Прочь от тебя - Айрин Лакс

Съехать с квартиры тётки не составляет большого труда. А времени отнимает и того меньше.

- Синичка, ты чего церемонишься со всем этим? Нести один лестничный пролёт, а ты складываешь так, будто собралась на другой конец страны. - говорит Денис, глядя как я аккуратно складываю наши вещи, - это делается вот так.

Он сдёргивает покрывало с дивана, расстилая его на полу, и швыряет туда всё мягкое тряпьё.

- Готово! - потирает он руки, связывает концы покрывала в узел и закидывает себе на плечо получившийся огромный куль.

- Ты как будто Дед Мороз...

- Я? А что?.. На новый год придётся им побыть. Санька будет визжать от радости. Я надеюсь, что он в свои три с лишним года всё ещё верит в чудеса?

- Разумеется, - смеюсь я, - ты же не думаешь, что я из числа тех суперсовременных мамаш, что ратуют за правдивое изложение фактов даже перед малышнёй?

- А кто сказал, что это не правда?

-То есть ты хочешь сказать, что Дед Мороз существует? - иронично спрашиваю я, - а ты его видел? Настоящего. Не того, что с бородой из ваты.

- Ну допустим, не видел. Но вдруг Дед Мороз как микроб? Если ты его не видишь, это не значит, что его не существует...

- Ха-ха-ха! Сравнил... Деда Мороза... с микробом!

Я смеюсь так сильно, что у меня начинает болеть живот от смеха и текут слезы по лицу.

- Ну вот. А я хотел соригинальничать! Но похоже, что сморозил глупость. Ладно, прекращай хохотать надо мной, как сумасшедшая. Я не большой мастер по части сравнений...

- Подожди, дай отсмеяться. Я не могу перестать...

- Нет, так не пойдёт. Ты гогочешь надо мной уже битых пять минут.

Денис сбрасывает куль с тряпьем и подходит ко мне, сидящей на диване, мягко толкает вниз и забирается сверху.

- А ты знала, что я жутко мстительный тип? И собираюсь за твою насмешку надо мной отомстить самым жестоким способом?

- Да? И каким же? - я притягиваю его за шею для поцелуя. Он поддается, но останавливается в паре сантиметров от моих губ:

- Я собираюсь забрать тебя у самой себя и запереть вот здесь, - он касается рукой груди, - навсегда.

- Жестокая месть, Денис. Уверен, что справишься? Навсегда - это очень долгий срок.

- Я не собираюсь ни в чём тебя уверять и расписывать небо красивыми обещаниями. Я без лишних слов выполню обещанное, только и всего.

- А ты, оказывается, тот ещё романтик, Денис.

- Нет, я не романтик. Я - реалист. Но кто сказал, что нельзя раскрасить реальность в счастливый цвет.

- И какой же он, этот счастливый цвет?

- А какой твоей душе угодно, синичка. Для меня он цвета твоих глаз и губ. Обалденное сочетание. И вкусное. Никак не наглядеться и не наесться. Мне всегда будет мало тебя.

- А мне - тебя. Мне даже сейчас тебя мало. Ты рядом, а мне хочется всё больше и больше... Не знаю, как объяснить. Никогда не чувствовала ничего подобного...

- Я, кажется, знаю, как восполнить эту нехватку, - зелёные глаза загораются игривым огоньком, на губах расползается широкая улыбка, - есть ты и есть я... Есть мы вдвоём, а можно добавить плюс один к имеющемуся.

- Ты же не хочешь сказать...

- Зачем говорить, синичка? Лучше просто сделать.

- Я не думала, что ты так скор на свою мстительную расправу...

- Быстрота ответной реакции, только и всего. Тем более, думать о чём-то другом, кроме тебя, когда ты - рядом получается очень плохо.

- Может быть, ты меня всё-таки поцелуешь?

- Только если ты этого хочешь.

- Шутишь? Я только этого и жду...

Денис касается моих губ своими осторожно, едва ощутимо, превращая поцелуй в пытку голодом по более откровенным касаниям. Я тяну его на себя и провожу языком по нижней губе, дразнясь, проникаю им в рот, млея от ответной ласки. Чертовски приятно и сладко. Желание разгорается быстрее, чем пламя. Оно охватывает каждую частичку тела, стремящуюся как можно быстрее навстречу ему. Чтобы близко и горячо, оголённой кожей - к коже, без разделяющих глупых границ и ненужных сомнений. Чтобы не размыкать объятий и падать в его объятия без оглядки.

* * *

Вскоре состоялись похороны Кирилла. Я позвонила Татьяне, жене покойного Михаила, и предоставила ей полную свободу действий, потому что меня вот это всё уже не касалось. И в родной город я не полетела. Да, словила несколько осуждающих взглядов со стороны Татьяны. Но в конечном счёте, кому какое дело? Пора начинать жить собственной жизнью и беспокоиться за собственный комфорт, а не переживать, кто и что подумает по поводу твоих действий.

Через некоторое время после похорон раздался телефонный звонок, которого я никак не ожидала. Звонивший мужчина представился Александром Сергеевичем, нотариусом. С его слов Кирилл открывал депозит на имя сына, которым он сможет воспользоваться по достижении им совершеннолетия.