Виноваты стулья - Марианна Красовская

— Отчего же?

— Вы так много читали! Это удивительно и прекрасно!

— Я люблю читать, — пожала я плечами.

— Право, вы невероятная!

— Матушка позаботилась о моем образовании. Я училась алгебре и геометрии, физике и химии, биологии и даже немного — экономическим наукам.

— Вы умеете удивлять. Для чего же вам это все надобно? Неужели — пригодилось в жизни?

— Конечно. Со мной интересно разговаривать, — засмеялась я. — К тому же я умна и талантлива. И имею на многие вопросы собственное мнение.

Восхищение Александра меня и раздражало, и забавляло одновременно. Я и в самом деле чувствовала себя рядом с ним по меньшей мере звездой. Смешно — никогда я не считала себя кем-то выдающимся. И уж точно не кичилась обычным школьным образованием. А что до книг — легкая литература, стандартный набор. Я не читала ни Пикуля, ни Достоевского, ни какого-нибудь Стендаля. Только любовные романы и приключения.

Здесь же, кажется, и этого достаточно, чтобы прослыть прогрессивной дамой. И это я еще Грибоедова с Пушкиным не цитировала! А ведь письмо Татьяны до сих пор где-то хранится в памяти.

— А вы, Александр? Каким наукам учили вас?

— Я не любил учиться, — с досадой вздохнул Жуков. — Разве что математика мне давалась легко да инженерное дело еще. В шестнадцать я ходил вольным слушателем в университет, а потом, представляете, проигрался в карты совершенно по-глупому. Денег у моих родителей таких не было, я и пошел к двоюродной тетке на поклон. Ираида Михайловна мои долги закрыла, но с условием: или в армию, или в университет, и больше никаких фокусов. Я выбрал армию, как видите.

— Не жалеете?

— Нисколько. Я служил на Кавказе, он прекрасен. Вы были в горах, Анна?

Была и не раз. И в Грузии, и в санаториях Пятигорска. Но не в этой жизни.

— Разумеется, нет.

— Непременно съездите на воды! Там такой воздух!

— Возможно, стоит отвезти туда Станиславу, — кивнула я, прекрасно понимая, что у меня здесь нет и не будет таких денег. — Ей не помешает поправить здоровье.

— А поехали прямо теперь? — вдруг предложил Жуков. — Я вас отвезу.

— Шутите?

— Вовсе нет. Я совершенно серьезен. Поезда еще ходят. Сейчас на Кавказе тихо, спокойно. Сезон закончен, но это не столь важно. Горы-то стоят и минеральные источники никуда не делись. Зато и дом снять недорого, и в ресторанах всегда пусто.

— Боюсь, у меня нет сейчас возможности, — осторожно ответила я. — К тому же наши отношения не настолько близки.

— Но вы ведь свободная женщина, Анна! Что касается денег — я, конечно, все оплачу. Но прямо скажу: без детей. Пока.

Как бы осторожно объяснить этому умнику, что он рехнулся? Я ведь не дура, прекрасно понимаю, что подразумевает столь щедрое предложение. И нет, я не согласна. Даже не потому, что я знаю этого человека совсем недавно! Просто… я не готова к романам. Совсем. Абсолютно.

— Простите, я слишком напорист? — вдруг сдал назад Жуков. — Просто… вы удивительная женщина, правда. Я в вас по уши влюблен.

Вот теперь я окончательно растерялась. Что значит «влюблен»? Я ведь старше его… на сколько там? Слишком на много! И вообще, я была уверена, что ему нравится Кристина.

— Бросьте, Саша, — с нервным смешком сказала я. — Мы с вами совершенно не пара. Вы — молодой офицер, я — взрослая женщина с детьми. Не смейте даже думать о таком.

— Это вы не смейте! — с жаром воскликнул мужчина. — Вы умная, талантливая, невероятно красивая! Я готов даже жениться!

От такого невероятного поворота событий я рассмеялась. Даже жениться! А оно мне зачем?

— Давайте забудем об этом разговоре, — наконец, предложила я. — Поверьте, вам такая жена не нужна. Да и я не собираюсь связывать себя узами брака.

— Ну нет, — уязвленно возразил Жуков. — Я не забуду. Не думайте, что я — легкомысленный юнец! Я все равно вас добьюсь!

— Сомневаюсь, — сморщила нос я. — Слушайте, отвезите меня домой, пожалуйста. Я страшно устала.

— Но вы еще не купили ковер!

— В следующий раз.

— Нет-нет, идемте! — и Александр, схватив меня за руку, помчался вдоль сверкающих витрин. — Я знаю, где продают лучшие ковры!

— Остановитесь, у меня кончились деньги!

— Я куплю вам самый дорогой ковер!

Резко затормозив, я выдернула руку и гневно топнула ногой.

— Я никуда с вами больше не пойду. Прекратите вести себя как мальчишка! Вы мне нравитесь, Саша, но как друг, как младший брат. Я предпочитаю мужчин постарше.

— Возраст — дело наживное, — хладнокровно отвечал упрямец.

— Да что мне с вами делать! — в отчаянии всплеснула я руками. — Все, у меня настроение испортилось окончательно. Немедленно везите меня домой!

— Слушаю и повинуюсь, моя госпожа. Могу я хотя бы угостить вас кофе с пирожным?

Я на миг задумалась, а потом решила — ну его к черту. Не стану поощрять.

— Домой, — сурово повторила я.

И мы поехали домой.

С одной стороны, я злилась на этого дурачка. В любви он вздумал признаваться, ты подумай! А с другой — в моей жизни, и в прошлой, и в нынешней, такого приключения раньше не было. Из мужчин мною интересовался только Илья Александрович. Впрочем, и я, кроме него, ни на кого не смотрела.

А все же приятно и лестно быть объектом чьего-то интереса!

— Я сам отнесу покупки, — быстро сказал мне Жуков, выскакивая из автомобиля и открывая передо мной дверь. — Не извольте беспокоиться.

— Я попрошу Георга, он вам поможет.

— А разве Георг живет в вашем доме? — удивился Жуков.

— Да.

— Почему?

— Он — сын Ильи.

— А что, господин Донкан тоже живет с вами?

— Представьте себе, — усмехнулась я, проходя в холл и стягивая перчатки. — А вот и он, легок на помине! Заждались, Илья Александрович? Если вас не затруднит, помогите занести пакеты. Но осторожно, там посуда и вазы для Амелии Александровны.

— Но почему он живет в вашем доме? — не унимался Жуков. — Вы ведь сказали, что между вами больше ничего нет! Я полагал, что он приходит лишь к дочерям!

— Потому что это не ее дом, — насмешливо пояснил Илья. — Это — дом моей сестры, Амелии Донкан-Кичигиной. Мы здесь лишь гости.

— Но вся эта мебель… — откровенно растерялся Александр. — Вазы… стулья… ковер, наконец! Для чего же мы ездили по магазинам?

— Амелия меня попросила помочь с обстановкой, — холодно ответила я, вдруг начиная осознавать ситуацию.

— А где же вы живете в другое время?

— В усадьбе под Верейском.

— В моей усадьбе, — чрезвычайно доброжелательно сообщил Илья. — На моем содержании. А вы думали, что это все, — он развел руками, уже не скрывая веселья, —