Истинное наказание - Ольга Вадимовна Гусейнова

– Шутишь? Да я мечтаю вырваться отсюда. Посмотреть мир, побывать в других землях, совершить… – тут он резко замолчал, видимо речь шла о подвигах. И Меллик быстро закруглился: – Хочешь, я скажу отцу, что мы решили посмотреть мир… пока свободны и можем. Хотя бы соседний Кайкасор. Дадим там несколько концертов, покажем людишкам, что оборотни круче всех!

– Он не отпустит, – уныло вздохнула я.

– Отпустит! Главное правильно к уговорам подойти, – хитро усмехнулся Меллик. – Я аккуратненько поспрашиваю наших, вдруг еще желающие посмотреть мир найдутся. Обсужу с Грашем подробности путешествия, потребности, ведь нам телеги нужны будут хотя бы для инструментов и необходимого багажа. И уже с готовым планом, марщрутом и списком путешественников пойду к отцу отпрашиваться!

Я отложила рубашку, которую хотела засунуть в свой старый баул и подошла к Меллику. Крепко его обняла и хрипло призналась:

– Вы с Рейтишем – мои спасители, братишка! Только он защищал мою жизнь, а ты – мою непутевую голову!

– Ну-ну, сестрица, хватить слезы лить, у нас все будет отлично. Зажжем там, в Кайкасоре. Прославим Скалистых на весь мир!

– Вот Арташ-то будет счастлив, – хихикнула я сквозь слезы.

– О, поверь, счастливых будет много, парни вперед тебя рванут в дорогу, – хохотнул Меллик.

Вместе со мной познавать мир отправились еще четырнадцать «бездельников». Как в сердцах обозвал нас Филан. И все же скрепя сердце он отпустил своего единственного сына, непутевую племянницу, надежного Граша и еще двенадцать парней и девушек искать приключения на свой пернатый зад и глупые юные головы. Самым младшим в нашей компании был Меллик, остальным тоже не много – восемнадцать-двадцать лет. Главой музыкального обоза из четырех крытых повозок, утепленных фургонов, назначили Граша. Сурово заглянув каждому путешественнику в лицо, Филан приказал беспрекословно его слушаться. А иначе… Тут уже Алира злобно потрясла перед нами ощипанной куриной тушкой, наглядно показав, что будет за непослушание.

Прониклись, и вот уже третью неделю колесили по дорогам, заезжая в большие и маленькие города. Устраивали концерты и зарабатывали этим весьма неплохие деньги. Хотя Филан лично сунул в руки Грашу увесистый кошель, чтобы мы не нуждались.

Три дня назад мы пересекли границу Дарглана и въехали в Кайкасор. Небольшое королевство людей, занимающихся в основном добычей полезных ископаемых. Горный край. Города расположены в долинах, а столица – на одном из многочисленных холмов. Когда-то на землях Кайкасора был темный источник магии, но он давно иссяк, и теперь эту территорию отнесли к серым, где большей частью рождаются темные маги, но случается, что и светлые. Из-за отсутствия источника энергии, в Кайкасоре ценились маги любой специализации, ведь их немного рождалось. Короче, мы прибыли в страну, где живут обычные люди, лишенные магии, живут, конечно, меньше одаренных, что не мешает им радоваться жизни.

По моему мнению, поддержанному спутниками, путешествие оказалось очень познавательным, полезным и выгодным занятием. Теперь это признал даже по началу крайне недовольный Граш. Честно говоря, поездка, зимняя, между прочим, была не только насыщенной впечатлениями, но еще и напряженной, вряд ли рассчитанной на обычного человека. Но мы же молодые, сильные, магически одаренные оборотни и потому в дороге мы чем только не занимались.

Разучивали новые песни и мелодии. На остановках в лесах или прямо у обочин репетировали, пока готовилась еда, затем продолжали путь. А вечерами вся молодежь усердно училась под руководством самого Граша и моем непосредственном участии. На рассвете все еще и «грели кости», занимаясь самообороной. В общем, до «бездельников» быстро дошло, под каким предлогом ушлому Меллику удалось уговорить отца отпустить нас прославлять клан Скалистых.

Плюшкой в этом весьма трудном путешествии, порой напоминавшем мне военный поход, стали именно концерты, ведь нас принимали с таким воодушевлением и радостью, что поднимали дух до небес. Помимо духовного удовлетворения, выступления приносили существенный доход, который Граш честно делил между всеми участниками группы, после вычета сопутствующих расходов. И молодняк, поглаживая личный кошелек, заслуженно гордился и прикидывал, куда потратит деньги, не шальные, а заработанные ежедневным трудом и потом.

За прошедшие три недели, ведь рефлексировать и предаваться унынию было некогда, я почти восстановила душевное спокойствие. Веселая компания, свежий воздух и мороз, песни и музыка, свежедобытое мясо и горячая похлебка у костров, шумные выступления и незнакомые места, теплые таверны с банями – все это наполняло меня азартом, легкостью и радостью. Лишь по ночам мне снился Лаури… То его огромный волк, стоявший у дерева, задрав голову и насмешливо скалясь, то мужчина, холодный и бездушный, как когда делал мне первое предложение, то зачарованный и нежный, каким был во вторую встречу, вырвав меня из лап смерти, то откровенно хохотавший над проделками Меллика. Такой разный, не отпускающий мою душу.

– Сегодня переночуем в деревенской таверне, до города не успеем добраться, – оповестил нас Граш, облетев все четыре фургона.

– Красота! Хоть помыться сможем и в тепле выспаться! – восторженно запищали Таури и Рами.

Я тоже радостно похлопала в ладоши. Все же в теплой постели ночевать приятнее, чем в образе совы кутаться в меховую шкуру возле костра, не искать же себе подходящее дупло, в конце концов.

– Там найдется место для всех? – обеспокоился Арташ.

Ну да, парням порой приходилось спать на полу, на соломенных тюфяках, а не пуховых перинах, так как комнат и соответственно кроватей было мало. Вот ребятам и приходилось довольствоваться удобствами в урезанном виде. Но, по-моему, им, охотникам и воинам, не привыкать.

– Сегодня повезло, целый постоялый двор к нашим услугам, сразу пять комнат свободных нашлось. Сразу предупреждаю: хозяин быстро смекнул кто к нему прибудет, просил хоть пару песен исполнить для постояльцев, – размахивая огромными крыльями, громко вещал орлан Граша, чтобы всем было слышно.

По прибытии нашего музыкального обоза в таверну, помимо подобных нам путешественников, набился народ со всей близлежащей округи. Хозяин подсуетился: позвал гостей, посулив невиданное зрелище, чтобы срубить денег с выпивки и похлебки пока заезжие оборотни развлекать всех будут.

Для нас предусмотрительно оставили два длинных стола, которые уже накрыли. Мои ребята, уже поднаторевшие, сноровисто относили багаж в комнаты и инструменты в выделенный для музыкантов угол. В таверне яблоку было негде упасть, столько народу набилось. Остро пахло людьми, как бы это странно ни звучало сейчас для меня, бывшей землянки-человека. Не менее остро пахло дымом очага, едой, простоквашей и капустой, а еще – мылом, видимо, где-то поблизости от этого двухярусного просторного здания белье стирали или с местной мыловарни запах ветром принесло. Все эти запахи за полгода моей жизни на Хартане стали привычными, на которые теперь невольно ориентировалась в новых местах, решая: безопасно здесь или нет.

Переодевшись и умывшись, мы спустились вниз и жадно накинулись на горячую вкусную пищу, не обращая