Семь девиц для некроманта - Альма Либрем

— Сюзетт, увы, не так тесно с нами знакома, чтобы решаться рекомендовать кого-нибудь другого, — тем временем сладким голосом отметила Хильда. — Как по мне, она никогда и не познакомится с ни с кем чуть ближе…

В тарелке Лорейн что-то зашевелилось. Она вздрогнула и едва не уронила вилку, чем, несомненно, привлекла внимание герцога де Ожелла, но ни единого слова не проронила, а вернулась к своему мясу с таким видом, будто ничего не произошло, разве что глупая и никого не волнующая заминка. Кристиан смотрел на неё ещё несколько секунд, а после спокойно отвёл взгляд в сторону.

Себастьян, пожалуй, это заметил, но никаких претензий высказывать не стал. Из его поведения Айрис могла сделать вывод, что он либо попросил друга провоцировать девушек, либо совершенно не интересовался тем, сколько и кому внимания уделит Кристиан. Отвлекающий фактор? А вдруг и вправду?..

Айрис велела себе и вовсе не смотреть на герцога де Ожелла. Почему-то он в её глазах вдруг занял место того ещё ловеласа, совершенно не думающего о чувствах друга. Или слишком хорошо знающего об особенности, не позволяющей Себастьяну интересоваться женщинами столь активно.

А вот Сюзетт, кажется, обиделась не так на слова Хильды, как на взгляды брата, уделявшего ей самой очень мало внимания. Она выпрямила спину ещё больше и сердито произнесла:

— Мне не к лицу знакомиться с какими-то простолюдинками, ничего не понимающими в культуре общения высшего общества! Потому я стараюсь оставаться на расстоянии.

— Однако, — усмехнулась Хильда, — так ты никогда не выйдешь замуж. Вероятно, ты так же сторонишься всякого общества… Таким бледным девушкам необходимо привлекать к себе внимание своими силами, ведь иначе мужчины вряд ли станут на них смотреть!

Сюзетт поджала губы и с вызовом взглянула на брата в поисках защиты. Тот, вместо того, чтобы возмутиться словами Хильды, внимательно рассматривал её. Айрис, наверное, на месте ведьмы почувствовала себя обнажённой, а той, кажется, даже льстило мужское внимание.

— Твоя культура так ярко демонстрируется твоими же словами… — протянула Сюзетт.

— Однако, — Хильда отодвинула от себя тарелку, на которой осталось не тронутым мясо, и отклонилась назад, позволяя скелету её забрать, — ты только за столом столь прилежна. Куда же девается ангел, когда мы оказываемся немного дальше от господина некроманта?

— Туда же, — прошипела Сюзетт, — куда и эта милая ведьма, что в отсутствие лорда Брайнера столь старательно варит зелья для его упокоения!

— Успокоения, ты хотела сказать? — ласково уточнил Кристиан.

— Я сказала то, что сказала! — скривилась его сестра.

Подали третье блюдо. Айрис взглянула на него всего лишь мельком, но с трудом сумела сдержать вскрик. Да, это был великолепный и, наверное, вкуснейший десерт, вот только выглядел он очень… натуралистично. И напоминал вырванные глаза. Бабушка тоже любила такое готовить, у Айрис даже остался рецепт — помнится, её любимый зять с трудом проглотил кусочек, а потом осознал, что внутри нежнейший крем и лёгкий, воздушный бисквит.

Но еда не усмирила ни Хильду, ни Сюзетт, и их перебранка набирала обороты.

— Я, в отличие от некоторых, хотя бы не ношусь со своей царственной особью, как с писаной торбой, — прошипела Хильда. — И могу сама себя защитить. А ты вынуждена прибегать к помощи других, да и к моей тоже. Не ты ли стащила у меня защитное зелье перед своим первым свиданием?

— Я? — усмехнулась Сюзетт. — Я?! А не я ли украла волос некроманта для твоего следующего произведения искусства? Кто ещё смог бы сделать подобное?

Наверное, в их разговор следовало вмешаться, например, рассказать смешную шутку, но Кристиан сидел с открытым ртом и внимательно слушал переругивание сестрицы и её конкурентки по отбору. Девушки же, обладающие неиссякаемым запасом ругательств, могли б придумать и что-нибудь почище — но не успели. Их прервал истошный вопль Луизы, увидевшей на своей тарелке глаза.

— Это всего лишь десерт! — попыталась успокоить её шепотом Айрис, осторожно дотронувшись до девичьей руки, но это очень слабо помогло. В ответ Луиза завопила ещё сильнее.

— Я не буду это есть! — захрипела она. — Не буду есть! Не буду! Я не каннибал!

Сюзетт, даже не обратившая внимания на происходящее, с силой пнула локтем под рёбра Хильду. Хильда от злости едва не взорвала на своей тарелке те самые пресловутые глаза, и Айрис подумала, что в реакции на них, вероятно, и заключалось сегодняшнее испытание. Ведь, чтобы быть достойной женой некроманта, надо держать удар в любой ситуации и привыкнуть к специфическому чувству юмора своей второй половины.

Визг Луизы повторился вновь.

— Довольно! — лорд Брайнер вскочил на ноги и ударил кулаком по столу. — Я бы выгнал вас двоих сию же секунду, наплевав и на одарённость, и на родовитость, но вот это… Это терпеть больше не намерен. Луиза, вставайте. Ваше пребывание на отборе закончилось. Вы не прошли испытание.

Глава двадцать третья

— Нет! — завизжала Луиза. — Нет! Я не хочу умирать! Умоляю! — она сорвалась со стула и рухнула на колени. — Прошу вас, я не хочу…

— Умирать?! — взревел Себастьян. — Это ещё что за шутки!

Айрис только развела руками. Ей не хотелось рассказывать о дрязгах, происходивших между девушками, о том, что самого лорда Брайнера считали убийцей, несмотря на то, что с Джейн не случилось ничего плохого. Да что там, ей вдруг стало неловко от мысли о том, что сама не разубедила девушек, не объяснила, что Себастьян — хороший, просто у него определённые трудности. Айрис сама не знала, отчего ей стало так стыдно, ведь все здесь друг другу конкурентки, но ей отчаянно захотелось отмотать время назад и найти несколько часов на разговор с Луизой. Рассказать ей о том, что лорд Брайнер никому не желает плохого.

Дараэлла перехватила её испуганный взгляд и медленно поднялась со своего места. Когда она заговорила, Айрис вдруг отчётливо осознала, в чём на самом деле таится власть горной ведьмы. Мягкий, вкрадчивый голос Дараэллы звучал завораживающе, обволакивал, отводя мысли прочь от всего дурного. Её невозможно было слушать без дурацкой улыбки на губах, о чём бы ни говорила Дара. И это при том, что она не могла пользоваться своим даром в полной мере!

— Луиза, как и другие девушки, свято уверена в том, что выживет только победительница, — произнесла она, причём так буднично, что Себастьян даже не стал возражать. — Или, возможно, другие только притворяются. Но Луиза очень переживает. Ей, разумеется, не хочется умирать.

— Что за глупости! — рассмеялся Кристиан. —