Любовный эксперимент по-американски - Елена Армас

– Эта штука оказалась неисправной, – громко вздохнула Адель. – А ванны, между прочим, полезны для моих косточек.

– Лукас услышал громкий хлопок, – вновь взяла слово Алексия, не обращая внимания на мать. – Когда я пришла с лекарствами для мамы, обнаружила их с твоим соседом в кухне, где они отчищали тушеное мясо со стен.

– Взрыв был совсем небольшой, – наконец сообщил Лукас. – Мы справились запросто.

– Видишь? – засмеялась Алексия. – Делает вид, что он тут почти ни при чем. Уборка потребовалась серьезная. Мясо разбросало по всей кухне. Таких парней… – повторила она.

– Поискать – не найдешь, – закончила я.

Лукас снова застыл у плиты, и я пожалела, что он стоит к нам спиной. Посмотреть бы на его лицо.

И тут меня осенило.

– Вот, значит, почему вы собрались здесь на ужин…

Лукас не только спас Адель и убрался в ее квартире, он еще и пригласил женщин поесть.

– Ну да, – просияла Алексия. – Мы с мамой здорово перепугались. Через часок подъедет моя жена, отвезет нас домой. Мама несколько дней поживет с нами, правда, мам?

– Похоже, выбора у меня нет, – вздохнула Адель.

– Кстати, – заявила Алексия, обернувшись к моему соседу, – должна признаться, что сломала голову, пытаясь догадаться, из какой квартиры каждый вечер доносятся такие шикарные ароматы. В этом доме обычно заказывают готовую еду.

Лукас сделал шаг назад, ухватил большую чугунную сковородку, обернув ручку кухонным полотенцем, и поднял ее над головой.

– Да, это его изыски, – подтвердила я, предупредив вопрос Алексии о моих навыках готовки.

Лукас поставил сковороду между мной и Аделью. Аппетитные стейки, приправленные аргентинским соусом, заставили мой желудок заурчать.

Алексия тоже подошла к столу, однако табуретов было всего два, и я, вскочив, предложила ей свой.

– Садитесь. Вы все-таки гостья.

– О, я не хотела бы…

– Рози сядет со мной, – объявил Лукас.

Я нахмурилась – мой партнер по эксперименту держал складной стул.

– Но где ты…

– Нашел за шкафом. Стул один – поэтому мы займем его вместе.

– Э-э-э… даже не знаю, – забубнила я, а он уже плюхнулся на мягкое сиденье.

Устроиться у него на коленях? А как же травма, серьезность которой я себе не очень представляла?

Лукас словно прочел мои мысли и дважды хлопнул по левому бедру.

– На эту ногу садиться можно. Давай, Ро. Пора ужинать, я умираю от голода.

Его решительный взгляд заставил меня двинуться вперед. Смотрел он так, будто я окажу ему огромную услугу, если соглашусь. Ничего не поделаешь – я осторожно примостилась у него на колене. Лукас тут же обхватил меня рукой за талию и слегка прижал к груди.

– Кронат, соседка, – тихонько шепнул он.

Наш тайный код сработал – меня захлестнула неожиданная могучая волна, заставившая задуматься: ах, если бы «кронат» означал не только «спасибо»…

Я попыталась сосредоточиться на восхитительном блюде, а не на мужчине, в объятиях которого сидела за столом.

– Выглядит невероятно!

Он облегченно вздохнул – я скорее почувствовала струю теплого воздуха у своего уха, чем услышала этот вздох, и все мое существо отозвалось. Наверное, Лукас ощутил эту реакцию, потому что торопливо пробормотал:

– Кушай, Рози.

– Боже, картофель просто сказочный, – простонала Алексия. – Что за соус? Йогурт и…

– Жареный чеснок, лимон и молотый кунжут, – пояснил Лукас, поливая мое блюдо расхваленным дочерью соседки составом.

– То есть ты обжарил головку чеснока с картошкой, а потом использовал его для соуса? – проговорила Алексия с набитым ртом, и, когда наш замечательный повар кивнул, добавила: – Прекрасная работа.

В итоге она завладела разговором: расспрашивала Лукаса о каждом этапе приготовления мяса и соуса, а еще о десерте: чуть позже на столе появились испанские пирожные в изысканном исполнении нашего кулинара – милохас с добавками из ревеня и груши.

– Здорово, – выдохнула Алексия после того, как тарелки были вычищены до блеска. – Я видела, что ты свое дело знаешь, однако подобных талантов не подозревала.

Лукас удовлетворенно проворчал и передвинулся на стульчике так, что я соскользнула по его бедру. Попыталась отодвинуться, однако он прижал меня к себе. Мы словно слились воедино.

– Чем ты занимаешься? – продолжала гнуть свою линию Алексия, пока я восстанавливала дыхание. – Работаешь в испанском ресторане? Или посещаешь курсы в кулинарной школе?

– Ни то ни другое, – недоверчиво усмехнулся Лукас. – Какая кулинарная школа? У меня и времени на это не было.

– Зато теперь ты вполне можешь записаться – было бы желание, – не сдержалась я. – Ты прекрасный повар, Лукас.

Он еще крепче обхватил меня; от его тела исходил ощутимый жар.

– Спасибо, Ро. Не знаю. Староват я для школы.

– Ничего подобного, – сузила глаза Алексия. – Где ты научился так готовить? Слоеное тесто со сливочным маслом, которые ты использовал для милохас, – божественный рецепт. Я ведь вижу – пирожные не из магазина. И вырезку ты точно делал не первый раз. Мне приходилось встречаться с людьми, закончившими курсы, которые вырезку просто убивали на корню.

Ладонь Лукаса опустилась на мое бедро, и я затаила дыхание.

– Учился у мамы, у бабушки, везде, где мог. Можно сказать, что я – самоучка. Люблю экспериментировать, пробовать новые рецепты. В интернете ведь все найдется. Кулинарные азы осваивал на ходу. Не пытался выдумывать модные блюда, подражать тем, кто имеет специальное образование, талантливым поварам. Мой девиз – идти иным путем. Ну, то есть был у меня такой девиз.

Я согласиться с ним не могла – так просто Лукаса не опишешь. И все же смолчала, положив ладонь ему на руку. Наши пальцы сплелись, и мои нервные окончания словно полыхнули разрядом тока.

Потому-то я и прослушала большую часть того, что рассказывала Алексия.

– Я – исполнительный директор «Зарато» и знаю, о чем говорю. У тебя несомненный талант. Курсы школы кулинарного искусства – далеко не легкая прогулка, однако ты вполне способен добиться там успеха.

– Ого, – выдохнула я и, обернувшись к Лукасу, пояснила: – «Зарато» – очень модное место в Вест-вилладж. Люди ждут месяцами, чтобы заказать там столик. По-моему, «Зарато» входит в тройку ведущих ресторанов Нью-Йорка.

– На самом деле – в пятерку, – хмыкнула Алексия, – но конкуренция на Манхэттене жутчайшая. Никогда не знаешь, на какую строчку попадешь в следующем году.

Она явно поскромничала. Уж если даже я – человек, не знающий ровно ничего о высокой кухне и лишь изредка питающийся вне дома – наслышана об этом заведении… Нет, не просто наслышана, а страстно желаю туда попасть. Стало быть, ресторан и вправду пользуется громкой славой.

– Потрясающе! – ахнул Лукас и обернулся к Адели. – Наверняка вы гордитесь дочерью.

– Еще как, – ответила старушка с блеснувшей в глазах слезой. – Впрочем, ты и так это знаешь, правда, Матео?

Весь вечер она больше помалкивала, а теперь после ее слов в комнате повисла гнетущая тишина. Все