Строптивая красавица - Кэйтлин Битнер Рот

– Тебе интересно, что будет дальше, да?

От его похотливого смеха промежность Аланы увлажнилась. Она подняла голову и взглянула на Вулфа. У него была широкая сильная грудь и плоский живот. В последнее время Вулф много тренировался, и это не прошло даром. Мышцы были накачанными, рельефными. Алана стала ощупывать их, затем коснулась дрожащими пальцами шрама на боку.

– Когда ты находился без сознания, мне хотелось прикоснуться не только к твоим ранам… Это было дурно с моей стороны?

– Нет, мне бы понравились такие прикосновения.

Ее пальцы продолжали исследовать его мускулистую грудь и живот.

– Но тогда я не посмела сделать то, чего мне хотелось. Сегодня же я могу себе позволить исполнить свое тайное желание.

Больше всего на свете Алане хотелось увидеть сокровенные части его тела. Ее пальцы скользнули вниз и коснулись паха, обтянутого белой тканью. С губ Вулфа сорвался стон. Он взял ее руку и сунул под набедренную повязку.

– Ой! – испуганно воскликнула Алана, когда ее ладонь легла на шелковистый, твердый, скользкий на конце жезл.

Алана обхватила его пальцами и, закрыв глаза от наслаждения, стала медленно водить по нему рукой вверх и вниз.

Вулф втянул в себя воздух и остановил Алану.

– Хватит, это слишком опасно сейчас. – Он кивнул в сторону позолоченной ширмы. – Давай примем ванну, дорогая.

Она издала низкий гортанный смешок.

– Я давно мечтала об этом.

Он поцеловал Алану в макушку.

– И ты меня побреешь, хорошо? – Он потерся щетиной о ее подбородок. – Но только на этот раз все будет так, как рисовало мое воображение.

Они зашли за ширму. Вулф зажег свечи и налил в небольшой фарфоровый тазик горячей воды, а затем наполнил ванну.

Сев на стул, Вулф вручил Алане бритву и мыло и снял набедренную повязку. Его естество стояло, как копье, готовое к бою.

– Вот видишь, как сильно я хочу тебя.

– Ты шутишь? Как я могу брить тебя, когда… – Алана запнулась, держа бритву в руке, а затем ее лицо расплылось в озорной улыбке. – Ну, хорошо.

Она стала намыливать щеки и подбородок Вулфа. Ее прикосновения перенесли его в то время, когда он был беспомощным и мечтал дотронуться до нее. Но теперь Вулф был здоров и силен и мог воплотить в жизнь самые смелые фантазии.

Он потянулся к ее нежному животу и медленно облизал кожу вокруг пупка.

Алана застонала. Бритва замерла у нее в руке. Вулф вцепился в ее бедра, и у Аланы подкосились ноги.

– О, нет, нет, – запротестовал Вулф. – Тебе нельзя садиться ко мне на колени, дорогая, еще не время.

– Ну, пожалуйста, Вулф, – принялась умолять его Алана, – позволь мне присесть. Я больше не могу стоять.

– Еще не время, – повторил он и запрокинул голову. Их взгляды встретились. – Давай не будем спешить, Алана. Мы должны запомнить эту ночь на всю жизнь.

Она кивнула, и он снова провел влажным языком по ее нежному животу, а потом стал полизывать ее грудь. Из уст Аланы вырвался стон наслаждения. Ее бросило в жар.

Вулф заставил Алану наклониться и припал в глубоком поцелуе к ее губам. Когда возбуждение стало нестерпимым, он отстранился и посмотрел ей в глаза. В них горело чувство, более глубокое, чем желание.

Оно нашло отклик в душе Вулфа, и он ощутил себя уязвимым. Слишком уязвимым.

– Вулф, – нежно сказала Алана, и он прильнул щекой к ее животу.

Ему больше не было смысла прятаться в свою скорлупу. Они слишком далеко зашли.

– Ты была права тогда, в номере бостонского отеля, – прошептал он. – Я действительно всегда боялся, что любые отношения рано или поздно заканчиваются.

– Я никогда не брошу тебя, – прошептала Алана. – Если, конечно, ты решишь остаться со мной.

Вулфу не хотелось продолжать разговор о своих страхах, и жестом он попросил Алану продолжить бритье.

– Ты сводишь меня с ума, – с улыбкой сказал Вулф и стер с ее щеки следы от мыльной пены.

Она взяла кисточку и нанесла пену ему на подбородок.

– И давно тебе в голову приходят подобные мысли? – певучим голосом спросила Алана.

– Давно.

Рука Вулфа скользнула вверх по атласному бедру и замерла у треугольника из темных завитков. Большим пальцем он стал поглаживать их.

– Это тоже из области твоих фантазий? – обольстительно улыбаясь, спросила Алана.

Она пока еще владела собой, но понимала, что это только до поры до времени.

– Угу, – пробормотал Вулф, и его язык стал повторять маршрут руки.

Добравшись до темного треугольника, Вулф погрузил палец в ее промежность. Волна возбуждения накатила на Алану. Бритва выскользнула из рук и с громким стуком упала на пол. В порыве страсти Алана села верхом ему на колени.

Вулф хмыкнул.

Она обвила его шею руками, и ее густые длинные волосы упали ему на плечи. Вулф отстранился от Аланы. Чмокнув ее в нос, он наклонился, поднял бритву с пола и вернул Алане. Как ни странно, ему удавалось сохранять контроль над собой.

Алана судорожно вздохнула.

– Тебе осталось добрить край подбородка и кусочек щеки, моя радость, – смеясь, промолвил он, имитируя сильный шотландской акцент. – А после делай все, что твоей душе будет угодно.

Его голос отозвался эхом в просторном помещении. И Вулф вдруг замолчал, его взгляд потух, губы сжались в жесткую линию. Алане показалось, что он борется с сильными эмоциями, внезапно охватившими его. От трезвого холодного взгляда Вулфа ей стало не по себе, по спине пробежал холодок. Положив ладонь Алане на затылок, он вдруг притянул ее к себе и впился в губы в жадном поцелуе.

В его движениях ощущалась ярость, а не нежность, и это неприятно поразило Алану. Наконец Вулф прервал поцелуй. По его лицу пробежала тень боли.

– Если я попрошу тебя остаться со мной, ты никогда не бросишь меня? – сдавленным от сильных эмоций голосом спросил он, глядя ей в глаза.

Алана поняла, что если сейчас ответит отрицательно, то больше никогда не увидит Вулфа. Он был настроен решительно.

– Никогда не брошу, – прошептала она.

– Хорошо, – промолвил Вулф, и его взгляд прояснился. – А теперь давай закончим бритье.

На его губах снова заиграла озорная улыбка. Алана поерзала на коленях Вулфа, нащупывая бедрами его естество, и почувствовала сильное возбуждение.

– Я хочу, чтобы ты исследовал все уголки моего тела, – прошептала она, пытаясь сосредоточиться на своем занятии. – Я буду крепко держать бритву, обещаю.

– Ты не боишься?

– Нет.

Она уткнулась лицом в изгиб его шеи, а затем стала нежно покусывать мочку уха, наслаждаясь пряным запахом мускуса, исходившим от Вулфа.