Первые впечатления - Джуд Деверо

– А он, наверное, подумал, что тебя это касается, потому что та женщина снимала дом именно у тебя.

– Наверняка. Думаю, ее семье будет приятно получить эти картины.

– Ты не против, если я схожу в магазин и взгляну на них? Возможно, мистер Смайли захочет позвонить в твой офис, чтобы удостоверить мою личность.

– Он знает, кто ты.

– Ах да, конечно. – Иден не знала, радоваться ей или расстраиваться, что все в Арунделе все про нее знают.

Несколько минут они молчали, потом Гренвилл неожиданно спросил:

– А что у тебя с Макбрайдом?

– Он мой… – начала было Иден, потом взглянула на адвоката, увидела выражение его лица и замолчала.

– Я занимаюсь адвокатской практикой очень давно, – сухо проговорил Гренвилл. – И могу определить, когда человек лжет. Кроме того, это Макбрайд умеет врать убедительно, а ты нет.

Иден поколебалась, потом осторожно сказала:

– Видишь ли, мне очень не хочется сердить или обижать тебя, но я не могу тебе сказать.

– Я рад, что ты признаешь за мной право сердиться на тебя. И отвечаю – нет, я не сержусь и не обижаюсь. Но ведь что-то происходит? Что-то неприятное?

Иден молчала. Она не знала, как ответить на этот вопрос. А кроме того, ей вдруг пришло в голову: если за ней следят, то и разговор могут записывать. Или у нее начинается паранойя?

– Это имеет какое-то отношение к женщине, которая погибла напротив твоего дома? – спросил Гренвилл.

Иден смотрела на него полными слез глазами и молчала.

– Знаешь, есть такая старая поговорка. Если тебе этого очень хочется, то не нужно торопиться. Все, что происходит между нами, подождет, пока ты решишь свои проблемы. Я подожду, слышишь? А теперь скажи, эти акварели действительно важны для тебя?

– Наверное. Да. Я не знаю.

Гренвилл положил ладони ей на плечи и заглянул в глаза:

– Через несколько минут здесь будут покупатели, и мне нужно спешить на встречу с ними. Должно быть, Дрейк уже разыскивает меня по всему поселку. Но потом я отправлюсь к Хэнку, и если у него действительно есть акварели, которые написала та несчастная женщина, я привезу их тебе в поместье.

– А Дрейк никак не может справиться с клиентами самостоятельно?

– Боюсь, что нет. Он не слишком хороший дипломат и еще худший торговец. Я взял его… не буду углубляться в рассуждения о том, что порой мы делаем для своих старых друзей слишком много. Давай сегодня поужинаем у тебя, – предложил он. – Если ты не против, конечно.

– Макбрайд тоже будет, – сказала Иден со вздохом. Ей так хотелось податься вперед, прижаться к Брэду, спрятать лицо у него на груди. Он такой сильный, такой надежный.

– Главное – не сдаваться. Что бы это ни было, мы справимся, и все будет хорошо, верь мне. Ведь ты мне веришь?

Иден кивнула. Ей вдруг стало совсем невмоготу. Она так мужественно держалась с самого начала этих ужасных событий, а теперь у нее вдруг не осталось сил. Ей захотелось, чтобы Брэддон позаботился обо всем. Нужно только прижаться к нему, позволить себе расплакаться и все ему рассказать. И тогда, тогда она сможет испытать роскошь, которую ей не довелось еще испытать в этой жизни, – она станет женщиной, о которой заботится ее мужчина.

Брэддон обнял ее за плечи и прижал к себе.

– Пойдем к машине, – сказал он. – Уверен, Макбрайд уже с ума сходит. Ведь ты сбежала от него на целых пятнадцать минут.

Иден слабо улыбнулась, и Гренвилл быстро проговорил:

– Я должен быть уверен, что этот человек защищает тебя, а не преследует. Скажи, он поэтому всегда с тобой?

Она кивнула и прошептала:

– Я не могу рассказать…

– Я понимаю. То есть я не понимаю, но верю тебе. Я чувствую, что в последнее время вокруг происходит что-то странное. И Макбрайд, видимо, не тот, за кого он себя выдает. Я понял это еще тогда, в больнице.

– Он то же самое говорит о тебе.

– Неужели? Ну я по крайней мере не шастаю по чужим домам с фонарем и не сочиняю дурацких историй про распределительный щит.

От удивления Иден остановилась и вопросительно взглянула на Гренвилла.

– Конечно же, я знал, что эта история выдумана, – сказал тот. – И шериф тоже понял это, я убежден – не такой уж он дурак. Но когда я попытался что-то сказать, он оборвал меня и заявил, что верит Макбрайду. И я не стал больше расспрашивать. Надеялся, что ты все же доверишься мне и расскажешь, что происходит.

– Но я действительно не могу!

– Ладно, тогда я сам все выясню, – заявил Гренвилл. – Я все же адвокат, черт возьми! Всегда умел докапываться до истины. И еще я умею хранить секреты. Если хочешь знать, мне известно немало тайных и порой страшноватых фактов про жителей Арундела.

– Правда? – с интересом спросила Иден. – Расскажи что-нибудь.

– По поцелую за историю. Нет, лучше по два.

– Нет-нет, только не это! – вскричала она в притворном ужасе, они оба рассмеялись, и Иден уже подумала было, что вот он, подходящий момент и сейчас Гренвилл ее поцелует. Но в следующий миг она увидела Макбрайда, который шел к ним злой как черт.

– Сегодня вечером, – быстро шепнул Гренвилл – Я приду к тебе в гости с вином, цветами и шоколадным тортом. Остальное будет зависеть от тебя.

Он отпустил ее плечи и пошел навстречу Макбрайду.