Новая жизнь - Ирина Суздалева

Я решила, что нет смысла стоять на месте и зашла внутрь, прямиком направляясь к креслу Димы. Когда я стала прямо рядом с ним, то остановилась. Брат смотрел на меня с широко раскрытыми глазами, но ничего не говорил. Я тоже молчала.

Тогда заговорил Адам:

– Уступи даме место.

– С какого…?

Голос Димы прервался, когда Адам его перебил:

– Тебе помочь?

Я почувствовала руку Адама у себя на пояснице, но не оттолкнула ее. Она как будто придавала мне силы.

Прошло около минуты до того, как брат встал со своего места, а Адам обошел меня и подвинул стул так, чтобы мне было удобно присесть. Все это время в зале стояло гробовое молчание.

Я боковым зрением увидела, как ребята Адама выстроились за моей спиной. Но я не сводила взгляда с брата. Дима обошел стол и сел напротив меня в другом конце стола. Его взгляд говорил мне обо всех его мыслях. Брат был не просто зол, он был в ярости. Я унизила его при всех. И его взгляд обещал мне расплату.

«Толи еще будет», – подумала я и язвительно улыбнулась.

– Адам, может присоединишься ко мне за столом? Возьмешь вот тот стул? – спросила его я, показывая рукой на свободный стул у окна.

Как бы мне не было больно от того, что он меня предал, но его присутствие все же придает то, чувство безопасности, в котором я так сильно сейчас нуждаюсь. Потому что мне сейчас жутко страшно.

Адам исполнил мою просьбу. Он развалился на стуле, облокотившись на спинку, своим видом показывая, такую уверенность, которая передавалась и мне. Но на этом его действия не ограничились. Я почувствовала руку Адама у себя на бедре, которая тихонько сжалась, выражая поддержку. Мне показалось он точно знал, что я сейчас чувствую, но мое лицо не выражало никаких эмоций. Я решила, что больше ждать не следует и произнесла:

– Всем добрый день. Давно не виделись.

Послышались приветствия от мужчин, которые находились за столом, некоторые лишь кивнули. Все уже успели скрыть свои эмоции, а давний друг моего отца, Артур Сергеевич Держинов, наконец задал интересующий всех вопрос:

– Юлия Руслановна, чем мы можем вам помочь?

– Я пришла поделиться кое-какой информацией, а также сообщить важную новость, – ответила я.

– Если новость такая важная, зачем ты привела сюда чужаков? – спросил мой брат, у него явно прослеживался яд в голосе.

– Это не чужаки, а мои друзья и будь, пожалуйста, уважительнее. Где твои манеры, брат? – произнесла я с ехидцей и «мило» улыбнулась.

Он задохнулся от моей дерзости. Я раньше никогда так с ним не разговаривала.

– Так вы хотите услышать, зачем я сюда пришла? Или дальше продолжим разглагольствовать? – спросила я, смотря на членов совета. А когда получила утвердительные кивки, то продолжила: – Так вот, я скорее всего начну с новости. Я решила воспользоваться своим правом на ПОЛНОЕ руководство компанией.

Воцарилось молчание, а потом все начали говорить одновременно. Да, как я и думала, эта новость произвела фурор. Немного послушав это безобразие, я повернулась и посмотрела на Адама.

Мужчина понял все без слов. От его расслабленной позы не осталось ни следа. Он встал со стула, наклонился к столу и, ударив по нему кулаком, громко произнес:

– ТИХО…

Шум мгновенно стих, а я посмотрела на брата. Он прибывал в явном шоке.

Я усмехнулась и продолжила:

– Так вот, на чем я остановилась? Ааа… Я принимаю полное руководство компанией на себя, а также лишаю своего брата и мать какого-либо права вмешиваться в дела компании.

Мой брат подскочил с места, положил руки на стол и завопил со всей злостью:

– Да как ты смеешь?

Я тоже не усидела на месте и, приняв такую же позу как он, произнесла:

– Это я как смею? Это ты как смеешь посылать за мной убийц? Как ты смеешь назначать цену за мою голову? Ты думал, я не узнаю? Ты думал, что я беззащитна? Но ты не учел все годы моих тренировок, после похищения, которое кстати организовала моя мать, – на лице брата не было ни капли удивления от этой новости, хоть он побледнел, когда я сказала про убийц. – Я вижу, ты совсем не удивлен последней новостью. Ты ведь знал, все эти годы? Я права? Можешь не отвечать, я вижу, что права. Как ты мог брат, все эти годы смотреть мне в глаза и врать?

– У тебя нет никаких доказательств ни того ни другого? – ухмыльнутся Дима.

– А они мне и не нужны… – снова начала говорить я, но Адам прервал меня, сжав мою руку в своей.

Я повернулась и посмотрела на него. Но мужчина смотрел прямо на моего брата, его лицо ничего не выражало, но я чувствовала волны злости и раздражения, которые исходили от него.

– Вообще-то доказательства есть, – произнес Адам, смотря Диме прямо в глаза.

Он достал из кармана брюк флэшку и продолжил:

– Здесь запись допроса наемников, которых ты нанял. А также запись признания того мужика, которого наняла твоя матушка. И еще кое-какие доказательства.

Теперь уже мои глаза расширились от шока, но я быстро взяла себя в руки и посмотрела на мужчин за столом.

– Вы чуть не потеряли все, что имеете, – произнесла я, сев в кресло. – Я думаю никто не попытается обжаловать мое решение?

Я видела на лицах мужчин понимание и злость, которая была направлена на Диму. Это можно было прочитать по взглядам, которые они бросали в его сторону.

Я получила утвердительные кивки от всех членов совета.

– Вот и отлично, – сказала я и пристально посмотрела на брата, его лицо было похоже на полотно, все краски ушли с него, – Дмитрий Русланович Корнеенко, ты уволен из компании. Документы на продажу твоих акций, тебе привезут в течение дня. Также даю тебе двое суток, чтобы покинуть Москву и советую тебе даже близко не появляться рядом со мной.

Я и представить не могла, что лицо брата может стать еще белее, но это случилось.

– Выведете его из здания, – обратилась я к охране, – и чтобы внесли его во все списки «запрета посещения».

– Да, Юлия Руслановна, – произнес один из охранников и направился к Диме, но тот только отмахнулся.

– Ты еще об этом пожалеешь, – произнес брат и самостоятельно