Любовь по заказу - Джуд Деверо

Я поняла, что мне надо делать и к чему стремиться.

– Как по мановению волшебной палочки, – тихо сказала Элли.

– А что стало с Роджером? – спросили хором Элли и Лесли, насмешив Мэдисон.

– Он позвонил мне вскоре после моего приезда в Нью-Йорк и сказал, что его сбила машина. Он говорил, что я нужна ему, и умолял вернуться. Он сказал, что я ухаживала за больной матерью и знаю, как это делается, и что я единственный человек на Земле, кто в состоянии ему помочь.

– И что ты ответила? – спросила Лесли. Мэдисон подняла голову и поморщилась.

– Я до сих пор чувствую себя виноватой… Теперь я понимаю, как сильно он страдал. Но тогда я думала только о том, что он бросил меня, забыв, сколько я для него делала. Боюсь, я не слишком хорошо поступила. Я ответила… – у нее было смущенное лицо, – что его семья достаточно богата, чтобы нанять ему профессиональную сиделку, а я не собираюсь быть его бесплатной няней. Это было так жестоко…

Элли и Лесли переглянулись со счастливыми лицами.

– Если вы снова начнете танцевать, я уйду! Это забавно лишь один раз!

– Мы постараемся сдержаться, – пообещала Лесли. – И что же случилось с нашим Роджером дальше?

– Он не получил нужного лечения. Хуже того: ему поставили неверный диагноз, сказали, что он никогда больше не будет ходить. И видимо, никто в этом не усомнился.

– И он до сих пор пользуется коляской?

– Да. Это просто ужасно! Его родители – самые бесчувственные люди на свете! Они стеснялись своего сына-калеку, поэтому поселили его на втором этаже дома и забросили. За ним присматривал медбрат. Роджеру даже не сделали УЗИ! Мы еще обменялись парой писем, но, видимо, родители отговорили его писать мне, они всегда считали, что я недостойна их сына. Его родители утонули несколько лет назад, Роджер унаследовал дом и массу денег. Но не стал от этого счастливее. Он был женат три или четыре раза, и после каждого развода лишался крупной суммы. Он три раза в неделю приезжает к нам в клинику. Только я видела, что у него не поврежден позвоночник. Мы много сделали, чтобы поставить его на ноги, но… Мэдисон развела руками.

– Дело в том, что Роджер сам мало заинтересован в своем выздоровлении. Ему нужно, чтобы его все время подталкивали, уговаривали… Кто-то должен убедить его, что он снова капитан футбольной команды и самый популярный парень школы. Но никто не может помочь ему в этом. Слишком поздно.

Мэдисон на мгновение рассердилась.

– Это такой позор! И такая утрата! Если бы его родители не пожадничали много лет назад и раскошелились на нормальное лечение, Роджер бы выздоровел! И кто знает, как бы повернулась его жизнь!

Лесли и Элли переглянулись.

– Я счастлива, – тихо закончила она. – У меня есть семья, друзья и работа. В моей жизни нет ничего необычного, все очень просто. Некоторые, кто видел мои фотографии, особенно ту, со змеей, удивляются, что я не захотела стать супермоделью, отказалась от жизни с полетами на выходные в Рим ради клиники в Эрскине. Но…

Мэдисон задохнулась от волнения и посмотрела в сторону, чтобы успокоиться.

– А вы? – спросила она, снова поворачиваясь к подругам.

– Я тоже счастлива, – ответила Элли. И обе взглянули на Лесли.

– Не знаю, – честно сказала она. – Мне надо кое-что переменить в своей жизни. Спросите меня об этом через полгода. А сегодня я очень устала. Пойду домой и немного посплю.

– Идея хорошая, – согласилась Мэдисон.

– По-моему, тоже – кивнула Элли и подумала, что все трое лгут: просто хотят подумать о своем.

Сама она торопилась купить ручку и бумагу. Рассказ Мэдисон дал ей идею новой книги. Она хотела написать о том, как причудливо пересекаются наши жизни, как…

Элли поняла, что стоит у стола, глубоко задумавшись.

Мэдисон вышла первой, и Лесли догнала Элли.

– Что произошло между тобой и твоим первым мужем? – тихо спросила она. – Как прошел суд?

– Прости, но мне нужно посидеть в тишине и вспомнить это.

– Ладно, – согласилась Лесли. – Мне тоже надо подумать о своей жизни.

Элли вопросительно посмотрела на Лесли.

– Ты вернулась и решила ничего не менять. Твой будущий президент оказался уродом? Напомни мне об этом, когда он будет избираться, я не стану голосовать за него.

Она хотела пошутить, но Лесли не улыбнулась.

– Честно говоря, он довольно мил. По-моему, он даже лучше, чем мой муж, может быть, умнее, тактичнее, и конечно, добрее.

– Так почему же ты бросила его? Лесли ответила не сразу.

– Понимаешь, я очень люблю свою семью и в то же время страшно от нее устала. Очень запутанно?

– Нет, понятно. Так что ты собираешься делать?

Лесли улыбнулась.

– Не знаю.

Элли тоже улыбнулась.

– Значит, сейчас мы все притворимся, будто пошли спать, а сами займемся своими личными делами. Мэдисон будет звонить домой и говорить, как скучает, а ты…

– А я немного пройдусь. Хочу подумать… И больше никаких фантазий о мальчике из колледжа и о том, что могло бы быть. С сегодняшнего дня я буду жить в настоящем. А ты… Ты собираешься записать все, что придумала, пока Мэдисон рассказывала. Ты постараешься написать ее историю.

Элли рассмеялась.

– Меня так просто понять?

– И да, и нет, – серьезно ответила Лесли. – Я, кажется, наконец, осознала, как важно быть собой. А истории, которые ты придумываешь, делают тебя тобой. Без них ты…

– Толстая женщина в депрессии, – закончила Элли.

– Точно! А кстати, вон там, на углу, магазин одежды. Тебе стоит зайти туда перед отъездом. Ты же не хочешь вернуться к Джесси и Нейту в одежде, в которую тебя можно два раза завернуть?

Элли вспомнила о том, что у нее снова стройная фигура. Но главное не это, а то, что благодаря Джесси, к ней вернулось чувство собственного достоинства.

Когда они подошли к дому, Мэдисон вбежала в двери, явно торопясь побыстрее добраться до телефона. Но Лесли и Элли не торопились войти. Элли повернула обратно в город в поисках магазина канцтоваров, а Лесли задумчиво пошла по дороге.