кого личные проблемы- сотни. Что само