Цирковые твари - Эйден Пирс

Золотистые глаза Демона сверкнули огнем, когда он увидел меня на алтаре: монашеская ряса была сдвинута на бедра, а блестящая новая железка плотно облегала таз.

— Что ты, мать твою, сделал с ней, Алистер?

— Я сделал ее своей так, что ты не сможешь сделать ее своей.

28

Остерегайся собаки

Демон

Рычание вырвалось из моего горла, когда я ворвался в палатку. Любое другое чудовище отступило бы, но Алистер даже не дернулся. Стоял, нахмурившись так, словно он грустил о погоде, а не о том, что вырвал мое чертово сердце.

— Ты предал меня.

Неприязнь исказила черты лица тени.

— Не устраивай сцен, Демон. Не перед последним пополнением нашей труппы.

Мое внимание переключилось на Мэг, которая сидела с раздвинутыми ногами на алтаре, и пирсинг в ее сосках отсвечивал в фиолетовом свете шатра.

Алистер надел на ее нижнюю часть тела какое-то приспособление, снабженное магическим замком. Что-то вроде… Моя кровь похолодела, а затем снова стала горячей, когда осознание этого факта запульсировало в моих жилах.

Это пояс целомудрия.

Я умолял ублюдка избавить эту женщину от моей извращенной натуры. И что же он сделал? Он надел на нее гребаный пояс целомудрия.

Я медленно перевел взгляд на него. Огонь в моих глазах настолько вышел из-под контроля, что я увидел отражение в изумрудных глазах Алистера.

— Если ты не хотел, чтобы я устраивал сцену, не надо было бить меня ножом в спину.

— Ты слишком драматизируешь, Питомец. Успокойся, пока не потерял контроль над своей сущностью. Мы бы не хотели накалять ситуацию.

— Да пошел ты, — прошипел я, и слюна полетела прямо в него. Он дематериализовался и сформировался через мгновение, выглядя спокойным и собранным, но я знал его достаточно хорошо, чтобы понять — я проникаю под его холодную кожу.

Хорошо. Ему это не сойдет с рук. Он не собирался нагнуть меня на бочок и трахать меня вот так, без того, чтобы я не запихнул ему в глотку дозу его собственного лекарства.

— То, что я обещал, это попытаться отпугнуть ее. Я не нарушаю своего слова, а если бы и нарушил, то никакого контракта не было.

Я в недоумении уставился на тень.

— Я и не думал, что он мне нужен. За все годы, что я тебя знаю, ты никогда так со мной не поступал. Ты используешь этот серебряный язык для других монстров. Но не со мной.

— Я делаю это для тебя, питомец. Ты сильно хочешь ее. Ты хочешь овладеть ею и взять ее в пару, и хотя я не могу потворствовать этому, поскольку ты наверняка убьешь ее, я могу держать ее рядом с тобой. Она может согреть нашу постель. Если ты будешь хорошо себя вести, я даже позволю тебе войти в ее девственную киску. Разумеется, под моим присмотром, чтобы ты не перевоплатился.

Алистер улыбнулся Мэг, которая, казалось, была парализована нашим обменом мнениями. Вероятно, она в шоке, до нее наконец-то дошло, что она только что стала личной собственностью тени.

Но Алистер смотрел на нее не так, как когда-либо смотрел на женщин… Нет, это было невозможно. Он никогда раньше не проявлял интереса к женщинам.

— Ты закрыл ее под замок для меня, Алистер? — Я сделал шаг ближе к нему, съедая то небольшое пространство, которое оставалось между нами. — Или для себя?

Я никогда не боялся дьявола. Никогда. Но сейчас, видя, как зловещая улыбка застывает на его вороватом лице, я почувствовал это. Впервые в жизни я боялся Раздора и того, что он может сделать с моей парой.

— Разве она не может быть лакомством для нас обоих? Чем-то, что можно разделить? Представь, как мы можем повеселиться.

— Ты делаешь это только для того, чтобы помучить меня.

В глазах теневого демона мелькнула обида.

— Я не хотел причинять тебе боль.

Я подошел ближе, оскалив зубы.

— Тогда скажи мне, почему ты так поступаешь со мной.

Он ничего не ответил, оставаясь неподвижным, как статуя. Я подождал еще несколько секунд, прежде чем мое терпение лопнуло, как хрупкая резинка. Я схватил его за горло и толкнул на алтарь.

Он не сопротивлялся. Он мог бы уничтожить меня одним щелчком пальцев, если бы захотел. Вместо этого он позволил мне толкнуть его на алтарь. Мэг отползла назад, и Алистер упал в колыбель ее ног.

Мне было неприятно это признавать, но он хорошо там смотрелся. Мой член уплотнился в штанах при виде его между ее бедер. Это только подогрело мой гнев. Я не хотел наслаждаться тем, что он лежит рядом с ней.

Но мне понравилось. Настолько понравилось, что внутри меня зашевелился адский зверь.

Моя рука сжалась на его горле.

— Скажи мне, блядь, почему ты так поступаешь со мной?

— Потому что я тоже хочу ее.

Мои мышцы напряглись, и я сдерживал свою ярость, пока она когтями вырывалась на свободу.

— Для чего? Для твоего шоу?

— Для моего шоу. Для моей постели. — Алистер нахмурился, превратившись в маниакальную улыбку. — Для всего, что захочу, гончая.

Я скрежетнул зубами, и моя рука придушила его еще сильнее. Поскольку кожа была не его собственная и не могла зажить должным образом, это оставит на шее постоянное ожерелье синяков.

— Ты не хотел прикасаться к женщине за те тысячи лет, что я тебя знаю. Почему сейчас? Почему именно она? Твой вид даже не жаждет найти пару. Твои чудовищные порывы не требуют, чтобы ты связал себя с ней.

— Может быть, и нет, — сказал он, его голос был настолько ровным, что это только еще больше разозлило меня. — Но я что-то чувствую к ней. И этого достаточно, чтобы не отпускать ее.

Внутри меня все оборвалось. Я смотрел на него с такой яростью, какой еще никогда не испытывал.

— Если я тебе небезразличен, ты отпустишь ее.

— Дорогой, ты мне более чем небезразличен. Ты был единственным пламенем в самых темных глубинах Ада. Моим светом во тьме. Но я не могу отпустить ее. Теперь она моя. Она наша.

— Наша, — выплюнул я со смехом, от которого дьявол вздрогнул. — Она никогда не будет по-настоящему нашей, Хозяин. Если мы попытаемся присвоить Мэг, мы убьем ее. А я не из тех, кто мучает себя, имея любовницу, с которой не могу создать настоящую парную связь.

Я понял свою ошибку сразу же, как только слова покинули мой рот.

Но возвращать их назад было уже поздно.

За