Месть демонов - Дж. Р. Уайт

Самаэля и с тех пор спаривалась только с людьми, чтобы продолжить свой род, используя специальные руны и травы, которые не позволяли ей рождать сыновей. Прошла почти тысяча лет, но, в конце концов, смертное тело, которое она получила, начало разлагаться. Вместо того чтобы вернуться в ад падшим ангелом, ее душа стала вселяться в ее дочерей, и так продолжается до сих пор, причем ее сила возрастает с каждым новым носителем.

— Значит, нам придется встретиться с ней лицом к лицу, — мрачно произнес Райкер.

— Боюсь, что так…

— Погоди, а что, если мы лишим ее детей, включая Тарру, всей тьмы? — сказала я, заплетаясь языком, пытаясь облечь свою развивающуюся мысль в функциональные слова. — Тогда у нее не останется якорей, у нее не будет тела…

— Так и есть, — сказала Харпер, и ее лицо омрачилось. — Она боится тебя и твоей силы, Калеа, и уже подготовилась к такому сценарию. Если ты отрежешь ее от потомков, она просто овладеет Айан.

— Как она сможет, если я использую божественный огонь, чтобы выжечь тьму Айан?

— Ты не сможешь. — на этот раз заговорила Пема, в ее темных глазах отразилась глубокая печаль. — Айан не родилась с тьмой, это не часть ее самой и не ее связь с землей, поэтому ты не сможешь уничтожить ее так же, как…

— Значит, она может овладеть кем угодно? Они не обязательно должны быть ее родственниками?

— Технически — да, — сказал Харпер. — Если она уже добавила в них тьму до того, как ее нынешний носитель был уничтожен. Но, когда она использует свою тьму для овладения другими существами, а не теми, кто родился без нее, это сильно ослабляет ее, поэтому она делает это нечасто и никогда не брала себе носителя, кроме одной из своих дочерей. Поэтому единственный способ избавиться от тьмы — вернуть ее себе или умереть. Чтобы спасти Айан — или других людей, одержимых подобным образом, — Лилит нужно уничтожить.

— И как же мне это сделать? — спросила я, чувствуя, как внутри меня нарастает разочарование. Только такой же растерянный взгляд Кэсси встретился с моим, она отказывалась даже смотреть на меня. — Как мне убить Лилит? — потребовала я, боясь ответа, но желая знать.

Харпер наконец подняла глаза, ее губы сжались.

— Лилит обрела человеческое тело, чтобы властвовать над теми, кто будет ей поклоняться и служить, в надежде стать тем, кем она не является и никогда не станет — богиней. Обладание телом дало ей возможность обрести большую власть над другими, но это же и ее величайшая слабость. Во время вознесения жрицы используют божественные руны, чтобы запечатать ее душу в теле хозяина. Она может покинуть его, только если печати будут разрушены или тело умрет.

Я покачала головой, мне не нравилось, к чему ведет этот разговор.

— Из-за того, насколько сильна Лилит, единственная известная мне возможность убить ее… это если она все еще заперта в теле смертной. Судя по тому, что Рейнор рассказал о божественном пламени, если огонь пронзит сердце Лилит, божественность в нем должна запереть ее в теле, и ее жизненная сущность будет уничтожена вместе с ее носителями. Мне жаль, Калеа, но для того, чтобы Лилит умерла, должно погибнуть и тело Тарры.

— Нет! — я вскочила на ноги. — Тарра не умрет, я спасу ее! — и не только потому, что я знала, что Гарет рассчитывает на меня, но и потому, что она того заслуживала. В голове промелькнуло милое, нежное лицо Тарры, обрамленное золотистыми локонами и потрясающими голубыми глазами. За свою короткую жизнь она уже однажды умерла из-за меня, и я не позволю ей умереть из-за меня во второй раз.

Легко прикоснувшись к моей руке, Райкер встал рядом со мной, его обеспокоенные золотистые глаза впились в мои, пока Пема забирала у него Зайлит.

— Калеа…

— Таков и был план? — выдохнула я, обхватив себя руками, борясь с агонией, сжимавшей мою грудь и затруднявшей дыхание.

Лицо Райкера исказилось от боли, и он провел руками по своим темным волосам.

— Мы бы не стали убивать Тарру, Калеа, ее жизнь уже закончилась…

— Лилит вернула ее, — простонала я, крепко сжимая руки, словно так я могла удержать себя в руках. — То, что она однажды обманула смерть, не делает ее жизнь менее значимой.

Райкер притянул меня к себе, когда мое тело неконтролируемо задрожало.

— Калеа, пожалуйста. Тарры больше нет. Мы с тобой оба были там после ее смерти, и какой бы могущественной ни была Лилит, она не может воскрешать людей из мертвых…

— Ты ошибаешься, — прошептала я, желая, чтобы он понял. — Я вернула тебя после того, как Лилит тебя убила. И когда Лилит была здесь в последний раз, и я встретилась с ней и украла часть ее тьмы. Это застало ее врасплох, и она не была готова. Это длилось всего секунду, но Тарра вновь появилась. Она знала, кто я, она назвала мое имя. — мой голос повысился, истерика грозила выплеснуться через край. — Она все еще там.

— Когда ты исцелила Райкера, он был близок к смерти, а не мертв, а Лилит — мать демонов и лжи, — возразил Сет, скрестив руки на груди. — Она позволила тебе увидеть только то, что ты хотела увидеть…

— Нет. — я моргнула, пытаясь прояснить расплывающуюся комнату. — Если это действительно единственное средство положить конец правлению Лилит, убив кого-то, то этим кем-то буду я…

— Калеа. — Кэсси приподнялась с дивана, прежде чем строгий голос Райкера прервал ее.

— Нет. — он крепче обхватил меня, мышцы на его челюсти напряглись. — Ты не пожертвуешь собой.

— Почему нет? — запротестовала я. — Все твердят, что моя судьба — победить Лилит. Если единственный способ добиться этого — чья-то смерть, значит, она будет моей. — Я запустила руки в волосы и зажмурилась, пытаясь не дать всплыть образам бойни Чужеземцев, но безуспешно. — На моих руках не будет чужой крови.

— Почему ты так категорична? — спросил Сет с другого конца комнаты. — Нам предоставлен удобный шанс избавить мир от величайшего зла, с которым мы когда-либо сталкивались, а ты отказываешься видеть факты. Лилит занимает пустую оболочку, а ты хочешь пожертвовать своей жизнью в надежде, что, может быть, королева лжи на этот раз не лжет и, вопреки всему, ее носительница все еще жива?

Я открыла глаза, правда его слов словно нож вонзилась в мое сердце. На самом деле, прошло уже несколько месяцев с тех пор, как я видела Тарру живой. Насколько я знала, она уже полностью отдалась Лилит, и ее душа ушла в мир иной. Но мысль о том, чтобы отказаться от