Драконы и ведьмы - Мартиша Риш

— Один из единорогов застрял, и мы его долго спасали совместными усилиями.

— А потом вернулись домой, как и подобает приличным женам после прогулки на заре.

— Парни, они не врут.

— Что, и мужчин с вами не было? Вы просто прогулялись и нанесли визит?

Скорее урон, подумалось ведьмам одновременно.

— Именно так. А вы могли подумать про нас что-то другое? Эрлик?

— Пора пить настойку, Макс.

— Но..

— Пора. Ты дал слово. У ребенка должен быть достойный пример перед глазами. Ты сам мне об этом говорил много раз, между прочим.

— Но я…

— Пейте все трое. Тут хватит.

Зелье в пузатой бутылочке само собой подлетело и разлилось поровну по трем бокалам, которые, замахав крошечными хрустальными крылышками и вспорхнув со стола, подлетели к лицам троих мужчин.

— Пей, Ингард. Мое здоровье. Ты же мне не откажешь в столь незначительной просьбе, раз уж заставил властительницу отчитываться публично при кристалле правды.

— И ты, Эрлик, пей. Ты же от меня ничего не скрываешь? И не решил, случаем, утаить, откуда на тебе запах женских духов.

— Но я… Вы пропали, и мы подумали.

— Много думать бывает вредно. Пей!

У Ингарда побелели щеки, взгляд стал как у потерянного щенка, что остро нуждается хотя бы в легком касании нежной руки, ждет мимолетного взгляда безмерно любимой женщины словно чуда. Эрлик опустил взгляд в пол как будто перед расстрелом. Макс мотнул головой и криво улыбнулся супруге.

— Главное, что вы, три курицы, дома и живы.

— И целы!

— И с нами, по крайней мере, пока.

Мужчины выпили зелье.

— Любимый, ну так где ты был?

— Мы пошли в порт и узнали, на какой корабль сели гости, что б им. Я добыл лодку.

— Молодец, то есть ты решил, что я удрала от детей с ними, с гостями?

— Макс?

— На судне мы искали вас в трюме, в бочках. Но не нашли.

— Ты думал, что я сбежала, бросив сына в, прости, я должно быть, ослышалась, в бочке?

— Да.

— Ингард, что было дальше? Где ты искал меня?

— В порту, в таверне. Нам показали место, где были три красавицы брюнетки. И мы пошли туда.

— Но вас там не оказалось. Эрлик дрался как лев с командой матросов.

— Не уловила. С какой командой дрался мой муж и почему?

— На втором этаже таверны оказался бордель. Мы искали вас там случайно. Нас не туда направил трактирщик.

— То есть вы упустили моряков, бросили детей без присмотра и отправились нас искать черт-те где и черт-те с кем? Ингард, скажи, что я ошиблась?!

— Ты не ошиблась.

— Эрлик?

— Все именно так.

— Макс, даже знать ничего не хочу.

Ведьмы как одна, молча встали из-за стола, и подошли к морякам. Те так и стояли на входе в столовую, потупив взор и не зная куда себя девать.

— Я так понимаю, вы окончательно поняли, где очутились? — задала вопрос Марцелла.

— Да. Вполне. Нам можно остаться при замке? Мы согласны выполнять любую работу! И никуда не сбежим.

— Обсудим все после ужина. Мы трое очень устали, вы, я думаю, тоже. Выгнать — не выгоним. Приведите себя в подобающий вид, из комнат вас никто тоже не выселяет.

— Марцелла, я распоряжусь насчет одежды и прочего для наших гостей, — нашелся, до того молчавший Эмиль.

— Буду рада. И передай Коршу, смотрины — завтра после обеда. Пусть зовет своих подруг.

Глава 38

Корш

День удался. Я выспался перед сладостной ночью. Суровые стражи замка были так восхищены золотыми отблесками моей драгоценной шкуры, что отполировали меня до зеркального блеска, пока я дремал. Даже коготочки и те смазаны маслом и начищены. Все же удачное знакомство я завел с этими ведьмами. А все мой врожденный талант дипломата и соблазнителя. Даже малышка Эмиля и та была восхищена ослепительным блеском чешуек. Да и переговоры прошли более чем успешно, завтра драконих ждут к обеду. Берта и Хлоя будут счастливы, надо бы спросить с них какую-нибудь услугу взамен моих договоренностей. Вопрос лишь в том, какую. У меня, кажется, все есть, даже странно. Золота, что ли попросить? Так не отдадут свое. Жадины. Вон, сидят уже на скалах, высматривают что-то в море, и что им в гнездах не спится?

— Корш! Мы тебя ждали!

— Добрый день, дамы.

— Корш, как ты думаешь, наши избранники живы? Мы так скучаем по ним!

— Вы их еще даже не видели!

— Ну и что? Это повод быть равнодушными?

— Живы и даже есть выбор из самых лучших.

— Это пираты тебе так сказали?

— Ваши избранники сидят сейчас у ведьм, я уговорил их вернуть вам мужчин. Это дорогого стоило!

— Что они запросили за моряков?

— Они их кормят? Не обижают? Таз дали? Пираты говорили, что нужен большой таз!

— Завтра вас ждут к обеду на смотрины. Если вы понравитесь избранным, то их вам вернут. Или можете заключить сделку, как я со своей Изольдой.

— А они хорошенькие?

— Сироты?

— Люди как люди. Один вроде умеет готовить. Не знаю. Меня ждут дома, я опаздываю к своей избраннице.

— Она злая! И дерется!

— Она сладкая как пастила и такая же мягкая. Просто охраняет дом и меня заодно. Красивая, правда?

— Симпатичная.

— Я не поняла, меня сразу начали бить полотенцем.

Серджо

Никогда бы не подумал, что так буду радоваться, когда нас поймают. Чисто, никто не хочет убить, стражники, правда, сверкают вовсю глазищами, да и Эмиль чрезвычайно сдержан, будто английский лорд. Но нам принесли обед, выдали чистую одежду, и мы смогли отдыхать до самого ужина.

Сложно сказать, какие условия нам теперь предложат ведьмы, и что за смотрины нас ждут впереди.

Ужин проходил в замке в невообразимом молчании. Тишину нарушал только легкий звон столовой посуды, да еле слышное звяканье столовых приборов. Мужья и дети великих были на редкость предупредительны и скромны. Даже Амелия, запал к пороху неуемных мальчишек, и то сидела тихо как мышка. Первой тишину нарушила Марцелла.

— Эльза, будь так добра, передай мне кувшинчик сливок.

— Пожалуйста. Сегодня очень удачно вышла картошка, ты не находишь

— Просто превосходно.

— Это блюдо вынуждает меня скучать по Земле, по родителям, по милому деревенскому дому, где все меня любят, ценят и ждут.

— Да, мне она тоже навевает подобные мысли. Как думаешь, может быть стоит взять малышей и побыть на Земле подольше? Раз уж нас тут сравнили с… сама знаешь с кем.

— Думаю, стоит. Да и мои бедные папочка и мамочка так ждут помощи с огородом. Им одним очень тяжело.

— Думаю, что за месяц мы