Василиска 2 - Ольга Анатольевна Чумаченко

Горцами оборотни называли своих побратимов, добровольно ушедших в горы, прилежащие с их имперской территорией. В непроходимый горный массив. Должен же кто-то стоять на страже, если озверевшие сородичи, потерявшие способность к обороту, помутившиеся разумом, начнут миграцию. А они, рано или поздно, начнут. Они постоянно голодны, они постоянно охотятся, постоянно рыскают и ищут добычу. Нет-нет, раз в год, один-два озверевших, попадались прямо на этой стороне. И горе тому, кого они покусают. Здоровый зверь умирал в страшных муках. Это в лучшем случае.

Об озверевших сородичах оборотней Лиски практически ничего не удалось разузнать. Нет их и всё! И простые люди ничего конкретно не знали. «Оборотни? Это те, что оборачиваются в зверей? Так они и есть звери!» Так что любой дичайший случай нападения хищника, практически считался делом рук какого-нибудь обезумевшего оборотня. Так легче!

Было несколько случаев, когда озверевшие оборотни нападали на целые поселения людей, вырезали всех, съедали. И только лужи крови и ошмётки плоти служили свидетельством произошедшей трагедии.

И не было ничего удивительного, что испуганные люди находили в произошедшем вину самих оборотней. Напали? Значит, война! И страдали невинные. Да нападать открыто на сильных злобных оборотней себе дороже. Били стычки, были жертвы с обеих сторон.

И ещё с империи оборотней шли огромные потоки беженцев, они растворялись в лесах, прятались в серых зонах.

Но правящая верхушка и маги кое-что знали, были изданы указы и запреты о «озверевших». Что при выявлении таких особей надо в срочном порядке доложить, если сами не могут справиться. И даже если справились, надо строго соблюсти правила утилизации трупа. Говорилось, что больной зверь опасен, разносит заразу. Такого бросить в воду, особенно в реку, каралось смертью. Вообще привести больного зверя в город, считалось смертельным нарушением.

Больной? Да! По некоторым описаниям, что белянке удалось раздобыть. Эта болезнь похожа на бешенство. Вот только мутировала она, видимо, из-за магии. И именно с оборотнями сыграла злую шутку. Они же и люди, и звери, а ещё частично маги…

— Дядя Деян, можно, я немного посплю, а потом объясню, зачем пришла? — повернулась девушка на бочок, подсунув обе ладошки под щёку.

Ну, что за люди такие пошли? Проследил оборотень за спокойным дыханием засыпающей девушки. Совсем страх потеряли!

Глава 30

Тихо и спокойно. Запах свежей сухой травы исходил от лежанки, на которой возлежала девушка. Втянула проснувшаяся белянка приятный аромат. Хорошо всё-таки жить!

Над головой был высокий свод, его даже не было видно, только слышно, как копошатся под ним летучие мыши. Нет! Глаза некоторых летучих отсвечивали. Как и глаза Муры, прыгающей вокруг, играющей с пролетающими букашками. Видимо, возня дракошки и разбудила её.

Темно! На дворе ночь! Трещали насекомые, что-то вроде сверчков, создавая свою умиротворённую музыку. Лиска потянулась, поднялась, покрутилась по сторонам, хозяина не было видно. Да и где его увидишь? Ни одного огонька. Только свет ярких звёзд. На них белянка и пошла.

— Думал, ты до утра проспишь, — проговорил хищный дядя, сидевший у пещеры по-турецки, облокотившийся спиной на тёплый камень, чуть ни сливающийся с ним. Голова у него была запрокинута, а глаза устремлены в ночное небо, явно, он на звёзды любовался, прислушиваясь к мировому порядку. Ну и Лиска присела, чтобы так же полюбоваться на звёздное небо. — Ладно, будем считать, ты заблудилась, так что до утра не прогоню.

— Принцесса была прекрасна, погода была ужасна. Днём, во втором часу, заблудилась принцесса в лесу. Смотрит — полянка прекрасная. На полянке землянка ужасная. А в землянке — людоед: — заходи-ка на обед. Он хватает нож. Дело ясное. Вдруг увидел, какая… прекрасная! Людоеду сразу стало худо. — Уходи, — говорит, — отсюда. Аппетит, — говорит, — ужасный. Слишком вид — говорит, — прекрасный! И пошла потихоньку принцесса, прямо к замку вышла из леса. Вот какая легенда ужасная! Вот какая принцесса прекрасная! А, может быть, было всё наоборот: принцесса была ужасная, погода была прекрасная… Вот, какая легенда прекрасная! Вот, какая принцесса ужасная! (Принцесса и людоед).

Первую половину детского стиха оборотень слушал напряжённо, ожидая какой-нибудь гадости. Но стоило Лиски закончить вторую часть, она почувствовала, улыбку на его суровом лице. Если бы всё было так просто. Звёздное небо. Бесконечное пространство. И взаимопонимание. Все же разумные?..

— Я хочу попробовать снять рабский ошейник, обходя все запреты, но мне нужен подопытный… сразу предупреждаю, гарантировать жизнь я не могу, поэтому там два кошелька с монетами. Один, это за беспокойство. Второй, если у меня ничего не получится. Так что получается, я соврала, сказав, что не за шкуркой пришла.

Лиска не сомневалась, что её рюкзак дядя Деян обследовал. И где её вещи лежали, пока было не понятно. Рядом с собой, когда проснулась, она их не обнаружила.

— Так в чём проблема?.. Лесь у нага есть!

— Он и так уже пострадал из-за… — фыркнула девушка. — Хочу, чтобы Снеж теперь сам прочувствовал, что значит, для других его ошибки. Других-то он обрекает, а сможет ли отдать кого-то из своей семьи?

— Нет! — ответил за семью бывший глава семейства, матёрый хищник. Детей воспитал, двух сыновей, и обоих альф. Так младший посильнее старшего оказался, и бразды правления стаи из тридцати самцов в главном поселении перетянул. А вообще-то альф в поселение было больше двадцати. Но не все ещё созрели до создания своей стаи. А некоторые, просто, и не хотели такой ответственности.

Снеж заупрямился, когда понял, что должен подчиняться младшему брату. Всегда он слишком гордый был. И нет бы свою стаю в общем кругу тянуть… Нет! Ушёл на отшиб! Обеспечение деревни необходимым из города на себя взял. Тоже важная часть существования общества. И хорошо справлялся. Но правила, которые он установил в своей стае, мало кому нравились. Где-то старший сын перегибал палку, держал своих побратимов в жёсткой хватке. Но… он заботился о них, делал всё возможное. Да, как мог…

Деян, как отец, как бывший глава семейства, пытался повлиять, но только разругались. А потом, когда он с городским «дном» связался…

Рассказывать отцу, что его сын, чуть было не стал причиной уничтожения всей его деревни, Лиска не стала. А что тут добавишь? Снеж его сын. Он будет его оправдывать.

— Эх, жизнь моя — жестянка. Да ну её в болото. Живу я, как поганка. А мне летать, а мне летать, а мне летать охота…

— Да что ты знаешь о жизни?.. — подал