Цвет страсти - алый - Черил Холт

Наступало критическое время, а он и не собирался участвовать в старательно подготовленном замысле.

Аманда вздохнула. Придется войти к нему и подтолкнуть к гибели. Ей очень не хотелось оказаться лично вовлеченной в то, что произойдет, но другого выхода не было.

Подходящая возможность будет вот-вот упущена. Мисс Барнетт скоро позовет девочек собираться идти в гости. Это был наилучший момент, чтобы провернуть задуманное Амандой дельце.

В свете того, что должно было случиться, слуги неизбежно проболтаются. Как бы преданы они ни были Майклу, как бы ни ценили свою работу, история будет слишком пикантной, чтобы держать ее в секрете. Поддастся ли Майкл нажиму и женится ли на Памеле было спорным вопросом, но к вечеру он должен быть помолвлен. И в зависимости от того, как быстро распространятся слухи о скандале, он может оказаться женатым уже на следующее утро.

Мисс Барнетт будет уничтожена и навсегда покинет дом графа.

Избавившись от гувернантки, Аманда будет иметь под боком у Майкла слабую, глупенькую Памелу, после чего ей не составит труда снова занять свое место любовницы.

Единственной угрозой всей этой махинации была Маргарет Мартин. Девочка отличалась умом и проницательностью. Аманда не любила ее и не позволит ей оставаться в доме. Наилучший выход – пансион.

Аманда сделала достаточно предупреждений Эмили Барнетт, но та проигнорировала их, так что вина самой гувернантки, что дела пришли к такому ужасному завершению. Но Аманда не испытывала ни малейшего угрызения совести.

Она взглянула на Памелу:

– Я должна поторопить его. Спрячься, пока я не позову тебя.

– Но я до сих пор не знаю, что я должна делать.

– Я расскажу тебе, когда придет время.

– Я боюсь, – пожаловалась Памела. Аманда потянулась за своим ридикюлем, достала фляжку спиртного и протянула ее девушке:

– Это успокоит твои нервы.

Памела сделала жадный глоток, и Аманда в отвращении покачала головой. Девчонка не знала, что такое сдержанность, и ее ожидал плохой конец, но жестокую и беспринципную куртизанку вовсе не интересовала судьба Памелы. Нужно было ловить более крупную рыбу.

Она открыла дверь и проскользнула в комнату. Майкл был так погружен в свои мысли, что заметил ее, лишь когда она подошла совсем близко.

Он нахмурился:

– Почему ты здесь, Аманда?

– Я должна поговорить с тобой. Я просила, чтобы ты навестил меня, но ты отказался. Что мне оставалось делать?

– Ты подумала, что у меня может быть веская причина, по которой я не хочу говорить с тобой?

– Ты очень упрям.

– Абсолютно точно.

– В этом нет ничего нового, но я устала от этих игр. – Аманда подошла к шкафчику, налила бокал бренди и предложила его Майклу. На секунду он заколебался, и она была так расстроена его умеренностью, что ей хотелось выругаться на чем свет стоит. Если он не выпьет – тотчас! – она повалит его на пол и силком вольет алкоголь ему в глотку.

– Как ты вошла сюда?

– У меня есть ключ.

– Почему ты предположила, что можешь пользоваться им и тебе здесь рады?

– Я все еще твоя любовница. И хозяйка в твоем доме. Хотя ты, похоже, забыл, что я занимаю важное место в твоей жизни. – Она попыталась пофлиртовать с ним. – Разве я не оправдываю свое содержание?

– Между нами все кончено, Аманда. Как ты не хочешь это понять?

– Ах, брось! Ты говорил мне, что между нами все кончено уже много раз. Но никогда не имел это в виду. – Она усмехнулась. – Помнишь, сколько раз мы забавлялись в этом кресле? Хочешь, займемся этим прямо сейчас?

– Не имею ни малейшего желания.

Аманда поставила одну ногу на подушку и подняла юбку до колен, открывая его взору изящную, красивую ножку. У нее была горничная, которая брила ее ноги и даже лобок, так чтобы она вся была гладкой и шелковистой специально для него. Она подалась вперед, выставив напоказ свою половую щель; глубокий вырез красного платья едва сдерживал ее грудь. Это было его любимое платье, напоминание о лучших временах в их отношениях.

– Выпей, дорогой, – настойчиво предложила Аманда и явно обрадовалась, когда Майкл проглотил содержимое. Она схватила графин и вновь наполнила его бокал.

– Как тебе удалось уговорить слуг впустить тебя? Не понимаю, почему Фитч не поднял тревогу?

– А почему им отказывать мне в приеме?

– Потому что я приказал не впускать тебя.

– Они боятся меня. После того как мы поцелуемся и помиримся, что непременно случится, – она подмигнула, – они снова окажутся у меня в подчинении, так что они не осмеливаются перечить мне.

– Ты самая настойчивая и упрямая из всех женщин, которых я встречал.

– Правда?

Он вновь принялся за свое бренди, и она едва удержалась, чтобы не закричать торжествующе. Еще пара бокалов, и он дойдет до нужной кондиции.

– Моя гувернантка пожаловалась, что ты беспокоишь ее.

– Твоя гувернантка? – Словно припоминая угрожающую ей особу, Аманда действовала, как если бы была сбита с толку. – Это та дурочка, которая видела, как мы занимались любовью в библиотеке?

– Да.

– Какое мне до нее дело?

– Именно об этом я и хотел тебя спросить.

– Я ничего ей не сделала. – «По крайней мере пока!» – Кроме того, на что она мне нужна? Какое тебе до нее дело?

Аманда надеялась, что он что-то скажет и откроет глубину своих чувств, хотя она и сомневалась в том, что они у него есть. Он был не из тех, кто способен на любовь и привязанность. У Майкла была страсть к завоеванию новых женских сердец, он наслаждался преследованием и охотой, но, поймав свою жертву, быстро терял к ней интерес.

Майкл ничего не сказал о своих отношениях с Барнетт, но нахмурился.

– Оставь ее в покое, слышишь? Она не такая развращенная, как ты и я, так что не приставай к ней. Если это случится, я непременно узнаю. В отличие от меня она не научилась игнорировать тебя.

Он опустошил третий бокал, и Аманда была счастлива налить четвертый. Его движения замедлились, на лбу выступил пот, речь была уже не такой отчетливой.

– Здесь жарко? – спросил Майкл.

– Очень жарко, – ответила она, потом протянула руку и погладила его фаллос. Хотя он притворился рассерженным, его тело ответило на ласку, фаллос затвердел под ее опытными пальцами. – Хочешь, чтобы я пососала его? Я так давно не делала этого. Ты, похоже, готов взорваться.

– Нет… я…

Майкл оглянулся вокруг себя, словно потерялся, не в состоянии обрести равновесие. Аманда сняла с него галстук и расстегнула рубашку. Его руки словно превратились в свинец, он потерял способность сопротивляться.