Играй грязно - Мишель Геркулес

— Я сожалею о том, что сказала Харпер, — пролепетала я.

Он нахмуривает брови:

— Не понимаю.

— О том, что наше совместное воспитание Маршалла это не важно. Я не хотела, чтобы у нее появились лишние мысли о нас.

Ноа улыбается:

— Все в порядке, Джиа. Меня это не беспокоит.

— Ты уверен? Ты не пришел в постель.

Он качает головой, наблюдая за мной с весельем:

— Ты скучала по мне, солнышко?

— На самом деле — скучала. Я люблю обниматься.

Его улыбка расширяется:

— Ты не останешься без объятий, пока будешь со мной.

Меня это задевает. Это я сказала ему, что это временно, но мне больно, когда он это говорит. Уф. Почему у меня в голове такой бардак?

— Что не так? — спрашивает он. Должно быть, на моем лице отразилось смятение.

Я качаю головой:

— Ничего.

— Поговори со мной, детка.

Мое сердце скручивается, и оно болит так сильно, что я не могу нормально дышать. Я не хочу обременять его своими проблемами. Если он узнает, что я не такая уж уверенная в себе, какой себя изображаю, неужели я стану ему безразлична? И тут возникает следующий вопрос: а почему это должно меня волновать?

— Я просто устала… и мне не хватает объятий, — я улыбаюсь, надеясь, что он мне верит.

Он смотрит на меня пару секунд, и я почти вижу, как в его голове бешено вращаются шестеренки, пытаясь меня разгадать:

— Хорошо.

Мы снова замолчали и сосредоточились на том, чтобы накормить щенков и вернуть их в коробку.

Когда мы, наконец, вернулись в постель, было уже три часа ночи. Я не переодеваю свою толстовку, а Ноа раздевается до трусов и ложится рядом со мной, тут же притягивая меня к себе для обещанных объятий. От его близости мне снова становится жарко и тревожно, но усталость побеждает. Я почти мгновенно засыпаю.

* * *

Будильник выводит меня из приятного сна. С закрытыми глазами я достаю телефон, лежащий на тумбочке, чтобы выключить звук. Я с радостью возвращаюсь в сон, но рука Ноа, лежащая на моем животе, сжимается, а затем он целует мое плечо.

Мой мозг еще не полностью проснулся, но тело — точно. Я мурлычу, как котенок, и растворяюсь в его объятиях. Его рука скользит вниз по моему животу, а затем она оказывается под моей толстовкой и между моих ног.

С моих губ срывается тихий стон, когда он находит мой клитор и начинает играть с ним. Теперь я полностью проснулась. Мои складочки мокрые, и Ноа использует это в своих интересах, попеременно дразня мой клитор и трахая меня пальцами.

Его эрекция упирается в мою попку. Я тянусь назад и направляю его к своему входу. На нем нет защиты, поэтому он просто трется членом о мою киску, продолжая играть с моим клитором.

— Хм, это приятно, — пробормотала я.

— Мне нужно быть внутри тебя, солнышко.

— Подожди.

Я протягиваю руку и открываю ящик тумбочки. Мне требуется мгновение, чтобы найти коробку с презервативами, которая лежит там. Наконец я достаю из коробки одну упаковку и разрываю ее.

— Вот.

— Спасибо, детка.

Ему нужны руки, чтобы надеть презерватив, поэтому он на несколько секунд лишает меня своих умелых пальцев. Но когда он возвращается, он мстит. Он входит в меня точным толчком, в то время как его пальцы продолжают творить волшебство с моей сердцевиной. Его движения быстрые и жесткие, что меня вполне устраивает. У нас есть время только на быстрый секс, а я так возбуждена, что напряжение уже достигло критической точки. Первые нити оргазма настигают меня, и все, что я могу сделать, — это оседлать волну и постараться не закричать слишком громко.

Темп Ноа увеличивается, и тогда он произносит:

— Джиа… детка, блядь.

Он продолжает двигаться с той же скоростью, пока дрожь в его теле не стихает. Я накрываю его руку своей, заставляя его тоже не шевелить пальцами. Есть такая вещь, как слишком сильное возбуждение.

Ноа целует мое плечо, обхватывая руками мою талию. Но он по-прежнему остается во мне.

— Доброе утро, — шепчет он.

— Да, действительно, очень доброе утро, — отвечаю я с улыбкой.

— Я мог бы остаться тут навсегда.

— Хотелось бы.

Раздается стук в дверь:

— Джиа, ты не спишь?

— Нет.

— Ну, твои щенки тоже. Я ухожу.

— Хорошо.

Ноа отпускает меня, выходя из меня:

— Нам пора идти. Почему бы тебе не принять душ, пока я убираю беспорядок в их коробке?

— Ты уверен?

Он целует меня в щеку:

— Да, детка. Уверен. Мне просто нужно избавиться от презерватива.

Он вскакивает с кровати и исчезает в ванной. Я тоже встаю и собираю разбросанную на полу одежду. Брюки, рубашка и пиджак Ноа немного помяты. Если он собирается оставаться на ночь, то должен оставить здесь какую-то одежду.

Фальшивый парень или нет, но у нас все серьезно, несмотря на мое нежелание признавать это. Я беру еще одну пару треников и футболку из кучи вещей, которые лежат в углу моей комнаты с тех пор, как я отдала коробку щенкам, и кладу их на кровать.

Ноа выходит из ванной, пахнущей зубной пастой:

— О, у меня будет новая одежда? Мило.

— Да, но это последняя пара твоего размера. Тебе нужно оставить здесь какую-нибудь одежду, — отвечаю я, не глядя ему в глаза.

Я ожидаю, что он сделает из моего заявления что-то серьезное, но он говорит только:

— Хорошо.

— Я пошла в душ.

Он ухмыляется:

— Хорошо.

Его что-то забавляет, но я не собираюсь спрашивать, что именно. Я пахну как секс-подвал, и у меня утреннее дыхание. Я скрываюсь в ванной, пока он не решил меня поцеловать.

Я закрываю дверь и немного прижимаюсь к твердой поверхности, пытаясь взять свои эмоции под контроль. Затем я с ужасом смотрю на свое отражение в зеркале. Я похожа на тасманского дьявола. Мои кудрявые волосы спутаны и напоминают птичье гнездо. Может быть, именно это и позабавило Ноа.

Убейте меня сейчас же.

Предполагалось, что это будет быстрый душ, но на то, чтобы справиться с колтунами, уйдет целая вечность. Возможно, я не смогу помочь Ноа с кормлением, но я уверена, что он не будет возражать и сделает все с удовольствием.

ГЛАВА 35

ДЖИА

Пока я принимала душ, Ноа позаботился обо всем — почистил коробку щенков и накормил их всех. Теперь его очередь идти в душ, и у нас есть немного времени до выхода, поэтому я готовлю нам завтрак. Кофе только что сварился, и я уже