Кризис-менеджер для Золушки - Вик Лазарева

— Вы, Даниил Сергеевич, Настеньке об этом скажите, а то она бедная уже извелась перед боссом из кофточки выпрыгивать, — игриво смотрю на него, а Даня подходит ближе и пристально смотрит в мои глаза. — Как-нибудь однажды зайдёте, а она уже тут на столе с задранной юбкой или в нижнем белье вас ждёт. Споткнётесь ещё и случайно воткнётесь в неё.

— Полина Сергеевна, как вам не идут такие пошлости, — улыбается он и протягивает руку к моему бедру. Гладит его ладонью, медленно поднимая платье.

— Да? А не вы ли, Даниил Сергеевич, вчера спрашивали в этом кабинете «хотела бы я, чтобы меня трахнули»?

Он поднимает руку выше и выше, вот уже и край чулочка виден с зажимом от резинки. Даня опускает глаза и в них ещё ярче разгораются искры страсти. Его прикосновения меня заводят. Я чувствую жар от его касания, поднимающийся вверх. Мои дыхание и пульс учащаются.

— И что же вы, Полина Сергеевна, ответили? — он уже гладит бедро, где заканчивается чулок.

По моему тело пробегает мелкая дрожь и я прерывисто вдыхаю, а выдыхая расслабляюсь и получаю удовольствие от его тёплых, нежных прикосновений. Даня делает ещё шаг, поставив ногу меж моих коленей, тесно соприкасаясь с ними, и его рука скользит на заднюю сторону моего бедра. Он рукой оттесняет меня от стола и сжимает ягодицу пальцами.

— Послала вас, представляете? — говорю я возбуждённым низким голосом.

Он цокает языком.

— Вы плохая девочка, Полина Сергеевна. Придётся вас наказать.

Даня резко подхватывает меня и садит на стол. Одной рукой держит за поясницу, а второй сжимает лодыжку и проводит рукой по всей ноге, останавливает руку на бедре и прижимает меня к себе, вжавшись в меня пахом. Он обеими руками поглаживает мои бёдра. Мы страстно целуемся, смакуя губы друг друга, как самый божественный нектар в жизни. Бешеная волна возбуждения меня накрывает, и я начинаю плавно двигать бёдрами в такт его поглаживаниям, чувствуя как твердеет его эрекция под брюками. Издав тихий стон, отрываюсь от сладких губ, облизываю их и с придыханием говорю:

— Я бы с удовольствием вынесла все ваши наказания, но придётся вас разочаровать, Даниил Сергеевич.

Резко отталкиваю его и встаю на ноги, спрыгнув со стола. Одергивая юбку, поправляю его галстук, провожу пальцами по его груди, расправляя складки на пиджаке, опускаю пальчики ниже, скользя по ширинке, прижимаю ладонь, поглаживаю и чуть сжимаю пальцы, оценивая твёрдость его намерений.

— Здесь вы не сможете насладится моим наказанием, — улыбаюсь я. — Боюсь, нам могут помешать. Вы же не на спринт рассчитываете, Даниил Сергеевич?

Даня руками берёт меня за лицо и впивается в мои губы. Мы снова страстно целуемся, наши языки переплетаются, мы тяжело дышим от возбуждения. Я кусаю его за нижнюю губу и оттягиваю её. Даня мычит от удовольствия, а я ладонями надавливаю на его грудь, отстраняя от себя.

— Тогда отложим наказание до вечера? — держа руками моё лицо и не отрывая свой взгляд от моих глаз, шепчет он.

— Пожалуй, Даниил Сергеевич, — томно отвечаю я, поглаживаю его бедро и, переместив руку на его ягодицу, сжимаю пальцы.

— У тебя губы красные от поцелуев, — улыбается он.

— Я знаю. Зато помада не понадобится, — улыбаюсь я в ответ.

— Она тебе вообще не нужна. Твои губки и так яркие и сладкие, — Даня целует меня снова.

— Я пойду работать, Даниил Сергеевич? А то Настенька, наверное, уже под дверью стоит, сгорая от любопытства, и подслушивает, чем мы тут занимаемся так долго, — прыскаю я от смеха. — Идите, Полина Сергеевна, — Даня улыбаясь меня отпускает, но не убирает руку с моей попки, пока я отхожу от него на достаточное расстояние. Выхожу в приёмную с довольной улыбкой. Настя действительно стоит близко к двери и поливает цветочек на стойке. Смотрю на неё уверенным взглядом, а она щурится на меня. Сучка завистливая!

Глава 21. Теперь ты моя "Карамелька"

После работы я не еду домой. Звоню маме и предупреждаю, что буду поздно. Катаюсь по городу, размышляя. Ещё вчера я была так зла на Даню, что ни о каком разговоре даже думать не хотела. Но сегодня вся злость улетучилась куда-то. Когда сегодня он меня целовал, то я готова была ему всё простить. А наши с ним перепалки меня так завели и возбудили, что я хотела на него наброситься и, разрывая одежду, заняться безудержным сексом. Но мне нужно взять себя в руки. Я готова его выслушать. Дальше всё будет зависеть от того, как сложится наш разговор, от того, что он скажет. Я паркуюсь у элитной высотки в центре города. Поднимаюсь в лифте на двадцать первый этаж. Когда подхожу к двери квартиры, то не успеваю даже позвонить, она распахивается и передо мной стоит Даня в том же сером деловом костюме с бордовым галстуком, в котором он был на работе.

— Заходи, — кивает он улыбаясь.

Он снимает с меня лёгкий удлинённый жакет, а я скидываю с ног туфли.

— Можешь не…

— Ты же знаешь, я не люблю дома ходить в обуви, — улыбаюсь я. — Тем более целый день на каблуках, люблю освободить ножки и пройтись босиком по прохладному полу.

Мы заходим в гостиную, и я сажусь в кресло, а Даня напротив на диван. Негромко играет музыка, какой-то сборник с современным фанк- и инди-роком.

— Что-нибудь выпьешь?

— Вино красное.

Он уходит и возвращается с открытой бутылкой сухого итальянского и двумя бокалами. Даня ставит их на столик и наливает рубиновый напиток в бокалы. Я, держа бокал за тонкую ножку, прокручиваю его и вдыхаю терпкий аромат вина с фруктовыми нотками. Посмотрев поверх бокала на Даню, делаю маленький глоток.

— Отличное вино.

Даня, не отвечая, одаривает меня тёплой улыбкой. Он сидит в расслабленной позе, но внутренне напряжён, я это чувствую по его взгляду. Видимо, ему нелегко начать разговор. Я слегка улыбаюсь, чтобы его подбодрить.

— Ты сегодня своим красным платьем взбудоражила весь офис, — усмехается он.

«Не с того ты начал, дорогой», — понимаю, что эта тема нас сейчас заведёт не туда и я вспыхну.

— А ты, разве не этого добивался? — ехидно спрашиваю я.

— О других совсем не думал, — игриво улыбается он.

— Хотел возбудиться при виде меня и пофантазировать, как трахаешь на своём столе? — саркастично спрашиваю я.

— А нет! Забыла! Ещё показать Красовскому, чья игрушка.

— Перестань нести чушь, — серьёзно говорит Даня.

Я ставлю бокал на