Девичья башня - Самид Агаев

– Почему только вверх?

– Потому что бойницы устремлены вверх.

– Да, – согласился Егор, – действительно, странно. Для чего же ее построили?

– Ладно, – сказал Али, – другого выхода нет. Этой ночью, когда стражник откроет решетку, чтобы отвести меня на допрос, надо будет скрутить его.

– Разве он будет один?

– Их двое. Но второй стоит поодаль. Ты, когда он откроет решетку, схватишь его за руку и затащишь внутрь. А я побегу на второго. Или наоборот. Да, лучше наоборот. Потому что у второго стражника будет время изготовиться. Ведь ты воин.

– Как скажешь, – согласился Егор. Он все еще стоял посередине башни, прямо на досках колодца и вглядывался вверх. – Как ты думаешь – сейчас день или ночь?

– День, конечно. Ты не видишь лучи света из этих бойниц.

– А между тем я вижу звезды, – торжествуя, сказал Егор.

Али подошел к нему и стал рядом, запрокинув голову. Это бы невероятно, но в полой сердцевине башни, действительно, были видны звезды в небе.

– Ты ничего не слышишь? – спросил Егор. – Какой-то треск.

В следующий миг Али, в самом деле, услышал сильный треск. Земля под их ногами разверзлась, и Егорка исчез под землей. У Али провалилась лишь одна нога, он больно ударился, но удержался на краю. Он выбрался, лег на живот и заглянул в колодец, пытаясь, что-нибудь разглядеть в кромешной тьме.

– Егор, – окликнул он друга.

Снизу донеслось фырканье, плеск воды, и он услышал придушенный голос:

– Я здесь.

– Ты жив, ничего не сломал?

– Кажется, нет. Но я в воде. Это колодец.

– Я уже догадался. Глубоко?

– А кто же его знает. Я ничего не вижу. Вытащи меня.

– Хорошо. Только дай сообразить. Может позвать стражника.

– К черту стражника. Я давал тебе веревку. Спусти один конец, а другим обвяжись.

– До чего же ты умен, друг мой, и предусмотрителен, – сказал в колодец Али. Он разыскал припрятанную веревку, обвязался ею и стал стравливать в него один конец. Спустя четверть часа мокрый Егорка тяжело дышал, распластавшись на земле. Когда он пришел в себя, то сразу же разделся и выкрутил мокрую одежду. Одевать не стал, развесил на лестнице.

– Слушай, прости, – сказал Али, протягивая ему свой плащ, – это я виноват. Не надо было так близко подходить к тебе. Крышка не выдержала нас двоих.

– Не винись, – сказал Егор, обертываясь в фарджию, стуча зубами от холода, – помни о Дао. В неудаче таится зародыш успеха. Там внизу подземный ход. Я нащупал пустоту в стенке колодца, где-то на середине глубины. Давай приладим крышку на место. Мне кажется, что охрана не знает о том, что в колодце есть подземный ход.

– Да пусть узнает, – сказал Али, – я все равно туда не полезу. Подземные каналы, заполненные водой, вызывают у меня тяжелые воспоминания.

– Ладно, не полезем, – согласился Егор. – Мы же решили, что придушим охранника. Но закрыть все же лучше. Я очень удачно свалился туда, второй раз – шею сломаю.

Егор приладил разломанную крышку и забросал ее землей и соломой.

– Зря стараешься, – сказал Али, – не будь таким наивным. Кто-то же закрыл колодец крышкой. Они знают про колодец.

– Но они не знают про подземный ход. Во всяком случае, его копали не со стороны колодца. Знаешь что, подержи конец веревки, я полезу вниз, проверю.

– Вытащить не смогу, я устал, – сказал Али.

– Привяжи конец к чему-нибудь.

– Если только к решетке, – сказал Егор.

– Я натрудил ладони, пока тащил тебя.

– Уж лучше натрудить ладони, – заметил Егор, – чем позволить палачу натрудить себе шею.

– Давай, подождем до ночи, – предложил Али, – стражник может заглянуть в любую минуту.

Словно, в подтверждение его слов у решетки появился страж.

– Эй, где вы там? – крикнул он.

– Здесь, мы, – ответил Али, – что надо?

– Ничего, просто проверяю, – отозвался он. – Там посередке аккуратней ступайте, колодец там старый, крышка на нем, глядите.

– Что же ты так поздно предупреждаешь, – сказал Егор. – Я мог бы свалится в него, сломал бы себе шею. Попало бы тебе от начальства.

– С твоей здоровенной шеей ничего не сделается, – издал смешок стражник, – а если и сломал бы, невелика беда. Палачу меньше работы будет.

– А нас что же казнить собираются? – спросил Али.

– Ну да, парень, не хочется тебя расстраивать, но это так. Эта башня для смертников. Сюда помещают особо опасных преступников, шпионов, например, вроде вас.

– Зачем же здесь колодец, в нем, что ли топят людей?

– Да, нет. Колодец этот очень древний. Его так давно вырыли, что никто и не помнит. Башня эта уже лет сто стоит, а колодец уже был. Им пользовались поклонники Зардушта. И башню они построили. Одно время шах очень к ним благоволил. А потом до халифа багдадского дошло. Ну, он и прикрыл эту лавочку. И что характерно, после того, как халиф разгневался, и башня вдруг покосилась, не иначе, как вода из колодца подмыла ее. Стали строить подпор, чтобы она не упала и не разрушила дома, да так и бросили. Тем более, что море поднялось, к башне подступило, с трех сторон сейчас вода стоит.

– Послушай, – прервал словоохотливого стражника Егор. – Вчера ведь ты дежурил, когда я приходил сюда?

– Ну я, а что?

– Ты у меня деньги брал?

– Если, ты надеешься, что я тебе их верну, то напрасно.

– Ну что ты, просто я хочу тебе еще денег дать.

– Ну что же, желание хорошее, похвальное.

– Сходи друг, купи нам еды, нас почему-то не кормят. Странная у вас в Баку тюрьма. Где мы только не сидели, везде кормили.

– Так я же говорю, смертники вы, а смертников не кормят за казенный счет. Только что родственники принесут или за деньги.

– Ну так я тебе, о чем и толкую.

– Я не могу отойти никуда со своего поста, – важно сказал стражник и тут же добавил уже другим тоном, заговорщицким, – но я кого-нибудь пошлю. Значит, расчет такой. Если дирхам на еду, то дирхам – мне за обслуживание.

– Я дам тебе два дирхама за услуги, – сказал Егор.

– Это почему же?

– Нравишься ты мне.

– Это, в каком смысле? – настороженно спросил стражник.

– В прямом, общечеловеческом.

– Ну что же, это хорошо. А все-таки, почему два дирхама мне.

– Раздобудь вина.

– Вы с ума сошли. Это тюрьма, между прочим, а не кабак. При чем тюрьма мусульманская.

– А, если три дирхама.