Сладкий грех - Дебра Маллинз

Его Миранда двинулась с места. Сапфировое платье заструилось блестящим каскадом, повторяя ее грациозную стать и мешая ему думать о чем-либо еще. Инцидент с Ротгардом отошел на второй план, и вместо этого Вайльдхевен сосредоточился на недоброжелателе, угрожавшем Миранде. Ведь именно за этим он сюда и пришел. Чтобы обеспечить ее безопасность.

Не подозревая, что за ней наблюдают, Миранда нагнулась к фортепиано, и Вайльду на какое-то мгновение открылся восхитительный вид на ее филейную часть. Она быстро выпрямилась, держа в руках сумочку, после чего развернулась и вышла из комнаты.

Она что, с ума сошла? Ей категорически запрещено ходить куда-либо одной. Что, если тот ненормальный снова на нее нападет, пока его, Вайльда, не будет рядом? Кровь сильнее запульсировала в жилах, лишь стоило ему почуять опасность, и он отправился вслед за ней.

Он выскочил из комнаты — она поднималась на второй этаж. Еще секунда, и он упустил бы ее из виду. Преодолев лестничный пролет, он в последний момент успел увидеть, как она проскользнула в комнату в конце коридора и плотно прикрыла за собой дверь.

Он пошел за ней. Один суровый взгляд — и горничная мигом покинула помещение.

Миранда испуганно обернулась на звук затворяемой двери. Они оба оказались в замкнутом пространстве тесной комнатки.

— О господи, Вайльдхевен, как вы здесь оказались?

— Вы не должны ходить куда-либо одна. Это опасно.

Он посмотрел на кровать, которая занимала большую часть комнаты, затем на девушку.

Щеки ее порозовели.

— Вы сами по себе уже представляете опасность, Вайльд. Пожалуйста, уходите. Я пришла сюда, чтобы побыть одна.

— Вы все время пытаетесь выдворить меня из своей жизни, — заметил он, подходя к ней вплотную. — Я что, такое чудовище?

— Нет, вы просто слишком нахальны.

— Неправда, я всегда был с вами предельно вежлив.

Их разделяли всего лишь несколько дюймов.

— У вас свои представления о вежливости. Бывали времена, когда вы относились ко мне так, будто я хочу стянуть у вас серебряную ложку.

Он нехотя кивнул.

— Правда. Но теперь, когда я узнал вас получше, вам не в чем меня упрекнуть. Я бы очень хотел, чтобы вы пересмотрели свое решение.

— Не могу. — Она не осмелилась взглянуть ему в глаза. — Так нужно. Мне очень жаль.

— Я с радостью буду содержать Джеймса. Позабочусь о его образовании.

— Только не нужно мне лгать, Вайльдхевен! — Она метнула на него взгляд, полный невыразимых чувств. — Вы просто хотите затащить меня в постель и готовы пообещать все, что угодно.

Он застыл.

— Я не какой-нибудь мерзавец, чтобы вас принуждать. Вы хотите лучшей жизни для Джеймса, и я могу вам дать это.

— Конечно… но только если я начну с вами спать. Есть слово, характеризующее женщин, идущих на такие сделки, мой дорогой герцог, и я не хочу принадлежать к их числу. А теперь, если вы позволите…

Она взглянула на китайскую ширму в углу комнаты и выжидательно посмотрела на него.

Вайльд смущенно нахмурился. Ну как тут можно было очаровывать женщину, когда та шла на свидание с ночным горшком?

— Миранда, я подожду снаружи, и мы продолжим нашу дискуссию.

Она разочарованно вздохнула.

— Боже мой, Вайльдхевен, какое же вы упрямое существо!

Она слегка поклонился.

— Не отрицаю.

Она указала на дверь.

— Уходите.

— Я буду за дверью, — предупредил он, с трудом сдерживая смех. Боже, она была прелестна, даже когда злилась!

Она скрестила руки на груди и ждала, пока он закроет дверь. Прежде чем выйти в коридор, он шутливо отдал ей честь и, выходя, краем глаза заметил, как мелькнули сапфировые юбки, когда она юркнула за ширму.

Он ждал в холле, представляя, как она там возится с многочисленными юбками. Он думал о ее изящных маленьких ручках, приподнимающих платье слой за слоем, постепенно обнажая ее изумительные ножки… В свое время ему приходилось раздевать многих женщин, и для него не составляло особого труда шаг за шагом представить, как она, обнаженная и горячая, оказывается в его постели с разведенными бедрами…

От этих сладких мыслей его отвлекли голоса. По лестнице поднимались три дамы — Офелия Оукли и еще две дебютантки. Они щебетали как сороки. Поднявшись на этаж, все они вопросительно на него уставились. Не желая выглядеть нелепо, он кивнул дамам и прошел дальше по коридору, удаляясь от дверей дамской комнаты. Девушки проводили его взглядами, хихикая и перешептываясь. Затем поспешили в ту же комнатку, в которой до сих пор скрывалась Миранда.

Интересно, что заставляет женщин ходить группками, подобно стаям гусынь?

Прошла, казалось, целая вечность, когда дверь наконец открылась и оттуда вышла Миранда. Лицо ее было бледным, зеленые глаза казались огромными от досады. Она вцепилась в ридикюль с такой силой, что даже костяшки пальцев побледнели.

Он в три прыжка преодолел разделявшее их расстояние.

— Что такое? Одна из этих девиц дурно с вами обошлась?

Она выглядела беспомощной и растерянной.

— Нет, они просто не обращали на меня внимание. Как обычно.

Не заботясь о том, что их могут увидеть, он взял ее за подбородок, большим пальцем руки гладя нежную кожу.

— Что же тогда привело вас в такое состояние?

— Ничего.

Она тряхнула головой, избавляясь от его прикосновения. Он же вместо этого взял ее за руку.

— Я не слепой. Что-то явно произошло.

Она попыталась было вырваться, но он не отпускал.

— Оставьте, Вайльдхевен. Это не ваша забота.

— Вы моя забота, Миранда, независимо от того, нравится вам это или нет. — Он повел ее по коридору в укромную нишу, которую заприметил здесь раньше. — А теперь рассказывайте, что вас огорчило.

Она так долго и пристально смотрела на него, не смущаясь, что он успел подумать, будто совсем уж стал ей безразличен. Потом она тяжело вздохнула и высвободила руку, чтобы можно было открыть сумочку. Каждый нерв его напрягся, когда она достала оттуда свернутый листок бумаги.

— Новая записка?

Она кивнула, плечи ее безвольно опустились.

— Как ему это удалось? — прошептала она. — Мы же были в зале, где полно людей.

Аккуратно разжав ее пальцы, он взял записку. Руки ее дрожали, и на это было больно смотреть. Его Миранда всегда была такой бесстрашной, даже когда сражалась с ним один на один ради блага Джеймса. Он взял ее под руку, и она непроизвольно вцепилась в него, пока он медленно разворачивал записку:

«В ЛОНДОНЕ ТЕБЯ ЖДЕТ СМЕРТЬ. УЕЗЖАЙ СЕЙЧАС ЖЕ ИЛИ БЫТЬ БЕДЕ».