Четыре Ошибки Принцессы - Тина Солнечная

— Сид явно получает слишком большую квоту доверия. Не знаю, что он такого поёт в уши секретарю, но это точно работает. Он настоял, чтобы я назначила церемонию как можно скорее. А секретарь… он даже не попытался защитить мою независимость. Только подтвердил всё.

Кейран хмыкнул, в глазах его сверкнуло раздражение.

— А ты? — спросила я. — Какие у тебя новости? Как успехи с королевским магом?

— Он мне больше не мешает, — ответил он спокойно. — Пока я доволен и этим.

Я кивнула, усмехнувшись краем губ. Маленькие победы — тоже победы.

— Ты была в часовне?

— Да. Всё идёт по плану, — подтвердила я.

Он замер, внимательно вглядываясь в моё лицо, а затем тихо проговорил:

— Это хорошо, Астрид… но опасно.

— А у нас есть другой выбор? — спросила я, чувствуя, как снова подступает усталость. — Мы оба знаем, что если не действовать, все может стать гораздо хуже.

Он поджал губы и притянул меня ближе, обнимая крепко. Лоб к лбу. Его дыхание было ровным, но напряжённым.

— Видимо, нет, — прошептал он. — Тогда будем идти до конца. Вместе.

Глава 28

Я вернулась в свою комнату и долго лежала в темноте, не в силах заснуть. Мысли неслись вихрем — всё произошедшее, всё запланированное, каждый взгляд, каждое слово. Слова Сида, холодные глаза секретаря, рука Кейрана, тёплая и уверенная… Всё перемешалось, не давая покоя.

Я уже почти решила встать и зажечь свечу, чтобы отвлечься хоть чем-нибудь, когда в дверь тихо постучали.

— Астрид, — раздался знакомый голос. — Ты не спишь?

Я подошла и отворила. На пороге стоял Домин — в простой рубашке, с чуть растрепанными волосами, и с выражением на лице, которое сразу расплавило часть напряжения в груди.

— Ты не против, если я побуду с тобой этой ночью? — спросил он, не торопясь входить.

Я выдохнула и кивнула.

— Я буду рада. Просто… мне тревожно.

Он прошёл внутрь, закрыл за собой дверь и подошёл ближе, положив руки мне на плечи.

— Знаю. Возможно это прозвучит странно… Но я ощущаю твою тревогу. Это довольно странно. Я лежал в кровати, но все мысли были только о тебе. Но не так, как я обычно думаю о тебе, красавица. Я будто переживал все твои тревоги вместе с тобой. И я понял, что так мы оба не уснем. И решил, что могу попробовать тебя расслабить, — тихо сказал он и, не дожидаясь ответа, наклонился, чтобы поцеловать меня.

В его поцелуе не было спешки — только тепло и сила, которую он умел передавать прикосновением. Он не спрашивал, не уговаривал — просто был рядом, с его надёжными руками, его ровным дыханием и телом, которое я уже знала и к которому тянулась всем своим существом.

Он медленно раздел меня, касаясь с таким почтением и вниманием, что тревога отступала сама собой. Его ладони скользили по моей коже, разгоняя остатки напряжения, пока он не вошёл в меня, крепко прижимая к себе, не давая снова утонуть в мыслях.

И в этой близости, такой насыщенной, властной, почти жесткой — как и он сам, — я нашла то единственное, что так искала весь день: ощущение покоя. Он не спрашивал, просто брал, как знал, как умел — так, что дрожь пробегала по телу, и мысли исчезали, вытесненные ощущениями.

Разрядка пришла стремительно, будто сорвавшись с тонкой нити — сдавленный стон, вздох сквозь стиснутые губы… и наконец — облегчение.

Я прижалась к нему, уставшая, но спокойная. Его рука всё ещё лежала у меня на бедре.

Удивительно, но с некоторыми из них я ощущала ту самую безусловную близость — не физическую, а глубже. Будто мы всегда были вместе, просто раньше не замечали. Ни тени сомнений, ни внутреннего сопротивления. Они — мои. Не по обязательству, не по брачному соглашению, а по какому-то древнему, неуловимому зову.

С Сидом такого не было. Как будто между нами стояло что-то холодное и чужое.

Утром меня разбудил лёгкий стук в дверь. Я накинула халат и открыла — за порогом стоял слуга с аккуратной коробочкой в руках.

— От лорда Кейрана, Ваше Высочество.

Я кивнула, поблагодарила и закрыла дверь. Внутри оказалась стеклянная склянка с хорошо знакомым зельем — противозачаточным. Кейран не забыл. Я выпила, не задумываясь, словно подтверждая самой себе, что всё под контролем.

Доминик, стоявший у окна, обернулся. Его взгляд скользнул по бутылочке, и он чуть качнул головой.

— Что? — спросила я.

— Ничего, — ответил он тихо. — Я принимаю твой выбор. Но… надеюсь, однажды ты подаришь мне ребёнка.

Я подошла к нему, обняла за шею и прижалась щекой к груди.

— Однажды, Доминик. Но не раньше, чем мы наведём порядок в нашем доме.

— Конечно, дорогая, — прошептал он, и его губы мягко коснулись моих.

Спустя полчаса после ухода Доминика в дверь снова постучали. Я, уже переодевшись, снова подошла и открыла. На пороге стоял другой слуга — с книгой в руках.

— Её передал епископ Лауренс, Ваше Высочество. Сказал, что она может укрепить дух. И… напомнил, что молитва — лучший проводник между человеком и судьбой.

Я кивнула, взяла том в кожаной обложке и поблагодарила. Закрыв дверь, подошла к столу и села, вертя книгу в руках. На первый взгляд — обычное молитвенное собрание, немного потрёпанное временем. Но стоило мне перелистнуть несколько страниц, как между тонкими листами нашлась маленькая бутылочка — именно то, что мне было нужно.

Я сжала её в ладони и медленно выдохнула. Всё идёт по плану.

Между страницами книги была спрятана не только бутылочка с мутноватой жидкостью, но и крошечная записка, написанная аккуратным, чётким почерком епископа:

«После употребления напитка метка должна исчезнуть с его руки. Это будет признаком того, что связь разорвана. Да пребудет с тобой милость небес, дитя.»

Я перечитала слова дважды, потом сжала клочок бумаги и спрятала его вместе с бутылочкой в складки платья. Сердце билось чаще. Осталось только найти его. Осталось — всего лишь переиграть мужчину, который явно достался мне по ошибке.

Сжав губы, я направилась по коридору. Слуги, встречающиеся на пути, торопливо расступались. Во дворце все уже знали, что я вернулась. Все следили за каждым моим шагом. А значит, нужно было действовать быстро.

Я нашла его в зале для тренировок.