Цветы к сентябрю - Николай Станишевский

— Моё, — вздохнув, согласилась я.

Он медленно поднялся с колен, опустил голову и направился к выходу. Я посмотрела ему вслед и в этот момент подумала, что фигуру именно этого человека я и видела в своём сне. А ещё я подумала, что, уходя сейчас, он, возможно, уходит навсегда.

Подойдя к двери, он взялся за ручку, обернулся и грустно взглянул на меня.

— На дворе — сентябрь, — тихо произнёс он. — Осень окончательно вступает в свои права, вода в реках и озёрах становится мутной, и рыба уходит в глубину. Мне кажется, что и мы сейчас тоже уходим в глубину, подальше друг от друга. Дай Бог, чтобы это было лишь на время!

— До завтра, — на удивление цинично уточнила я.

— Да… — он ещё раз сглотнул. — Дженни…

— Меня зовут Джина, — поправила я.

— Разреши мне тебя называть так хотя бы сегодня. Это для меня очень важно…

Его голос дрогнул, и я почувствовала, как задрожали колени.

— Дженни, — в его глазах появились слезы. — Я хочу на прощание задать тебе ещё один вопрос. — Можно?

Я поняла, что сейчас не смогу произнести ни слова и лишь коротко кивнула в ответ.

— Дженни, — улыбка скользнула по его лицу, но она была унылой и тусклой. — Можно хотя бы сегодня ты будешь моим цветком к сентябрю?

— Сентябрь уже наступил, — ехидно заметила я.

— Я знаю, — он шумно вздохнул. Было заметно, что слова давались ему с трудом. — Но ты не ответила на мой вопрос…

Неожиданно мне стало тяжело. Весь цинизм моментально куда-то улетучился.

— Да, можно, — с трудом разлепив губы, выдохнула я.

— Я хочу, чтобы ты это запомнила. И, чтоб когда в следующий раз наступал сентябрь, ты знала, что являешься к нему цветком.

— Хорошо, — я опустила глаза.

И он ушёл.

Ушёл в печальный и терпкий, словно дым осенних костров, окружающий мир, который был мне теперь известен, но не был доступен. Я знала, что он уходит навсегда. Знала и ничего не могла с этим поделать.

Потому что в первый раз за все время пребывания в клинике я реально почувствовала, как мой разум начал медленно меня покидать.

7 сентября

За всю ночь я практически не сомкнула глаз. Я передумала обо всем, но ни к чему конкретному так и не пришла. Потому как не имела твёрдой уверенности, что все мои видения — это фрагменты периодически возвращающейся Памяти.

Безусловно, отец меня любил. И он меня досконально знал. Так может знать только человек, который действительно любит.

Он угостил меня маринованными огурцами, и они мне понравились. Он привёз мне зелёных яблок, и я была от них без ума. Он знал всё, даже мои гастрономические пристрастия.

Он подарил мне красивое кольцо, и оно пришлось мне по душе. Более того — оно мне идеально подошло. Отец никогда не спрашивал у меня размер безымянного пальца. Значит, он покупал мне драгоценности и раньше.

Он пришёл ко мне, благоухающий ароматом туалетной воды «Бертюжар», и мне понравился этот запах. Он сделал это намеренно, потому что когда-то у меня были такие же духи. Следовательно, покупал их мне именно он.

Так может ли человек знать так много тайных граней, доставляющих радость и удовольствие другому и при этом не желать ему добра и не любить его? Думаю, нет.

Но, с другой стороны, куда всё-таки исчез мой муж? Ведь на месте аварии меня обнаружили одну и не в своей машине. Хотя, может быть, я просто вообразила, что у меня был автомобиль зелёного цвета.

Отец подарил мне красивую чёрную кошку. Правда, немного злобного вида. Но как знать, вдруг в детстве у меня действительно была склонность к игрушкам подобного рода?

Я думаю, что у меня была родная сестра, но отец утверждает, что её не было. Лжёт он или говорит правду? Как знать… все мои доказательства опять составляют лишь непонятные видения, так сказать, полусон-полуявь…

И жила ли я когда-нибудь на улице Звезды? Был ли там у меня свой дом? А дом на краю горного обрыва? И кто ещё жил в этих домах помимо меня?

Мужчина.

Мужчина, который был моим мужем.

Мужчина, который со спины очень похож на моего отца.

В общем, когда наступило утро, я так для себя ничего и не решила. И, когда появилась Полли, я не могла не поделиться с ней своими размышлениями.

7 сентября. Вечер

День прошёл впустую — отец так и не появился. Я, конечно, не особо и надеялась, но в глубине души все равно ждала. Под вечер заглянула Полли, принесла два стакана чая, а я вспомнила, что в тумбочке лежит небольшая коробка конфет.

С коньяком.

Напитком, который я пробовала год назад, и буду пробовать через тысячу лет.

Надкусив конфету, я ещё раз убедилась, что отец на самом деле досконально знал мои вкусы. Впрочем, как и всё остальное.

— Не отчаивайтесь так, — попыталась успокоить меня Полли. — Вполне вероятно, что у него неотложные дела. Конфеты, кстати, замечательные. Я пробовала такие только раз, потому что они жутко дорогие.

Я грустно улыбнулась.

— Ваш отец — замечательный человек, — сиделка снова потянулась к коробке. — Посмотрите, он для вас ничего не жалеет.

Перехватив мой взгляд, она осеклась и осторожно спросила:

— Ничего, если я возьму ещё одну?

— Берите, — усмехнулась я. — Можете, кстати, забрать всю коробку. Я больше не хочу.

— Зря вы так, — вздохнула Полли. — Не стоит себя изводить — завтра уже консилиум. Вы должны получить положительное заключение и навсегда покинуть эти стены.

— Хорошо, если так, — я отвернулась к окну.

На улице сгустились сиреневые сентябрьские сумерки.

— Только боюсь, что завтра все тесты дадут отрицательный результат. Тогда проще будет повеситься.

— Что вы такое говорите, миссис Джина! — Полли так взмахнула руками, что я услышала, как чай выплеснулся из стакана. — О каком повешении может идти речь? Даже думать об этом не смейте! Я считаю, что у вас завтра всё будет хорошо!

— Не уверена, — я закусила губу.

— Перестаньте! — сиделка в сердцах поставила стакан на тумбочку. — Я предлагаю сейчас же сменить тему разговора! Вы вся пронизаны пессимизмом и унынием, поэтом о завтрашнем дне — больше ни слова!

— Если бы здесь был мой папа… — прошептала я.

— Понимаю, — Полли сочувственно согласилась. — Может, он всё-таки ещё подойдёт — время не такое уж и позднее…

— Нет, — я обернулась и обречённо махнула рукой. — Он не придёт. Вчера я его выгнала. И знаете, Полли, чуть не сошла с ума. Мне показалось, что в голове ползёт маленький червячок и раздвигает мозговые полушария. Знаете, как я испугалась? Пришлось приложить невероятные усилия, чтобы взять себя в руки. А потом всю ночь думала. Ну, об этом я вам уже рассказывала… Нет, сегодня отец не появится!