Ты меня забудешь...Книга 1 - Элизабет Гафри

Грязный, с подранной одеждой, я производил впечатление ободранца и беспризорника. Сторож напоил меня чаем с бутербродами и конфетами, а потом спать уложил и пошел искать мать. Так я подумал.

Я ж ему рассказал, что мать напилась и уснула где-то среди могил, а я почти всю ночь выбирался. Но проснувшись увидел органы опеки. Так меня первый раз забрали в детдом. Мне было 5. Когда исполнилось 6, она попыталась бросить пить и вернуть меня, даже заходила пару раз ко мне, но потом синька пересилила и с 7 я ее больше не видел.

— Рат, — коснулась его руки, — я даже не знаю, что сказать. Я никогда в жизни не могла бы представить, что ты пережил такой ужас.

Рат положил сверху моей руки свою.

— Удивил?

— Не то слово, — я никак не могла собрать все мысли в кучу. Хотелось как-то утешить, но я понимала, что это было давно и он наверняка уже пережил это. Но ведь детские травмы остаются на всю жизнь.

— Почему именно это решил мне рассказать?

— Знаю, что дальше не пойдет. Верю тебе, — как само разумеешься произнес мужчина.

Я по-новому взглянула на тренера. Только сейчас мне открылись его мужество и отвага, борьба за существование. Совсем маленьким он повзрослел. Детства у него не было.

— А как так получилось, что ты вырос в такого крутого спортсмена? — решила немного увести тему от неприятных воспоминаний. Рат сделал глоток и подлил еще виски в стакан.

— А это уже другая история. К нам в детдом как-то пришел очень известный боксер. Вот оттуда и пошло мое увлечение. Но об этом я сейчас не хочу.

— Я закурю, ладно? — не знала, как это все переварить.

Какое-то время молчим. Я курю, Рат посматривает с интересом.

— Давно покуриваешь?

— Около 3-х лет.

— И бросать не собираешься?

— Пока нет.

— А что сподвигло?

Не отвечаю. Даже придумать нормально причину не могу, потому что в голове всплывает изнасилование. Это и стало триггером.

— Снова не хочешь говорить?

— Рат, скажи, я открытая книга? — не отвечаю на вопрос, это и так понятно, что не хочу.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ну, вот ты старше, но общаешься со мной на равных. Мне так кажется, а есть ли у тебя ощущение, что ты уже знаешь меня и понимаешь, что я хочу или не хочу говорить?

— Ну нет, Кир, — ведет головой и пожимает плечами, — ты, когда не отвечаешь на вопрос, я понимаю, что затрагиваю личное и ты не хочешь говорить. Но предугадать твои действия вообще не могу.

— Я веду себя на свой возраст?

— Иногда. Но чаще всего нет, кажешься старше. В глазах у тебя есть что-то такое, что в определенные моменты заставляет отшатываться.

Задумываюсь. Надо же, Леся твердит, что я наивная, Влад говорит, что я, как на ладони, Хавьер вообще думает, что я малявка и жизни не видела, а вот Ратмир, как будто капнул глубже.

— Ты, когда улыбаешься и смеёшься, то сразу понимаешь — маленькая еще, а вот на ринге, когда становишься в пару — в тебя, как будто, что-то вселяется. Особенно это вылезало по первой. Сейчас уже меньше.

— А мои друзья считают, что я наивная.

Рат вздёргивает бровями от удивления.

— Серьезно? Они тебя вообще знают?

Пожимаю плечами.

— Что-что, а наивной тебя назвать точно нельзя. Насколько я понимаю три года назад случилось, что-то очень страшное, раз ты в 20 лет решила прийти на рукопашку. Да так остервенело занималась, что перелупила в песок не одну грушу. Такое не вытворяют только «для себя и развлечения».

Мужчина ходил по острию и был настолько близок, что я даже испугалась. Но лицо старалась держать и выдавать тайну не собиралась. Ее и так уже знает на одного человека больше, чем я бы хотела.

— Умер отец, — выдаю половину от правды.

— Да, это ты мне говорила. Но так не дерутся из-за того, что не стало отца.

— Его предал лучший друг семьи. Сердце отца не выдержало. Они с юности дружили. Когда-то отец увел у него мою маму, но они не поссорились. Даже шутили по этому поводу. Но как показало время, друг оказался очень мстительным.

— Кира, он после смерти снова стал докучать твоей маме?

— Нет, я уговорила ее переехать к бабушке с дедушкой. Сейчас она в безопасности.

— Значит, опасность все-таки была?

Не отвечаю. Не хочу, чтобы он знал.

— Такой тайны достаточно?

Машет головой.

— Равны. А поговорить ты, о чем хотела?

— Я…, - не успеваю ответить, как на телефон падает смс от Олеси, а за ней следом от Влада.

Лесину пропускаю, знаю, что с ней все хорошо, а вот от Влада открываю.

«Подумай прежде, чем говорить ему о том, что ты знаешь, если не хочешь отвечать на вопрос — откуда…».

Он что, сидит где-то в кустах и следит за мной? Начинаю вертеть головой.

— Что такое? — встревожился Рат.

— А пойдем потанцуем? — предлагаю я и первая хватаю Ратмира за руку.

Холодная, немного шершавая, но приятная на ощупь — отмечаю автоматически и продолжаю двигаться к двери.

— Погоди, я бокалы возьму.

Рат возвращается, берет бокалы, и мы растворяемся в толпе разгоряченных танцующих тел.

23 глава

Влад

Я лежал на кровати и никак не мог успокоиться. Ведь не собирался ей ничего говорить, не собирался вообще одолжение делать, но в какой-то момент поверил, что она поймет. И чего я ждал? Что реально уйдет от тренера? Упрямая же, не уйдет пока не докопается до истины. Надеюсь только не за мой счет.

Удивила меня сегодня на переговорах, когда вцепилась в меня, как в спасательный круг. Понять бы еще почему? На что это была реакция.

Черт, в бизнесе, я как акула в воде. Любые вопросы, юридические, технические, инженерные — пожалуйста, даже судебные дела могу разобрать, но Кира, это как 300 головоломок сразу. Вижу отчетливо, что влюблена. Причем не просто симпатия, ее выдает тело. Дрожь и сбивчивое дыхание, и этого так легко добиться, обожаю доводить ее до потери пульса. А вот с реакцией на мои слова не могу предугадать. Любая другая уже бы села на место и больше не дёргалась, рявкни я, как Кире в ресторане, а эта подскочила, голову задрала и гордо вышла.

Никогда за бабами не бегал и бегать не собирался, но Кира рушит все мои стереотипы о женщинах и разбивает в прах ожидания.

Пытался даже поработать вечером над бумагами, что прислал Алекс, но прочитав в сотый