Улыбнись мне, Артур Эдинброг - Антонина Крейн

Он начал издалека:

— Когда Хьюго ДеБасковиц взялся за строительство телепорта, он не брезговал помощью в том числе студентов. Каждые каникулы Хьюго нанимал из Форвана значительное число помощников-стажёров, а многих вытягивал в столицу прямо посреди семестра — так, на неделю-другую, заверяя преподавателей, что они обязательно нагонят материал. Обычно так и случалось, ведь он брал только лучших. Студенческая рабочая сила нужна была ему по трём причинам… Во-первых, как говорил сам Хьюго, в нас напрочь отсутствовала «чванливость, присущая состоявшимся магам, противящимся самой идее портала». Во-вторых, нам не надо было платить.

При этих словах Артур двинул бровью с таким невероятным снобизмом, что я усмехнулась.

— Ну а в-третьих, рассуждал Хьюго, если вдруг что-то пойдёт не так и он по каким-то причинам умрёт раньше срока (да, он параноик), то должны остаться другие люди, которые смогут запустить телепорт и увести галианцев из гибнущего мира. И лучше, чтобы это были восторженные молодые учёные из тех, на чьи неокрепшие умы он, Хьюго, успел повлиять во время совместной работы. А не кто-нибудь из политиков, например.

— Ох.

— Да. Я тоже ему помогал. И мой вклад был гораздо большим, чем «эй, мальчишка, подай ту железяку!». Я проверял магические плетения, на которых строится работа портала. Их создал мой отец. И вследствие нашей с ним определённого сорта исключительности, никто другой их проверить просто не мог.

— Так?..

— Большинство знаний и наработок, оставшихся от моего отца, хранится в Антрацитовой библиотеке, и я получу доступ туда только после выпуска. Но некоторые вещи я уже знаю. В том числе, я умею — в теории — сам открывать порталы в другие миры. Без техники, без телепорта. Просто — сам по себе. Вот этими самыми руками.

И Артур раскрыл ладони так, будто собирался сотворить чудо прямо здесь и сейчас. Я смотрела на него во все глаза.

— Я пока не пробовал делать этого. Ни разу. Но я планирую использовать свою силу после того, как уберу Тварей из Гало. Это и есть мой план, Вилка. Я хочу уйти в другой мир. Здесь мне не будет жизни, — он сжал раскрытые ладони в кулаки. — Если я преуспею, спасу планету, то меня посадят на цепь, как дворцового мага, и всё. До самой смерти жить по чьей-то указке… Плясать под дудку других, создавая нужные им заклинания, быть героем, лишённым главного — права выбора. Я не хочу так. Я хочу свободы. И созидания.

— И куда же ты пойдёшь? В какой мир?

Сердце у меня вдруг будто потерялось в груди. А потом запрыгало, взбалмошное, потому что — а вдруг на Землю?

Артур, скажи, что ты выбрал Землю!..

Эдинброг посмотрел на меня и покачал головой.

— Я не знаю. Несмотря на то, что время уже поджимает, у меня впереди очень много работы — причём не только с ассортиментом миров, как ты могла бы подумать, но и, в первую очередь, с настройками. Открывать портал в другой мир самому — не то же самое, что пользоваться Адронным Телепортом, к которому меня, конечно же, не допустят. И не то же самое, что отправлять в другой мир вас, землян.

— …Потому что у нас устойчивая, предсказуемая аура, — кивнула я.

Артур похвалил мои знания и продолжил:

— Для себя и других галианцев пока что я могу открыть лишь случайный портал, что чревато выпадением в открытый космос или на непригодную для жизни планету.

— Звучит не слишком-то привлекательно.

— Так и есть. Но ничего. Все-таки, согласно Часам Судного Дня, у меня остался почти год до пришествия, чтобы научиться межпланетной навигации, — Эдинброг задумчиво повертел в руках бокал. — Ткань бытия пока что достаточно крепка, и вряд ли 1рорыв случится раньше времени. Конечно, всегда есть шанс на это. Но я надеюсь, что хотя бы здесь наш мир преуспеет и не запорет всё окончательно. Каждый знает, что неурочный апокалипсис — худший сюрприз на свете. О всемирных сетях заклинаний сейчас все забыли, и правильно сделали.

— Что ты имеешь в виду?

1ассаж про «всемирные сети» был мне непонятен, тогда как история с Часами Судного Дня и сроками 1рорыва уже стала едва ли не такой же обыденной реальностью, как для всех галиан-цев — пугающей, жестокой, но парадоксально привычной.

1оразительно, насколько быстро ко всему привыкает человек. И если раньше это казалось мне достоинством нашего брата, то теперь я чаще думаю: насколько же мы слабы. Как сильно нас можно прогнуть, как долго мы готовы закрывать глаза и адаптироваться к чему угодно. И беда в том, что зачастую это происходит не из истинного принятия, чистого библейского смирения перед концом, а из банальной трусости.

Не всегда. Но часто. Возможно, научиться отличать одно от другого, быть честным в понимании причин, ведущих к тому или другому выбору, — одна из важнейших задач для каждого из нас.

Артур подлил мне вина, выдергивая меня обратно в разговор о сетях заклинаний:

— Если одновременно высвобождается очень много энергии, то реальность надувается, как воздушный шар. В других мирах такой избыток силы не приносит проблем. Но наш мир соседствует с миром Тварей — и раздувшись, он лопнет, впустив в себя орды врагов и, соответственно, сдохнув раньше времени. Существует два варианта того, как может высвободиться такое количество энергии. Во-первых, как раз таки внезапный разрыв какого-нибудь очень глобального, серьёзного заклинания — например, единой всемирной сети защиты. Помнишь, ты удивлялась, что ничто не отгораживает наши государства от земель постапокалипсиса? Раньше отгораживало, но сейчас это слишком опасно: если щит такого объёма по какой-то причине рухнет, вместе с ним обрушится весь мир. По этой же причине у нас сейчас отключены материковые и городские телепорты, а также почти не используется зеркалидение…

В мире Гало «зеркалидение» было обычным словом, но у нас на Земле оно бы точно было сокращением от «зеркального телевидения» — суть крылась именно в этом.

— А каков второй вариант?

— Смерть по-настоящему могущественного существа. А именно: небесного дракона Ойгонхар-та. Только он из всех ныне живущих достаточно силен, чтобы своей смертью пошатнуть ткань бытия. Но, к счастью, он находится в добром здравии.

— Дракон Ойгонхарт!.. Это не он ли должен прилететь на финал экзаменов и разорвать нашу с тобой связь? — воскликнула я.

— Он, — Артур улыбнулся, но в глазах его промелькнула грусть. — Совсем скоро ты будешь свободна от моих чар, Вилка.

«Не ото всех твоих чар, — подумала я. — Ох, не ото всех».