Вкус музыки. Ванильный - Катарина Каррас

Когда мы дошли до моего номера, я рухнула на постель не раздеваясь. Сил хватило только на то, чтобы выложить фото кольца в «Инстаграм»[10] с подписью «спасибо @ikorolev за такое чудесное утро. Люблю тебя». Довольно улыбнувшись, почувствовала, как Игорь лег рядом со мной и обнял меня, мягко забирая телефон из моих рук.

– Принцесса, хватит переписываться… А, замечательно, – посмотрел он на экран телефона и покачал головой. – Я хотел сообщить об этом друзьям не посредством соцсетей.

– Извини. – Я поцеловала его в шею и уткнулась носом в плечо. Услышала, как он выдохнул мне в волосы и отложил мой телефон на тумбочку, обнимая меня и целуя в щеку.

– Спи, Наташа.

А утром, едва я подключила интернет, мой телефон чуть не взорвался от бесконечных сообщений и комментариев к фотографии.

Конечно же, первым делом я открыла чат нашего коллектива: ребята были в небольшом шоке.

«Когда вы успели?» – писала Элла.

«Как он тебя нашел? Мы ему ничего не говорили о твоих перемещениях», – а это был Артем.

«Поздравляю», – коротко написал Мэтт.

«Ха, кто-то скоро станет несвободен, не повезло. И это я не о тебе. На свадьбу нас позовешь? Я буду отличным тамадой!» – Алекс, как всегда, в своем репертуаре.

«В смысле – как нашел? Что я пропустил? Они не вместе туда поехали?» – Макс, немного выпавший из реальности.

«Да ты что, тут такое было! Сейчас позвоню, расскажу!» – ответила ему Элла.

Я закатила глаза: сама же виновата, нечего было распускать слезы и звонить из аэропорта Артему и Элле. Но тогда мне это казалось единственным вариантом. Артем к тому же рассказал все Оксане, и та очень громко возмущалась, позвонив мне:

– Нет, какой кретин, а! Нат, если он к тебе приедет, когда вы оба будете в Москве, – смело кидай в него все, что попадет под руку, и посылай! Пусть с кем угодно обнимается и целуется хоть в лифте, хоть на своем столе!

Это кратко. На самом деле она очень долго бушевала и не могла успокоиться. Наверное, даже когда я летела в самолете, то половину этого времени она точно проклинала Игоря.

Тогда я была ей благодарна за поднятие настроения и поддержку. А сейчас увидела кучу сообщений от подруги, в которых большую часть слов составляли нецензурные выражения. Также было несколько пропущенных звонков от нее.

Я осторожно выбралась из-под руки Игоря, чтобы не разбудить его, выскользнула в ванную и перезвонила Оксане. Подруга почти сразу же взяла трубку.

– Окс, что такое? – прошептала я.

– В смысле – что?! – вопила подруга так, что мне пришлось уменьшить громкость динамика. – Почему я узнаю о помолвке не от тебя лично, а из «Инстаграма»[11]?! И почему ты согласилась, раз он тебе изменил?

Пришлось рассказать ей, что произошло, выслушивая ее комментарии во время повествования. Она, конечно, скептически отнеслась к объяснению Игоря, но моя фраза о том, что я видела аккаунт Розы, убедила ее.

– Жесть, – только и смогла сказать Оксана, когда я закончила говорить о произошедшем на пляже. – Определенно стоило уехать только ради такого извинения.

– И не говори, сама не верю, – вздохнула я, любуясь кольцом на пальце. – Ладно, мне пора, я тебе потом позвоню.

– Давай, до связи, невестушка. Чур, я буду свидетельницей на вашей свадьбе!

Я отключила связь и с улыбкой покачала головой.

– Принцесса, – раздался хриплый голос за спиной. Я вздрогнула и обернулась, с нежностью глядя на сонного Игоря, стоящего передо мной в одних брюках.

– Завтра утром мне нужно улетать обратно, давай проведем как можно больше времени вместе. Желательно в одной постели, нужно отпраздновать помолвку, – широко улыбнулся он, заключая меня в объятия и унося на кровать.

Глава 24

В Вегас я так и не поехала, а полетела сразу в Нью-Йорк за два дня до первого концерта.

Города бешено сменялись один за другим: Нью-Йорк, Чикаго, Сиэтл, Олимпия, Салем, Сакраменто, Сан-Франциско, Лос-Анджелес, Лас-Вегас, Финикс, Санта-Фе, Оклахома, Даллас, Джексон, Атланта, Таллахасси, Майами… Помимо концертов мы также работали над песнями для нового альбома, часть из которых дополняли, а две песни полностью переписывали несколько раз.

В этом калейдоскопе я едва находила время для коротких разговоров с Игорем, а еще реже могла посвятить разговору с ним очень много времени, например, часа два. Один раз он осторожно спросил, как отреагировала моя родня на нашу помолвку. Я вздохнула и пообещала рассказать ему о своей семье, когда вернусь. Больше этот вопрос он не задавал: знал от Миши, что если на меня давить в чем-то, что я не хочу рассказывать, то я еще глубже уйду в себя.

– Мне кажется, нужно было делать круг по часовой стрелке. Тогда после Флориды нам не пришлось бы перелетать в Иллинойс: мы уже были бы там, – ворчал Мэтт при переезде из Сиэтла в Сан-Франциско.

– Достал ты уже! – крикнул на него Алекс, которому порядком надоело ворчание друга. – Теперь мы будем при формировании туров обзванивать каждый международный фестиваль и спрашивать, планируют ли они нас пригласить, чтобы не совершать лишних перелетов!

В каждом городе публика встречала нас очень тепло, и мы старались ответить им тем же. Например, в Сиэтле фанаты устроили флешмоб во время одной из наших баллад: достали светящиеся сердца и раскачивали их под ритм гитары. А в Финиксе они развернули огромный плакат с нашими фото и надписью о том, что они нас любят. Таких флешмобов было много, их устраивали практически на каждом концерте.

Очень порадовали японские фанаты, специально приехавшие на встречу с нами перед концертом в Сакраменто: они подарили каждому из нас по дереву бонсай, которые, как нас уверили, подбирались индивидуально, исходя из наших образов и характеров. Мне досталась дикая азалия, Элле – фиолетовый клен, Максу – черная японская сосна, Мэтту – вишня, а Алексу – криптомерия.

В ответ на их гостеприимство мы вызывали кого-нибудь из публики на сцену на время одной песни или я прыгала со сцены в руки фанатов для краудсерфинга. И конечно, Алекс чаще радовал своих «личных» поклонниц отсутствием футболки.

Финальный концерт в Майами прошел отлично: ван Дейки договорились о том, что для желающих все-таки будут продаваться билеты на встречу с нами, так что нам не пришлось разочаровывать фанатов. А на выступлении мы постарались выложиться