Довод для измены - Ария Тес

Она меня режет здоровенным, тупым мачете, так что ставит в тупик. Я не знаю, что ответить. С одной стороны хочется продолжить фразу, на чем она обрубилась: я хотел с тобой расстаться, но передумал. Просто же, но есть же и другая сторона...а надо ли это говорить, Влад? Может все складывается наилучшим образом?

Я как-то потеряно молчу, не могу решиться повернуть на условное «право» или «лево»: перекресток, развилка «судьбы» вещь опасная. Ты никогда не знаешь, что с тобой будет, выбери ты ту или иную стезю. Но я забыл, что молчание тоже опасно. Оно, подобно «бездействию» иногда лучшее действие…для кого-то. Потому что ты теряешь контроль над ситуацией! Пока ты стоишь в стороне, молчишь — ты позволяешь управлять положением дел кому-то другому.

Вот как сейчас.

Эти пара мгновений — решающие для малышки. Она все понимает по-своему, злится сильнее, но это лишь поверхностная эмоция.

Я вижу, как ей больно на самом деле. Словно сердце в тиски сдавили. Мне это чувство знакомо, но ей…что-то сомневаюсь. Наверно, это ее первый раз. И снова со мной. И снова безалаберно.

Прости…

— И ты собирался отвести меня в тот дом, чтобы трахнуть напоследок, а потом бросить без возможных эксцессов? — цедит, напряжена все до последней запятой, только вот еще мгновение — разрыдается.

Не плачь, пожалуйста.

Только не плачь…

Я делаю к ней шаг, тяну руку неосознанно, но сразу получаю по ней звонкий шлепок.

Первая, здоровенная слеза размером с кулак скатывается по щеке.

Ну вот. Потопу быть.

Однако, я похоже действительно ее недооцениваю.

Женя тут же стирает ее и гордо задирает носик, а потом шипит.

— Не волнуйся. Я не устрою сцены в офисе и не опозорю тебя. И умолять тоже не буду, понятно?! Конец, так конец. Только не смей ко мне больше приближаться!

Отталкивает меня, открывает дверь и выскальзывает за ее пределы так ловко и быстро, что я даже не успеваю сообразить, что теперь мне остается только смотреть ей в след.

Первый порыв — дернуть следом. Я догоню ее в пару шагов без сомнения. Прижму к своей груди. Договорю начатое. Расставлю все точки над «i» правильно, но потом приходит холодный расчет.

А зачем? Влад, серьезно…зачем? Может оно и к лучшему? Ты объективно подурнел, стоило подпустить ее ближе. Дела бросаешь. Отца игнорируешь. Еву почти не видишь. Ты же дома фактически не ночуешь, а приезжаешь туда исключительно сменить гардероб! Это не дело. Ваш брак, может быть, херня полная, только вот она нужна тебе. Скоро пойдет подготовка к выборам, и кого ты потащишь на бесконечную вереницу благотворительных приемов? Малолетку?! Напоминаю, любовницу-малолетку при живой жене. Объяснить или сам допрешь чем чреваты подобные выборы? О карьере в политике можешь забыть. У тебя итак непростой и неоднозначный оппонент с кучей дерьма и огромным опытом за плечами. Его итак «свалить» будет сложно, он же лавры не сложит — ты это знаешь. Война. Тебе грозит война! Самая что ни на есть кровавая, а тут Женя? Ваши отношения случились не во время. Это, опять же, объективно, так может и пусть валит?

Она и валит.

Я все еще смотрю в конец коридора на лифт, куда заходит моя девочка. Она не поднимает глаз, обнимает себя руками, и я вижу слезы, которые так не хотела мне показывать — но я вижу. И чувствую, как ей больно.

Прости, малыш, может это и к лучшему? Конец был неизбежен, так может лучше сейчас? Пусть по-дурному, но какая разница по итогу, да?

Прощай.

Я захлопываю дверь, как только закрываются створки лифта, а потом медленно стягиваю с плеч пиджак. В кабинете пусто и как-то темно вдруг стало. Одиноко. Мне в моей клетке за всю жизнь так одиноко не было, как сейчас. Без нее…

О боже!

Закатываю глаза, решительно стирая все эти дурные слова и эмоции.

Ты что несешь вообще, придурок?! Сядь и поплачь, чего мелочиться то, а?! Ооо…аж затошнило от приторности. Нет, Довод, ты точно охренел.

Давай-ка, бери себя в руки. Командировку никто не отменял, вот и отвлечешься.

Подхожу к столу, но взгляд все равно цепляется за глупый подарок.

Я эту дешевку в жизни не повесил бы и на свою собаку! Даже если бы она у меня была! Закатываю глаза и решительно открываю ящик, куда скидываю ненужный хлам.

Вот и все.

А то сопли тут развел, право дело. Не велика потеря!

***

Однако, оказалось, что велика.

С нашего последнего разговора прошло три дня. Я в Карелии. Вокруг партнеры. Мы на даче одного из них, отмечаем крутую сделку с проститутками (условно, конечно же, нет, но по факту — еще как), выпивкой и громкими разговорами. Все круто. Контракт подписан. И мне бы радоваться — этот договор сулит мне охренительную прибыль и перспективы на европейском рынке, но в душе я волком вою и рвусь в Питер.

Точнее? В красное село.

Еще точнее? В Лисий нос. В наше маленькое убежище, где хочу обнять ее, а не трахнуть — что самое печальное, это правда. Сначала я хочу ее обнять и поцеловать.

Да что со мной, твою мать, происходит?!

Знаю что, но никогда не признаюсь, что знаю и что это истина в последней инстанции. Еще чего не хватало.

Вместо того тру глаза, потом встаю из-за стола и незаметно выхожу на террасу подальше от блуда, подальше от женщин, которых я даже не хочу, хотя они очень «ничего». И соблазнительные, и красивые, и сексуальные.

Оторвы такие, знаете? Которые все умеют, которых не нужно ничему учить, с которыми не надо сдерживаться. Но меня тянет к той, кто ни в одно это «которое» не вписывается.

Достаю телефон. Хочу набрать ее номер, но запрещаю себе. Мне буквально всю свою выдержку приходится прикладывать, чтобы не нажать на заветное имя в списке контактов.

Твою мать.

Аж рычу от злости, но с другой стороны…я взрослый мужик! И в конце концов, мне суициды нахер не упали! Просто проверю, как она?

Просто проверю.

Открываю диалог, а там сразу удар под дых: ее последнее сообщение — это фотография в красивом белье.

Которое я порвал.

Черт!

Выругиваюсь смачно и быстро пишу, стараясь взгляд выше поля не поднимать.

Вы

Как ты?

Ответа приходится ждать целых десять минут, и лишь три из них я могу держаться стойко и гордо. Остальные семь пристально вглядываюсь в две синие галочки, которые сообщают об осведомленности