Грешные желания - Мэгги Дэвис

Ей вдруг показалось, что Додд вот-вот повесит трубку. С некоторым облегчением она услышала, как он откашлялся и хрипло произнес:

— Мышка, дорогая, ради Бога, дай мне объяснить.

— Вероятно, ты решил, что Жаннет уже не может управляться с домом, да и я…

— Черт, я же еще ничего не сделал! — заорал в трубку Додд. — Может быть, ты меня все-таки выслушаешь? Если бы у меня была доверенность, конечно, я бы занялся продажей вашего имущества нашей компании. Но сделал бы это честно и беспристрастно! Я не собирался…

— Не надо так кричать, — остановила его Габи, прикрывая ладонью глаза. — Но если уж мы собираемся вступить в брак, между нами должны установиться вполне доверительные отношения. Такие недоразумения совсем не кстати.

— Я не хотел обманывать тебя или твою мать, — с жаром заявил он. — Прошу, не обвиняй меня в этом. Понимаешь, Мышка, ты же не будешь жить в этом старом доме после свадьбы, а раз Жаннет проходит очень дорогостоящий курс лечения в «Горе Синай», ей нужно подыскать кондоминиум в Бэл-Харбор или, может быть, даже в Лаудердейле. Подумай о своей матери, милая. Во всех случаях ей придется согласиться на продажу!

— Разве старые особняки на Палм-Айленд приносят много денег? — поинтересовалась Габи невинным тоном. — Я пять лет прожила в Европе, поэтому не разбираюсь в таких тонкостях.

Он застонал.

— Мышка, дома на побережье в деловой части Майами высоко ценятся. А что ты от меня хочешь услышать?

Габи знала, что хочет услышать.

— Говорят, приобретение недвижимости оптом — это хорошее вложение денег. Очень, очень прибыльное. Судя по лицензиям в судебной палате, «Map-Бель» скупила практически всю нашу улицу.

Додд долго медлил с ответом.

— Черт возьми, Мышка, мы не можем обсуждать это по телефону. Слишком все непросто и, что уж говорить, звучит отвратительно! Слушай, давай пообедаем сегодня вместе. Я сделаю то, что давно уже должен был сделать. Принесу планы «Мар-Бель», предусматривающие развитие Палм-Айленд, и отчитаюсь о проведенной работе.

Габи опустила голову, все еще прижимая трубку к уху. Что же она натворила? Трудно было найти худшее время и место, чтобы заводить разговор на эту тему, и тем не менее ее угораздило учинить разбирательство именно теперь. По каким-то не вполне благородным соображениям, она будто бы желала загнать Додда в угол. Не сводилось ли все к тому, что, чувствуя ответственность за ее судьбу и судьбу ее матери, Додд проявил излишний пыл?

— Я не могу с тобой встретиться. Работаю допоздна, — объяснила она. — Полредакции отправляется завтра вечером в Вискайю, и сейчас начинается собрание, чтобы расписать обязанности каждого. Как твоя мама? — вспомнила Габи.

— Хорошо, хорошо. — Додд говорил натянутым голосом. — Когда мы встретимся? Нельзя же так все оставить. Нам непременно нужно побеседовать. Ведь наши планы все еще в силе? Надеюсь, у тебя нет… э-э-э… — он замялся, подыскивая верные слова, — каких-нибудь задних мыслей?

— Ничего не изменилось, Додд. — Она внезапно раскаялась в том, что использовала таким образом тему недвижимости на Палм-Айленд. — Знаешь, увидимся завтра вечером.

— Завтра Вискайю заполнят многотысячные толпы, — напомнил он. — А в полвосьмого «Бенкерс-клуб» устраивает прием членов фестивального комитета. Дорогая, я не могу. Я буду занят большую часть вечера.

— Тогда после праздника. — Завтрашний вечер казался ей таким отдаленным будущим. Она не знала, как ей пережить сегодняшний ужасный день. — К полдесятого мне необходимо закончить репортаж, но потом мы сможем поговорить.

— Мышка, я люблю тебя.

— Увидимся в Вискайе, — ответила она и повесила трубку.

Через несколько минут у ее стола остановилась Криссет.

— Все тебя искали, Габриэль. Почему ты не позвонила? — Она внимательно посмотрела на Га-би. — Ты нормально себя чувствуешь?

— Я звонила. — Габи избегала смотреть в глаза Криссет. — И только недавно появилась в редакции.

— Эй, что-то случилось. — От Криссет не укрылись изможденный взгляд и болезненный румянец на лице подруги.

Габи покачала головой.

— Прошлым вечером Дэвид переехал в квартирку над гаражом. — Она прижала кончики пальцев к вискам. Только бы шум в голове утих к началу собрания работников редакции. — Я заметила это только утром, когда отправлялась на работу. Пришлось задержаться, чтобы выяснить, не нужно ли ему что-нибудь.

— Ага, я подкинула его вещи на машине.

Превозмогая боль, Габи подняла голову.

— Ты помогла Дэвиду с переездом?

— Ну, у него не так уж много вещей. — Криссет будто оправдывалась. — Всего несколько коробок с одеждой, стереомагнитофон, кое-какие книги. Ему потребовалась машина, и я согласилась.

— О, Криссет, надеюсь… — Габи уже была готова сказать что-нибудь тривиальное вроде того, что надо ловить мгновения любви, пока представляется такая возможность, но вовремя прикусила язык. — Я надеюсь, что все встанет на свои места.

Прежде чем приступить к теме гигантского бала-маскарада в Вискайе, сотрудники газеты «Таймс джорнэл» оживленно обсуждали события минувшей недели летнего фестиваля. К счастью, среди статей, посвященных праздничным мероприятиям, лишь две заметки получили отрицательные отзывы. «Дельфины» проиграли в предсезонном показательном матче, и спортивный редактор, предрекавший им перевес в пятнадцать очков над «Ковбоями» Далласа, попал под град насмешек. Уличный фестиваль в среду вечером в Гумбэй в самый разгар веселья был буквально смят сильной грозой. Репортер, освещавший это событие, был подвергнут критике черной коммуной Майами за слишком сбивчивое повествование. Энтузиазм собравшихся заметно упал, когда главный редактор перешел к предстоящему финальному торжеству в парке при музее Дее-ринга.

— Идея облачить прессу в костюмы крайне затруднит работу, — прямо заявил Джек Карти. — Репортерам и фотографам в маскарадной одежде придется вернуться сюда до закрытия, чтобы представить свои отчеты. Редакция превратится в сцену из последнего акта «Дона Джованни».

— Таким образом спасаются от незваных гостей, — объяснил главный редактор, не поднимая головы. — На прошлогодний костюмированный бал люди проходили, выдавая себя за репортеров, охранников, официантов, даже работников телефонной станции. По нынешним правилам, пресса и телевидение не просто должны предъявлять свои удостоверения, но и обязаны приходить в соответствующих костюмах. Это же музей. При таком скоплении народа должна быть какая-то уверенность, что его имущество останется в целости и сохранности.

— Кстати, сколько там будет народа? — задал вопрос глава фотоотдела.

— По последним подсчетам, более трех тысяч человек. — Кто-то тихо присвистнул. — К тому же нас уведомили, что губернатор привозит из Таллахасси своих штатных сотрудников и половину законодательного собрания. Это сыграет на повышение авторитета Майами.