Невольница Восточных пустынь. Страсть демона - Эми Мун

– Уже мокрая! – восторженный шепот лился в уши густой патокой. – Мне нравится, как много ты течешь…

Раздвинув чувствительные лепестки, демон бесстыдно трогал ее, скользя между возбужденной плоти к тесному колечку другого входа. А Ильва не сдерживала стонов, толкаясь навстречу его руке. Ей нужно больше! И сильнее!

Демон глухо рассмеялся:

– Нравится так? – вновь прикусил сосок, одновременно толкаясь в нее сразу двумя пальцами.

Вскрикнув, Ильва заерзала.

Да, очень нравится! Только вместо его рук нужно другое!

– Моя страстная пара, – заурчал Аид и опрокинул ее на кровать.

Ильва понять не успела, как оказалась лежащей на мужчине. Только не лицом к лицу, а наоборот.

Стыд и возбуждение вскипятили кровь до огненного пара. О, Духи! Она же… они никогда так…

– Давай, сладкая. Ты знаешь, что делать, – донеслось сквозь грохот сердца, а потом мужчина раздвинул испачканные смазкой складки и широко лизнул.

Будто сотни крошечных молний ударили по коже, и завязались тугим узлом внизу живота.

От наслаждения Ильва чуть не лишилась чувств. Ни разу Аид не брал ее так… откровенно и жарко!

Потянувшись, она поймала губами мужскую плоть, с торицей возвращая полученную ласку.

Во рту растекся водянисто солоноватый привкус. Демон тоже был на грани, и она отлично знала, как доставить ему радость.

Язык скользил вдоль крупной головки, собирая выступавшую смазку. Разница в росте мешала взять больше, но это было неважно. Ильва помогала себе руками, жадно исследуя подрагивающую от нетерпения плоть и одновременно подмахивая бедрами.

А вокруг плясало белоснежное пламя. Оно текло по коже смертельно прекрасными ручейками, но не причиняло вред.

Ильва чувствовала только легкое будоражащее тепло.

Оно схлестывалось с растущей внутри пустотой, заставляя стонать и просить большего.

Демон двигался все резче. Сам задавал темп, и на очередной толчок мужской вкус стал особенно ярким, а ласки Аида рваными и быстрыми.

Мужской язык толкнулся глубоко в лоно, запуская по телу первую судорогу удовольствия.

Ильва сдавленно застонала, прихватывая губами в ответ, и рот наполнили вязкие струи семени. Она приняла все до капли, вздрагивая под напористыми толчками мужских пальцев.

Голова кружилась, а внутри разливалась томная сытость, но Аид не собирался давать ей отдыха.

Одним движением опрокинув на постель, навис сверху и хищно облизнулся.

– Ты вкусная, – прошипело пламя. – Хочу еще.

И одним движением вошел сразу до упора, распаляя едва утихшее желание.

***

Аид

Ильва заснула.

Измученная жаркой близостью, скрылась в мягких чертогах сна.

А вот он не мог.

По комнате плыл сладковато-нежный аромат розового сада.

Его любимые цветы!

И аромат истинной был таким же…

Гнев – вечный спутник демонов и ведьм – утих, оставив кристально-чистое понимание, что делать дальше.

Аид нежно огладил пока еще плоский живот истинной. Сейчас там росла и крепла новая жизнь. Но крепче этого осознания грело то, что Ильва не пыталась избавиться от ребенка. А это значило очень многое!

Вздохнув, Аид заставил себя оторваться от девушки. Дела не ждут. И в первую очередь пора разобраться с работорговцем – Джаниб горько пожалеет, что посмел нарушить закон.

Поднявшись, Аид подхватил изрядно потрепанные одежды. Нужно переодеться. А потом заглянуть к Басиме.

Девушка ждала его в темнице, забившись в угол. Тонкие руки и ноги скованы кандалами, а взгляд устремлен в пол. Аид видел много наемников, но служанка не выглядела убийцей. В ее темных глазах застыла обреченность.

– Ты посмела напасть на мою истинную, – начал, внимательно отслеживая реакцию девушки.

Та не дернулась, продолжая рассматривать собственные худые лодыжки с полосками шрамов.

– За это полагается смерть. Тебе и твоей семье.

И без того бледное лицо посерело. А, вот и страх!

– У меня нет семьи, господин.

– Лжешь…

Девушка сжалась еще больше. Из-под опущенных ресниц потекли слезы. Но оправдываться она не спешила – или боялась, или знала, что бесполезно.

– … Сколько тебе заплатили? – задал самый очевидный вопрос.

Но Басима лишь покачала головой:

– Ни одного гроша… Господин, – взглянула на него. – Молю о легкой смерти для моей семьи.

Вот, значит, как. Все же дело в родственных чувствах.

– А если я пощажу твоих близких?

Девушка так и вскинулась.

– О, господин. Прошу вас! Я готова на все!

– Будешь ли говорить то же самое, когда я отдам тебя страже на забаву? Сразу всем?

Но служанку оказалось не так-то просто испугать. В ее глазах пылала все та же решительность..

– Буду, господин. Я очень выносливая.

Аид мысленно вздохнул. Все ясно. Ублюдок Джаниб нашел эту несчастную в одном из борделей самого худшего качества. Женщина там – просто мясо. Если не хуже. Таир яростно боролся с подобными заведениями. Искоренил почти все, но кое-что неподвластно даже султану.

– Как долго ты там работала?

Басима отвела взгляд, понимая, о чем он говорит.

– С самого детства, господин…

Тут уже Аид выругался в голос. Бездушные ублюдки!

– …Моих братьев и сестру ждет та же участь, – добавила тихо. – Мать тяжело больна и больше не может покрывать расходы на наше содержание.

– Ты будешь свидетельствовать на суде против Джаниба. – Аид не спрашивал, а утверждал. – Твоей матери окажут посильную помощь, а сестру возьмут прислужницей в Храм Праматери. Братьев отправят туда же – обучатся ратному делу. Но за покушение ты получишь плетьми и отправишься на каторжные работы в женское поселение. Как долго там будешь – решит султан.

Служанка громко разрыдалась. Но то было облегчение, а не горе.

– О, господин, – пала перед ним на колени, распластываясь на холодных плитах темницы. – Спасибо! Спасибо вам! Да хранит вас и госпожу Всевышний! Спасибо! Простите меня…

Под несвязное бормотание служанки Аид покинул камеру.

Теперь осталось решить вопрос с Джанибом. И для этого змея пощады не будет!

Глава 31

Ильва проснулась от того, что стало немного душно.

Попыталась шевельнуться, но ее тут же спеленали крепкими объятиями.

– А-аид… – просипела, узнавая крепкую хватку и влекущий запах мужчины.

Над ухом раздалось хриплое:

– Поспи еще немного.

Но она не хотела спать! А вот дышать – очень даже.

Ильва вновь шевельнулась, но добилась только того, что ее, словно пушинку, перетащили на мужскую грудь.

– Ой! – ахнула, рассматривая глубокую ссадину над левой бровью Аида. – Как же так…

Протянула руку, осторожно касаясь запекшейся корочки. Еще вчера этого не было! Аид улыбнулся. Сонно и настолько мило, что сердце дрогнуло.

Ильва мысленно обругала себя тряпкой. Ну вот и дошла! Обычный изгиб губ теперь вызывает у нее невыносимое желание припечатать их поцелуем, пробуя улыбку на вкус.

Или это после случившегося между ними ночью?

Щеки опалило жаром, стоило вспомнить, каким