Поцелуй пирата - Дженнифер Эшли

– Нет необходимости использовать Онорию в качестве заложницы. Мы отправим женщин и детей подальше, прежде чем начнем сражение.

– Онория может вернуться на «Аргонавт», – заявил Джеймс. – Это ее выбор. Она может находиться со мной или остаться с тобой, когда я потоплю тебя.

Из угла раздался резкий голос Онории:

– Не смей говорить обо мне, словно меня здесь нет, Джеймс Ардмор. Зачем тебе это золото? Что ты будешь с ним делать?

Джеймс медленно повернулся к ней. Казалось, холод, возникший между ними, мог заморозить все вокруг.

– Передам американскому военному флоту, – ответил он. – Они нуждаются в любой помощи.

– Очень патриотично с твоей стороны, – резко сказала Онория. – Но откуда ты знаешь, что золото все еще находится там, где его спрятали? Прошло четыре года. За это время другие пираты могли его забрать.

– Чем черт не шутит, – заметил Кристофер.

– Я готов рискнуть, – заявил Ардмор.

– У меня есть идея получше, Джеймс, – произнесла Онория. – Почему бы тебе не убраться отсюда? Никаких пиратских действий никто не совершал в этих местах с тех пор, как я нахожусь на этом корабле, поэтому в твоем присутствии нет надобности. Веди охоту на пиратов где-нибудь еще.

Голос Ардмора прозвучал удивительно спокойно:

– Это не игра, Онория.

– Конечно же, игра! Вы, мужчины, все превращаете в игру. Вы, как петухи, с важным видом расхаживаете по скотному двору, стараясь перекукарекать друг друга.

– Подходящее сравнение, – подала голос Диана, впервые за все это время.

– Женщины, – начал Ардмор ледяным тоном.

– Нет, Джеймс, ты не заставишь нас замолчать, – заявила Онория. – Мы подвергаемся риску так же, как и вы. Я остаюсь с Кристофером. Он мой муж. Топи нас, и будь ты проклят!

Сен-Сир поморщился. Хендерсон не сказал ни слова. А Мэнди выглядела так, словно готова была пристрелить Ардмора на месте.

– Я так и сделаю, Онория, – сказал Ардмор, – не сомневайся. Если хочешь умереть ради него.

Онория бросила взгляд на Кристофера; ее глаза сверкали гневом.

– Я остаюсь с моим мужем, Джеймс. Я дала клятву верности, и для меня она кое-что значит.

Ардмор окинул ее холодным взглядом.

– Хочешь сказать, что клятва для меня ничего не значит? Ошибаешься. – Он перевел взгляд на Кристофера. – Если ты бросаешь мне вызов и намереваешься все-таки отправиться за золотом, я потоплю тебя.

Кристофер провел пальцем по краю кружки.

– А если я скажу тебе, что не собираюсь идти за золотом, ты все равно последуешь за мной чтобы убедиться в этом?

– Конечно, – сказал Ардмор.

– Кажется, тебе и твоим людям нравятся пустые хлопоты.

Ардмор наконец поднял свою кружку и отпил бренди.

– Ты забываешь кое-что. Я знаю, где находится золото. Ты уходишь, а я его забираю.

Кристофер усмехнулся.

– Ты только предполагаешь, где оно. А точное местонахождение – совсем другое дело.

– В таком случае ты проводишь меня к нему. – Ардмор сделал еще глоток бренди. – Иначе я потоплю твой корабль, а тебя посажу в тюрьму и заставлю рассказать, где именно спрятано золото.

– Ты получишь дьявольскую трепку в бою, если попытаешься сделать это, – пригрозила Мэнди.

– Хорошо, – сказал Ардмор. – Но учти, не только твоя команда горит желанием сразиться.

– Тебе не удастся так просто победить, Джеймс, – выпалила Онория.

И Мэнди, и жена Кристофера так разозлились, что готовы были перелезть через стол и задушить Ардмора. Хендерсон смотрел на своего капитана так же агрессивно, как Онория и Мэнди. Только Сен-Сир сохранял беспристрастное выражение лица, потягивая бренди.

Кристофер разразился громким смехом. Мэнди и Онория сердито уставились на него. Взгляд Ардмора оставался холодным.

– Закончим эту игру, Ардмор, – сказал Кристофер. – Никакого сражения не будет. Никто никого не потопит. Не возьмет в плен. Хочешь получить это проклятое золото, забирай его. Я проведу тебя туда. – Он перестал смеяться, осушил свою кружку и поставил на стол. – Взамен ты уберешься ко всем чертям из моей жизни.

– Кристофер! – воскликнула Онория. Но он проигнорировал ее.

– Мне нужны моя жена, моя свобода и мой корабль. На все остальное мне наплевать! – Он подался вперед. – Ты получаешь золото, я – свою жизнь.

Ардмор смерил Онорию долгим взглядом. Она отвернулась.

Он протянул руку Кристоферу через стол:

– Договорились.

– Кристофер, – сказала Онория, полулежа на койке. Ее муж перестал развязывать тесемки рубашки. Его мышцы напряглись, взгляд стал настороженным.

– Что?

Он еще не разговаривал с Онорией после беседы в штурманской рубке, хотя прошло несколько часов. Джеймс со своей стороны хотел поговорить с ней и попросил разрешения у Кристофера. Но Онория категорически отказалась.

Диана была в расстроенных чувствах, но Онория, отведя ее в сторону, объяснила ей свой выбор, и та в конце концов поняла ее. И хотя решение Онории не понравилось Диане, она удалилась с Джеймсом без дальнейших споров и уговоров.

Мистер Хендерсон отправился вместе с ними на «Аргонавт». Перед этим Джеймс смерил Хендерсона взглядом и сообщил ему, что для него все еще есть работа на «Аргонавте», если он хочет продолжать служить ему. Онория думала, что Хендерсон пошлет Джеймса к черту – он не раз грозился бросить его.

Однако Хендерсон кивнул и начал спускаться в лодку. При этом он старался не смотреть на Мэнди, а та упрямо оставалась за штурвалом, не желая провожать гостей.

Онория удивилась, что Хендерсон сделал такой выбор, разбив сердце Мэнди. Впрочем, мужчинам свойственно предательство.

Кристофер прервал ее мысли:

– Что ты хотела спросить у меня, жена?

Он снял рубашку, играя мускулами, и она замерла на мгновение от восхищения, затем вспомнила, что хотела сказать.

– Ты меня любишь? – спросила она. Кристофер аккуратно положил свою рубашку на стул.

– Ты знаешь ответ.

Она наблюдала за тем, как покачивается его светлая косичка, когда он наклонился, чтобы стянуть ботинки. Единственный фонарь освещал его спину.

Он сел на постель, оставаясь в штанах. Их разделяли одеяла, но Онория чувствовала его тепло через них. Она пробежала взглядом по его шрамам, оставленным неизвестными бандитами.

– Может быть, я задам тебе неприятный вопрос, – сказала она.

В его серых глазах появилась настороженность.

– Что ты имеешь в виду?

– Кристофер, почему, черт возьми, ты согласился отдать золото Джеймсу?