Тайна большой воды - Карина Вальц

– Ага. Экзотика: монстры, чудики, маньяки и воющий лес за окном.

Советник не ответил, и правильно: вступать с Воином в словесную перепалку – себе дороже. Уши завянут, голова заболит, а от дурацких шуточек и сам вскоре завоешь. Молча мы добралась до развилки, где мы со Стрейтом свернули в сторону «Багровой Скалы». Воин пробормотал вслед что-то вроде «я буду помнить тебя кудрявой» и парни скрылись из виду окончательно.

ГЛАВА 22. Сообщение для Танаты

Идти молча рука об руку с советником казалось неловко.

– Думаете осмотреть тело девушки? – предприняла я попытку завести разговор. – Ну той, которую мы нашли на берегу.

– Вы не нашли, – бросил в ответ Стрейт. – Вам на нее указали.

Голос советника не выдавал ни укора, ни язвительности, внутри он так же чувствовался спокойным. Но я все равно понимала, что Стрейт нами недоволен. Мол, даже труп, и тот сами отыскать без чужой помощи не сумели, ладно хоть какой-то маньяк со шрамами прибился, указал путь бестолковым детям.

– Значит, Алекс успел рассказать… а про артефакт?

– На него я и хочу взглянуть. Он, как и его отправитель, выбивается из общей картины. Это меня беспокоит.

Если это беспокоит советника, то я вообще должна умереть от паники. Все же Адам заговорил со мной, и артефакт тоже мне отправил. А уж если вспомнить, что он говорил… интересно, Стрейт и об этом знает? Хотя… я даже Алексу всего не рассказала, обошлась коротким пересказом. И правильно сделала, как выяснилось.

– У вас есть догадки на его счет? – спросила я, наблюдая за реакцией советника.

– Он в курсе происходящего.

Советник Очевидность, да и только.

В «Багровой Скалы» нас ожидаемо встречала Лидия. Она сообщила, что Рас все еще отдыхает, попыталась сунуть в руки Стрейту дымящуюся чашу, но безуспешно. Советник это никак не прокомментировал, а отмахнулся и спросил:

– А где остальные?

Мы с Лидией переглянулись, обе не поняли вопроса.

– Остальные? – спросила Лидия за обеих.

– Айдрис говорил, здесь живет трое слуг.

– Хозяин?

– Я так и сказал.

Значит, «Багровая Скала» и впрямь принадлежит другу Стрейта. Айдрис, точнее, Айдрис Бенко – вороватый жулик с хорошей родословной, тот еще тип. Уж не знаю, как они с советником сошлись. Бескомпромиссный и замкнутый Стрейт, на мой взгляд, просто не мог дружить с кем-то вроде Айдриса Бенко. Но я видела это собственными глазами, и даже без дара эмпатии между мужчинами читалась долгая история, их многое связывало. Наш советник полон сюрпризов.

А вот зачем понадобилось поместье в Гезелькроосе господину Бенко я понимала: отличное место, чтобы скрыться при желании. Никто и никогда не захочет искать его в Гезелькроосе.

– Ох, что же вы стоите, хозяин? Проходите скорее, я должна показать комнату и дом. Такую неожиданность вы преподнесли мне с утра, так нехорошо… а я ведь ничего не успела! Сам советник, сам советник! Столько суеты, столько всего нужно подготовить к вашему отдыху, чтобы все наилучшим образом и только так… да, да, да!

– Она здесь одна? – на сей раз Стрейт обращался ко мне, Лидию он раскусил в два счета и ее лепетание его не впечатлило и даже не разозлило.

– Да.

– Вы наверняка озябли, на улице сыро, хозяева. Выпейте скорее, этой мой рецепт, уникальный согревающий напиток! А то нехорошо… вот увидите, советник, вы сразу огурчиком станете, таким молодым и крепким! И возрастом сравняетесь с молодыми хозяевами, как пить дать, сравняетесь.

Колко глядя на Лидию, Стрейт принял из ее рук чашу.

Принюхался и скривился.

– Вы считаете, я одержим?

– Вы гость! Бесценный высокий гость, и мое дело – о вас позаботиться! Принять вас на надлежащем уровне, как должно. Чтобы никаких нехорошестей не вышло. Вы наверняка устали с дороги, отдых вам необходим, прямо как черненькому мальчишке, он сегодня всю ночь так кричал, так переживал, так плакал…

Ладно, может, Рас и расклеился, но я все равно с неодобрением уставилась на Лидию: незачем докладывать об этом советнику Стрейту.

– А вы пейте, пейте все! – продолжала бубнить Лидия.

Но советника заговорить не смогла.

– Вы в курсе, что отвар из иссопа убивает одержимого?

– Ох, неужели? Хозяин! Нехорошо может выйти… или хорошо? Когда вокруг такое творится, нужно быть настороже, вокруг все водит, море глубоко и опасно, люди – звери, а звери – люди. Мир таит угрозу, а я…

Стрейт вернул ей чашу, пить из которой даже не думал.

– Значит, вы в курсе, кого и как ваше варево может убить. Но есть проблема: я умирать не планирую.

От такого заявления Лидия едва не рухнула в обморок: побелев, женщина наконец перестала нести всякую чушь и начала пятиться к стене, возле которой и осела, прикрыв глаза для надежности. Но Стрейт не из впечатлительных: подойдя к Лидии, он бесцеремонно дернул ее за руку и заставил подняться.

– Спрошу еще раз: где остальные слуги? Если не ответите – сброшу со скалы, глазом не моргнув. В столице есть привычка – людей не считать.

Испуганно ахнув, Лидия пролепетала:

– Старина Влад скончался еще весной, стар был уже, все равно толку от него не выходило, болел много и долго, здесь воздух травит светлую душу. А Дина сгинула в море, сразу после кончины Влада. Переживала девочка, старика она любила, как отца родного, да и он приглядывал за ней в меру сил. Светлая душа к светлой душе, но что толку, когда вокруг один мрак? А Дина сироткой была, к тому же приезжей… выбралась из деревеньки глухой, да сразу к нам. Нехорошо все в итоге то вышло, печально. Вот и осталась я одинешенька! Как дубок на развилке опасной, как последний барьер…

Советник тут же потерял интерес к Лидии и сделал мне знак идти за ним.

Мы поднялись наверх, Стрейт заглянул в комнату Алекса и вышел со знакомым мне свертком из темной ткани. Кость-артефакт, вот что интересовало советника. С вопросами я не лезла, о была под впечатлением: заставить Лидию адекватно и прямо ответить на вопрос – это же надо ухитриться! Даже у Алекса не вышло, а он ее тоже запугивал. А Стрейт даже не старался, Лидия сама как на духу все выложила.

Дальше мы спустились в подвал, осмотреть тело.

Пока советник действовал, я стояла рядом и зябко ежилась.

– Позови-ка сюда Лидию.

Женщина спускаться вниз категорически отказывалась, но после того, как я пригрозила ей Стрейтом, все же присоединилась ко мне, всю дорогу тяжко вздыхая и жалуясь на жуть и опасность.

Я могла сообщить Стрейту, что Лидия