Трон Печатей - Ада Николаева

Я хотела обнять их всех, накрыть собой и защитить от его бездушных глаз, но не могла разорваться на три части. Мама и папа, простите меня, если сможете… Во мне не осталось сил не на месть, не даже на ответ ему.

— Однако можно было сделать выбор с самого начала и спасти хоть сколько-то жизней, — продолжал он. — Но ты слишком слаба, чтобы принести кого-то в жертву.

Я молча плакала, касаясь безжизненной руки Кая. Беллиан сломал меня, даже ни разу не атаковав. Как же я была наивна, решив, что двойная Печать убережёт меня от всех невзгод. Что она самое грозное оружие во всех трёх мирах. Отнюдь. Жестокость — величайшее оружие всех времён.

Я не рыдала. Не было ни крика, ни громких всхлипываний, лишь горькие слёзы лились ручьём. Обычно, когда плохо, из меня так и рвутся эмоции. Но сейчас, когда всё по-настоящему ужасно, я буквально окаменела, пожираемая изнутри болью и не способная выпустить её наружу: слишком уж она велика. Настолько, что случившееся казалось выдумкой. Сном. Дурным кошмаром, коих я давно не видела, засыпая в объятьях любимого мужчины. Теперь его нет, как нет моих чудесных добрых родителей и отважных друзей, напрасно поверивших в меня. В какой-то момент я просто рухнула на грудь Кая всё также безмолвно и не моргая, мечтая лишь о том, чтобы самой оказаться на его месте. Или же рядом с ним…

— Предсказание сбылось, моя дорогая, — голос Беллиан стал тише. — Это произошло бы в любом случае, ведь ты не отступилась.

— Верни их и я отступлюсь… — слабо вымолвила я, практически не соображая. Слёзы продолжали течь, намочив футболку на бездыханной груди Кая.

— Мёртвых не воротишь, — Беллиан подошёл ближе. — Можно достигнуть бессмертия, но попав на ту сторону — обратной дороги нет.

Он встал совсем рядом. Краем глаза я видела его белую обувь. Хотелось одновременно вцепиться в неё зубами, раздирая до крови, и начать целовать, попутно умоляя найти способ вернуть мне любимых.

— Однако… — опять заговорил он. — Ты всё ещё можешь с ними встретиться.

Беллиан наклонился, заставляя меня навалиться на Кая всем телом, будто бы он мог ещё что-то сделать моему принцу… Изящная рука в перстнях потянулась ко мне, а с губ слетели слова, произнесённые бархатным голосом:

— Ты можешь снова быть со всеми ними в следующей жизни… — он протянул мне тот же самый осколок стекла, что я недавно держала у его горла и который рассыпался в прах. — Всего пара точных движений избавит тебя от страданий.

Я не шелохнулась. Тогда Беллиан сам вложил мне в руку осколок, нежно сомкнув на нём мои дрожащие пальцы.

— Он тебя ждёт. Все они.

Я ненавидела его всей душой, но и сопротивляться не находилось сил. Всех, ради кого я боролась, не стало. Возможно, Беллиан прав. Может, в следующей жизни мы вновь встретимся, и наша борьба продолжится? Однако в этой я уже проиграла…

Я поднялась над грудью Кая и крепко сдавила осколок в руке, но боли не почувствовала. Она лишь капля в океане тех чувств, что одолевали мной в этот момент. Вновь захотелось исчезнуть, раствориться в пустоте. Я закрыла глаза, но вместо бездны увидела ветхую библиотеку с разбитыми в дверях стёклами и сильным запахом сырости, исходившим отовсюду. Но, главное, всего на мгновение в моём сознании промелькнули вишнёвые омуты. Они меня отрезвили.

— Не дождёшься! — резко воскликнула я, распахнув глаза.

Теперь передо мной стоял уже не Беллиан, а уродливый старик с паучьим клешнями и облезающей гнойной кожей. Из его пасти текла чёрная жижа, окрасившая редкие зубы и подбородок. Я даже не испугалась, ведь произошедшее здесь было куда страшнее любого чудища.

— Это всё ложь… — слабо пробубнила я, поднимаясь на ноги. Осколок я оставила при себе для обороны. — Но как… как тебе это удалось? Ты почти сломил меня!

— Думаешь, что всё знаешь?.. Очнись, девочка. Решила, что раскусила меня, как бы не так! Ты в ловушке и умрёшь вслед за всеми своими друзьями, я лишь предлагал тебе лёгкий выход. Ты всего лишь жалкая полукровка, но я рядом. Я помогу, только очнись.

— Что ты несёшь?..

— Посмотри на меня!

— Я и так на тебя смотрю…

— Посмотри!

Я попятилась назад. Ожидала чего угодно, но только не бессвязной болтовни. Беллиан в обличии монстра бросился за мной.

— Очнись и пойми же, что ты натворила! — он схватил меня липкими клешнями за плечи. Из его пасти разило смертью и разложением. — Все погибли из-за тебя!

— Не верю! — поморщилась я, с трудом не отвернувшись от смрада.

— А зря, моя леди!

Моя леди?.. Что⁈

Глава 17

— Твои бедные руки, — прошипел паук, попытавшись отнять у меня осколок стекла.

Иллюзия?.. Это невозможно! Даже Беллиан не способен сотворить обман, которому под силу заблокировать Печати. Любую иллюзию можно развеять!

— Давай же, очнись! — из его рта вытекла новая порция чёрной гнили, но за внешним уродством я разглядела другое лицо.

Резко резанула стеклом лохмотья на иссохшем плече. Ветхая ткань вмиг рассыпалась в труху, обнажая маленький шрам. Немного изменённый, но узнаваемый.

— Кай… — поняла я, выпуская из ладони острый осколок.

— Полина… — прозвучал теперь его голос, а всё вокруг стало прежним.

Больше не было ни железных стен, ни клеток, только заброшенная сырая библиотека с разбитыми дверями читального зала. Мы снова находились здесь одни. Мой принц держал меня за плечи, не решаясь отпустить.

— Я вижу тебя, — сообщила я. — Теперь вижу.

Долго не думая, Кай крепко меня обнял, отчего стало трудно дышать, но в то же время намного легче. Я ответила на объятия, обхватив обеими руками его горячую шею и уткнулась носом в плечо с разрезанным рукавом футболки. А ведь я поверила и почти сдалась…

— Беллиан пытался убить меня моими же руками, — пробубнила тихо, еле сдерживая слёзы облегчения.

— И попытается ещё ни раз, — произнёс он, стиснув зубы. — Иди сюда.

Кай осторожно отстранил меня от себя, взглянул на мои пораненные ладони, а затем осторожно коснулся кожи вокруг порезов.

— Нужно перевязать.

Я согласно кивнула. Почему-то мне