Непреодолимо - Мелани Харлоу

глаза, когда я осмотрела все: мраморные и деревянные прилавки, подставки для кастрюль и сковородок, миксеры, выстроившиеся как солдаты, массивные нержавеющие приборы. Она не была такой большой, как кухня в гостинице, но лучше подходила для выпечки и казалась более аккуратной.

— Она прекрасна, — сказала я, проведя рукой по прохладному мрамору.

— Спасибо. Позволь мне показать тебе все.

К тому времени, как она закончила показывать мне кухню и крошечный кабинет, пришла Максима. Она задала несколько вопросов, пока Натали заканчивала экскурсию у входа. Мак все еще не приехал, и я снова посмотрела на свой телефон. Несколько минут назад я пропустила его звонок, и он оставил голосовое сообщение. Чувствуя, что было бы невежливо слушать его сейчас, я положила телефон обратно в сумку, понадеялась, что все в порядке, и скрестила пальцы, что он все же сможет приехать. Мне очень хотелось услышать его мнение.

Но он так и не приехал.

Натали налила нам по чашке кофе, она, Максима и я сели за один из столиков вдоль стены. Из своей сумки я достала белую коробку макаронс, которые я испекла вчера вечером — розового цвета с розовым кремом и фиолетового цвета с лавандой.

Натали вздохнула. — Они прекрасны!

— Посмотрим, что ты скажешь года попробуешь их, — сказала Максима.

— Можно мне?

— Конечно, — сказала я, гордость согревала мои внутренности. — Я принесла их для тебя.

Она выбрала лавандовый макарон и откусила кусочек. — Боже мой, — пробормотала она. — Какой изысканный вкус.

Я улыбнулась. — Спасибо.

Мы потягивали кофе и закусывали макаронсами, перебирая варианты. Натали сказала, что она продаст здание, если найдет подходящего покупателя, но она эмоционально вложилась в это место и предпочла бы взять партнера. — Я знаю, это звучит глупо, — сказала она, оглядываясь по сторонам, — но эта кофейня — как часть меня. Я открыла ее, когда мне было всего двадцать три года и я понятия не имела, что делаю. Я обручилась прямо за дверью. В этом магазине у меня больше воспоминаний о семье, друзьях и других людях, чем в моем собственном доме. Я живу здесь дольше. Простите. Она взяла салфетку и промокнула глаза. Я всегда сильно эмоциональна, когда беременна.

— Все в порядке, — мягко сказала я. — Я понимаю. Я тоже чувствую привязанность к Кловерли. Недавно я подумала, что не знаю, смогу ли я когда-нибудь уехать слишком далеко, ведь это место часть меня. Я выросла там. Мои корни там. Мое сердце там. Я вздохнула. — Но если я не попытаюсь немного расширить границы, сделать что-то большее только для себя, я всегда буду задаваться вопросом "а что если".

Натали положила руку на мою. — Я прекрасно понимаю, что ты имеешь в виду. И даже если это место — не то, о чем ты мечтала, я думаю, тебе стоит попробовать. Она жестом указала на пустую коробку из-под макронс. Ты так талантлива.

— Спасибо.

Я посмотрела на дверь, желая, чтобы Мак был здесь предавая мне уверенности. — Я думаю, это место идеально. Мне нужно место на кухне для выпечки и прилавки для продажи. Мне также нужно время, чтобы печь дополнительно к выходным, например, к свадьбам. Чем больше у меня работы, тем сложнее использовать мою собственную маленькую кухню, особенно если я провожу мероприятия за пределами Кловерли.

Ты рано встаешь? спросила Натали. — Пекарни не для ночных сов.

— Я бы точно сказала, что обычно я рано встаю. — ответила я ей. — Мне нравится расписание и рутина, и я хорошо соблюдаю сроки. Я организованная, общительная, и со мной легко работать. Затем я сделал паузу. — Но я буду честна и скажу, что мысль о ведении собственного бизнеса вызывает у меня слабость в коленях.

— Ты готова учиться? спросила Максима.

— Конечно.

— А я готова учить, — сказала Натали, сложив руки на животе. — По крайней мере, пока я не рожу в мае.

— Ты знаешь, кто у тебя будет? — спросила Максима.

— Девочка. Натали покраснела и улыбнулась. — Конечно, я была бы счастлива в любом случае. У нас уже есть дети, но у меня есть сестры, а в этой связи есть что-то особенное.

— Я согласна, — сказала я. — У меня тоже есть сестры.

— Есть дети? — спросила она, взглянув на мою левую руку.

— Нет. Пока нет. Я улыбнулась и пожала плечами. — Надеюсь, когда-нибудь будут.

— Ну, какое-то время ты будешь очень занята новым бизнесом, так что не стоит торопиться. Натали посмотрела на Максиму. — Хорошо, так какой следующий шаг?

Максима сказала, что поскольку речь не идет о продаже или аренде здания, это немного не в ее компетенции, но у нее есть опыт ведения бизнеса, и она дала нам свой совет. Она также повторила, что будет рада инвестировать в меня, если мне понадобятся деньги на покупку.

Примерно через час мы с Натали расстались, импульсивно обнявшись и пообещав вскоре встретиться снова. Максима рекомендовала создать ООО для партнерства, если мы решим пойти на это, но я хотела сначала поговорить с Маком или моим отцом. Голова шла кругом.

По дороге к машине я достала телефон и прослушала сообщение от Мака. — Привет, мне очень жаль, но я не могу встретиться с тобой сегодня. Звонила миссис Ингерсолл и сказала, что Фелисити пришла домой с сильной температурой. Я бегу домой, чтобы отвести ее к врачу. Я чувствую себя ужасно, и я не буду винить тебя, если ты разозлишься. Я позвоню тебе, как только смогу. Я хочу услышать, как все прошло.

Я дошла до своей машины и запрыгнула в нее, чтобы запустить отопление. Пока двигатель прогревался, я написала ему ответ.

Бедная Фелисити. Надеюсь, с ней все в порядке, и, пожалуйста, передай ей, скорейшего выздоровления, надеюсь ей станет лучше. У меня все прошло отлично. Не могу дождаться, чтобы рассказать тебе. И я не сержусь!

Наоборот, я была уверена, что ничто не сможет унять мое волнение. Я была разочарована тем, что он не смог приехать, но я понимала его. В основном я просто умирала от желания рассказать кому-нибудь об этой встрече. По дороге домой я позвонила Хлое и рассказала ей обо всем, она была очень рада за меня.

— Это потрясающе, Фрэнни, — сказала она. — Я точно знаю место, о котором ты говоришь, и думаю, что оно идеально.

Я позвонила Эйприл, но она не ответила. Я оставила ей сообщение, когда заезжала в гараж дома, и поднялась в свою квартиру, не в силах перестать улыбаться. Пока я расстегивала пальто, мой телефон зажужжал — это был Мак.

— Привет, как Фелисити?

— Она в порядке. Просто вирус. Я дал ей