Дочь Сатаны - Зотов

Михаэль был более крепким в телосложении, волосы зачёсаны на правый бок, лицо украшали очки в тонкой оправе. И был он более хладнокровным, хитрым… И даже пугающим.

При виде этого демона моё сердце болезненно и неприятно сжалось, осознавая, что он был также повинен в смерти моих родных и даже больше, чем кто бы то ни было другой.

И, тем не менее, я старалась держаться и не подавать вида, что знаю что-либо.

Сейчас не то время и место.

Себастьян чувствовал мой страх и всегда старался держаться ещё ближе ко мне и оберегать меня, как только возможно.

— «Он смотрит на Вас, как удав на мышь. Так и желает заполучить Вашу душу».

— «Вот только он запоздал с этим на немалый срок», — мысленно отозвалась я, невольно сжав левую руку в кулак. — «И чёрта с два получит её».

— «Не пытайтесь с ним пока говорить. Из-за его желания, разговор будет слишком напряжённым и пугающим».

— «Я постараюсь. Однако вечно избегать его и прятаться среди гостей не выйдет».

— «Быть может, у Вас появились какие-нибудь идеи?».

— «Я пока не…».

Однако мою мысль перебил воодушевлённый голос мистера Картера, который стоял неподалёку от живого оркестра, что должен был играть на этом приёме:

— Дорогие друзья. Дамы и господа, я уверен, что многие из вас уже наверняка успели слегка заскучать за привычными нам светскими разговорами и напитками с закусками. Так давайте же немного разбавим сегодняшний вечер.

Я невольно закатила глаза, уже понимая, к чему клонит мужчина.

— Танцы… Опять… — с моих губ сорвался обречённый вздох, но затем я всё-таки добавила полушёпотом: — Хотя это может сыграть нам на руку.

— Не соблаговолите потанцевать со мной? — с хитрой улыбкой спросил меня Себастьян, поклонившись галантно и тонко.

— С превеликим удовольствием, — ответив столь же вежливым и изящным реверансом, я приятно усмехнулась.

— А перед Генри Вы робели, — мой демон вновь коварно улыбнулся, обвив рукой мою талию и ведя меня в ритм музыке. — А меня сразу награждаете согласием.

— Возможно, я просто понимаю, что сейчас отвечать отказом мне будет крайне невыгодно, — мои губы озарила лёгкая ухмылка. — И потом никто ведь не запрещал совмещать приятное с полезным, не так ли?

— Мне приятно видеть и слышать, как моя госпожа добивается своего столь уверенно, — мой галантный дворецкий нежно поцеловал мою ладонь так, что не будь на ней перчатки, то был бы виден нежный маленький засос.

— И это лишь начало моего пути, — прошептала я с улыбкой, позволяя ему вести наш танец.

— Да будет так, госпожа, и тогда Вы станете настоящей королевой своего идеального мира, — взбудоражено и при этом спокойно отвечал Себастьян, улыбаясь мне столь же нежно и аристократично, как не улыбался бы ни один мужчина в мире.

И одна лишь его улыбка, подобная этой, один лишь взгляд его прекрасных заставляли моё сердце трепетать в необыкновенном вихре чувств, о которых было ведомо лишь нам двоим и никому более.

Сейчас я могла наслаждаться нашим танцем, могла наслаждаться прикосновениями рук моего демона и его объятьями.

Да, за нами наблюдали десятки глаз присутствующих, но почему-то в какой-то момент лишь на несколько секунд мне даже было в некотором смысле всё равно, что о нас могли подумать.

— «Ах, Себастьян, ты ведёшь меня в танце, будто супруг или очень осторожный любовник», — прошептала я в мыслях, позволив себе в лёгком прыжке поцеловать кончик носа дворецкого.

— «Какие, однако, смелые мысли и сравнения, моя госпожа», — его улыбка стала чуть хитрее, а пальцы едва ли заметно и нежно прошлись вдоль моего позвоночника.

— «Смелые и весьма взрослые, ты наверняка хотел сказать», — мысленно усмехнулась я в ответ, чуть приятно вздрогнув от этого прикосновения.

— «Вы взрослеете не по дням, а по часам. И это так приятно видеть мне самому», — Себастьян не сводил с меня взгляд и будто переносил мой разум в другое измерение, где я видела, как мы оба лежали в одной постели и со страстью предавались похоти. Я слышала собственные стоны, вздохи демона, шорох постельного белья и скрип самой кровати.

Это зрелище не могло не завораживать и не пробуждать в глубинах моей души и сердца самые потаённые и смелые желания. И всё это было похоже на сладостную пытку и игру, в которую мой хитрый демон, словно желал завлечь меня.

Однако мы по-прежнему были на балу, и об этом мне точно не следовало забывать.

— «Завораживающее зрелище», — мысленно произнесла я, постепенно возвращаясь в реальность и устремляя свой взор на дворецкого.

— «Когда станете старше, я буду рад дразнить Вас этими мыслями ежечасно», — он тут же хитро и широко улыбнулся. — «Разумеется, не во время деловых встреч и бесед с работниками и союзниками».

— «Одними только мыслями ли?» — не смотря на лёгкую ухмылку, я всё же почувствовала румянец на своих щеках.

— «Если хотите, при гостях я буду ублажать Вас и оставаться невидимым. М-м-м-м-м», — Себастьян хитро и демонически облизнулся в мыслях. — «Представляю сладостную дрожь Вашего тела, когда под одеждами Вы будете трепетать и сгорать от страсти».

— «Однако не я одна способна на подобный трепет и дрожь, Себастьян», — я улыбнулась в ответ, когда демон всего на несколько мгновений в танце наклонил меня назад, и нежно провела ладонью по его щеке. — «Будет весьма любопытно и приятно созерцать твою реакцию, когда мы оба получим желаемое».

— «М-м-м, вот как…» — мужчина понежился о мою ладонь и на миг прижался пахом к моему животу. Его шёпот нежно обжигал мой ум: — «Моя сладострастная Андрэа».

В ответ на это я вновь улыбнулась более ласково, но в то же время столь же хитро и даже смело, пусть при этом и чувствовала, как мои щёки краснеют ещё больше.

Мне приходилась по вкусу наша опасная соблазнительная игра. И я бы соврала, если бы стала это отрицать.

Но музыка стала замолкать, и мы были вынуждены выпрямиться и в благодарность за танец поклониться друг другу с широкими улыбками и раздразнённым блеском в глазах.

После танца ко мне подошла несколько гостей и знакомых мистера Картера, что желали также побеседовать со мной.

Михаэль же пропал из вида, однако его господин Алоис Транси также разговаривал с гостями и лишь время от времени прожигал меня наглым и даже нахальным взглядом, который начинал постепенно раздражать.

И, тем не менее, я изо всех сил достойно держалась и игнорировала этого противного мальчишку.

— «Треклятый избалованный похотливый кобель. Как бы я