Жених для няни - Галлея Сандер-Лин

Не с добром Егорка снова ворвался в мою жизнь, ох, не с добром. Всё это плохо, очень — очень плохо! И, будто в подтверждение этих мыслей, я, посмотрев за спину Киреева, почти окаменела от тяжёлого взгляда демонических серых глаз.

— Ты всё такая же, Ангелина, — продолжал Егор, а у меня сердце в пятки ушло. Дмитрий спрятал телефон и планомерно приближался к нам. — Нет, даже лучше стала…

— Егор, давай обсудим это позже? — процедила я. — Ты же сюда работать пришёл? Так давай, работай.

— Что такое? Ты так напряжена, — бывший сокурсник будто не понимал ситуацию. — Неужели не рада меня видеть?! Куда смотришь?

— На своего начальника, — ответил за меня подошедший Зарецкий. — Госпожа Яснопольская сейчас на работе. Думаю, вам тоже пора заняться делом.

Киреев не спеша повернулся. Ух и искры посыпались от схлестнувшихся взглядов этих двоих.

— Да, конечно, Дмитрий Андреевич, я займусь. — проговорил Егор, только прозвучало как-то двусмысленно.

— Тогда прошу, ваша партнёрша уже ждёт, — сказал Дмитрий с нажимом и указал на девушку-модель, которая стояла на некотором расстоянии от нас и наблюдала за разговором с явным интересом.

Егорка глянул на меня, будто говоря «мы ещё продолжим разговор», и направился к коллеге.

— Это кто? — понизив голос, вопросило сердитое начальство.

— Бывший однокурсник, — я не стала уточнять, что Киреев имел на меня виды все годы учёбы. Хотя Зарецкий и так всё понял.

— Ясно, старый знакомый, значит. — пробормотал шеф. — И сверстник, — добавил совсем тихо.

Похоже, последний факт особенно его беспокоил. Однако, если говорить о внешнем виде, Егор выглядел достаточно молодо, а Дима напротив, сделал всё, чтобы добавить себе пару-тройку лет, поэтому они смотрелись примерно на одном уровне. Что касается меня, то я нормально чувствую себя в обществе девушек постарше, но вот у парней, судя по всему, этот момент ощущается острее, особенно если они в чём-то соперничают.

Девушка-модель, которая оказалась обладательницей не слишком распространённого имени Степанида, была очень хороша. Высокая, светловолосая и светлоглазая, она являлась обладательницей хорошей фигуры и милой улыбки. Наших героев переодели, причесали, загримировали. И началась фотосессия.

Они позировали, а мы с ребятами, будучи режиссёрами всего этого действа, управляли процессом, согласовывая детали с фотографом. Но, Г осподи, почему Егор, обнимая Стешу, поглядывал на меня, а? На ревность пробивал?

Съёмки завершились после семи, и Зарецкий поспешил увести подчинённых из студии, чтобы развезти по домам. Сначала мы с ним отвезли Игоря и Влада, а уж потом поехали ко мне.

— Мне не нравится, как Киреев на тебя смотрит… — заявил Дима, глядя на дорогу.

Надо же, сказал без прелюдий и прочего, сразу в лоб. Так-с, начинаются ревнульки?

— Меня его взгляды тоже особо не греют, — призналась как на духу. — Но нам ведь придётся некоторое время сотрудничать…

— Если бы знал, что вы знакомы, не взял бы его. А теперь контракт подписан. — босс побарабанил пальцами по рулю. — Ладно, тебе просто не стоит ездить на съёмки, мы с ребятами сами всё закончим.

Ещё чего! Это уже слишком, так и до домостроя недалеко. Туда не ходи, с тем не говори, на того не смотри? Я, поборница вольной жизни, которая уже столько лет самостоятельно решала, с кем общаться, а кого обходить стороной, к такому не привыкла.

— Я не хочу из-за него отказываться от работы и тем самым показывать, что испугалась или слишком беспокоюсь, — возмутилась вполне справедливо.

Начальник бросил на меня хмурый взгляд, но промолчал. Оставшийся путь до дома мы преодолели в напряжённом молчании. Однако, подъехав к подъезду, Дмитрий по обыкновению вышел из машины, открыл мне дверцу и прошёлся до самого домофона. То ли надеялся, что я зазову его в гости, то ли просто решил побыть охранником. Мы немного постояли, потом он таки соизволил сказать:

— Я подумаю, что делать с Киреевым.

«А что с ним делать?! Закончим проект — и попрощаемся навсегда», — хотела бы сказать я, но меня и саму не радовала перспектива видеться с Егором.

Я взялась за ручку двери, и только тогда Дима направился к машине. Хотела зайти в подъезд, но ощутила чей-то настойчивый взгляд. Обернувшись, убедилась, что мне не показалось. Глеб. По телу прошёл озноб. Мой недавний знакомец сидел на скамейке у соседнего подъезда и курил (ушёл с площадки, чтобы не дымить на детей), а Анфиса оседлала качели неподалёку и в данный момент была повёрнута спиной и меня не заметила. Как хорошо, что не видит и не бежит обниматься! Господи, не хочу бурной встречи при Диме. Чувства вопят, что не надо сводить этих двоих мужчин, иначе быть беде.

Я кивнула Глебу (не могла же сделать вид, что не заметила, не слепая ведь), он тоже, правда очень сдержанно. Зарецкий наши переглядки не заметил (как раз садился в авто) и, махнув на прощание рукой, уехал, а я ринулась в подъезд. Да, я сейчас убегаю, потому что не хочу быть жёсткой и отказывать во внимании ребёнку, но больше из-за того, что мне хочется оказаться как можно дальше от её отца. От его пронзительных взглядов меня просто коробит. Хоть переезжай, в самом деле!